«Муна-а-а-айка! Одной судьбой мы связаны с тобой...»

«Джама-а-а-айка!»

Остров Ямайка Робертино Лоретти – итальянский мальчик «с голосом ангела» – воспел в 1960-х годах. Именно за песню «Джамайка» полюбили юного певца все граждане Советского Союза. А Мунайка, хоть никем и не воспетая, известна аж с 1680 года – тогда деревня называлась Починок Манай Враг. А в 1745 году из деревни Сетяково по речке Монай сюда приплыли-переселились ясашные новокрещены.

Местных же жителей деревни обратили в христианство монахи елабужского Троицкого монастыря. Поэтому с того давнего «доджамайкинского» времени и по сей день тут, в Мунайке, полный интернационал. И русские-христиане, и татары-кряшены, и татары-мусульмане, и марийцы, и все кто угодно. Прямо как на Ямайке, где живут «цветные» люди полуевропейского-полунегритянского происхождения, их называют: «африканский цветной», «индийский цветной», «китайский цветной», «кубинский цветной» или «сирийский цветной». Вера у них тоже разноцветная: англикане, баптисты, методисты, пресвитериане, католики, христиане, мусульмане. В общем, полный интернационал. Как и в Мунайке.

«Тот лик таинственной женщины, те глаза мнимой Мадонны…»**

За редакционной машиной бежит с лопатой женщина. Стараемся не пугаться, потому что, судя по форме лопаты, дама просто вышла ко двору чистить снег.

Так оно и оказалось.

– А чего это вы мой дом фотографируете? Наличники понравились? – спрашивает она, улыбаясь.

– Да! Наличники у вас высший класс! – цокает языком наш фотограф (а уж он-то в наличниках разбирается! Повидал их на своем фотокорреспондентском веку немало!) и просит попозировать перед фотокамерой даму с лопатой на фоне наличников.

За это время узнаем краткую историю жизни семьи самой Зинаиды Красильниковой и ее мамы – Елизаветы Васильевны Красильниковой, которой 90 лет исполнилось недавно.

Идем в дом знакомиться с долгожительницей.

«Счастье и беда моя вот это сердце, полное любовью…»

Первым знакомиться выходит, прихрамывая, Рыжик.

– Он у нас инвалид немножко, – кивает на кота Зинаида. – Дети еще пять лет назад притащили его со сломанной лапкой – то ли отдавил кто, то ли сам куда залез… Не знаю. Так и живет, внимания на нее не обращает, только так бегает на всех четырех лапах.

Рыжик, демонстрируя свою рыжую прыть, бежит в переднюю избу к бабушке и устраивается у нее на валенках, заводит свою протяжную кошачью песнь, от которой в уютном доме становится еще уютнее.

«Красная Армия»

– Я живу в Мунайке с трех лет, – рассказывает Елизавета Васильевна, с любовью глядя на Рыжика. – Во время войны мне было десять, работали тогда все дети в колхозе, в поле, фронту помогали. Колхоз у нас назывался «Красная Армия». А брат мой на фронте разведчиком служил. В 1942 году погиб он, похоронен под Сталинградом.

После войны я в курятнике работала, за цыплятами смотрела. Потом работала телятницей – 50 голов телят у меня было… А вы не дом покупать приехали? – вдруг спрашивает она с надеждой в голосе.

– Мама очень переживает, что пожар будет в соседнем доме, – поясняет вопрос Зинаида. – Окурок кто бросит или что. Там раньше бабушка жила, а сейчас дети забрали ее к себе в город. Дом пустует, его не продают. Вот и волнуется мама, как бы чего не вышло. Мечтает, чтобы кто-нибудь там поселился… Про дом этот и спрашивают постоянно, купить хотят, потому что место у нас тут очень хорошее… Газ проведен в селе, вода есть, работа есть. Школу вот скоро откроют.

– А зачем закрывали?

Красивое место

– Было время, совсем детей не было в деревне – вот и закрыли. А сейчас опять полно детей. Вчера вот мэр Менделеевска приезжал, решали вопрос… Люди сюда едут, 500 человек у нас населения. Птицекомплекс у нас вон какой! Рядом «Аммоний», «Алабуга» тоже близко, свободная экономическая зона. Работы полно! Я сама раньше в санатории «Тарловка» работала, потом в кафе «Дилижанс», сейчас уже на пенсии – вот за мамой ухаживаю. Место тут очень красивое. Вода рядом, лес. Вы летом приезжайте – сами увидите. Все зеленое, все цветет!

Земля родников

О том, что тут место хорошее, слышали мы от мунайкинцев в этот день еще неоднократно. Даже само слово «Мунайка» переводится, уверяют они, как «хорошее место для жизни, где есть вода». Правда, не помнят, с какого языка, но разве это важно, когда место действительно хорошее!

Помнится, в 1494-м, когда Христофор Колумб открыл остров Ямайка и решил назвать его в честь королевской четы Фердинанда и Изабеллы, туземцы лишь неодобрительно покачали головами… И название, как видим, не прижилось. И незаметно вернулось к прежнему варианту. Потому что место уж больно хорошее, уверяют ямайкинцы, – переводится как «земля родников». А с родниками и в Меделеевском районе полный порядок.

КАК ДОБРАТЬСЯ:

Деревня Мунайка расположена на автомобильной дороге Елабуга – Ижевск, в пяти километрах к юго-западу от города Менделеевска. Расстояние от Казани до Мунайки – 224 км.

НА ЧТО ПОЛЮБОВАТЬСЯ:

Посмотреть тут можно много на что – одни наличники чего стоят! И ворота! А еще в деревне имеются две небольшие часовенки из известняка – здесь татары-кряшены проводят свои религиозные обряды. Но раз местные советуют приезжать летом, то стоит прислушаться. Лето – оно и в Мунайке лето!

ЧЕМУ ПОУЧИТЬСЯ:

Любви к своей родной земле. Мунайкинцы свою Мунайку просто обожают. Поэтому тут и дома добротные, и улицы всегда вычищены от снега, и народ из других мест все чаще выбирает это село на постоянное жительство. «Джама-а-а-айка! Джамайка! Любовь днем и ночью, как жажда, сжигает меня…» – пел в 60-х итальянский мальчик «голосом ангела». «Муна-а-а-айка! Мунайка! Любовь днем и ночью, как жажда, сжигает меня…» – поют мунайкинцы на разные голоса. Подпевая, мы тут вот о чем подумали: а не отправить ли новые слова песни 75-летнему Робертино Лоретти?

Татьяна Вафина, журнал «Татарстан»

Фотографии Александра Ефремова

* «Джамайка» («Ямайка») — популярная в 1950–1960-х годах итальянская песня, написанная Тонино Антонио Валли.

** «Тот лик таинственной женщины, те глаза мнимой Мадонны...» – Quel volto di mistica donna, quegli occhi di finta Madonna – перевод песни «Джамайка»