Автор челнинских муралов: «Мама разрешала мне рисовать на стенах в квартире»

МАМА ЗА РУКУ ОТВЕЛА В ХУДОЖКУ

– Марат, вы из династии художников?

– Отец был художником-оформителем в конце 80-х годов в Елабуге. В 90-е годы он ушел из жизни. Помню, что эскизы рисовал, резал по дереву. Воспоминаний о нем не много сохранилось, я маленький был. Моим воспитанием занималась мама, она работала поваром в столовой КАМАЗа. 

– Многие не поддерживают художников, рисующих муралы. Даже пишут, что, мол, у них нет художественного образования. Вы что оканчивали? 

– Если бы мама не отвела меня за руку в художественную школу, то сам не стал бы развиваться в этом направлении. Параллельно занимался футболом. Мой день был расписан: утром к семи – на тренировки по футболу, потом в художку. Переодевался дома и шел во вторую смену в школу. И так до самого выпуска. Это и спасло меня от сложных 90-х, не было времени шататься по подъездам. 

Были моменты, когда становилось неинтересно рисовать. Не бросил, потому что учился в детской школе искусств «ДА-ДА». Преподаватели не давали остыть интересу – постоянно придумывали что-то новое, например, находясь в Челнах, могли участвовать в выставке, проходящей в Африке. Высшее образование получил в Камском институте искусств и дизайна по направлению «Дизайн интерьеров». 

БЫЛА ЛИ "МОХНАТАЯ РУКА"? 

– Некоторые говорят, что у вас есть "мохнатая рука", поддержка, вот вам и отдают заказы на создание муралов на городских домах. 

– Мохнатой руки у меня никогда не было. Но есть знания, определенная доля везения и инициативность. Свой первый заказ получил еще старшеклассником. Поздно вечером, под светом фонаря, мы с другом рисовали граффити на улице в Челнах. Сзади слышим голос, оборачиваемся и видим лысого мужчину. Испугались, убежали. На следующий день пришли дорисовать, а он опять нас зовет. Решили его послушать, а он предложил нам оформить гараж. 

Для Челнов муралы начал рисовать по объявлению в соцсети, по которому требовались художники. Отыскал телефон управления архитектуры мэрии. Тогда впервые познакомился с Алмасом Идрисовым, тогда он был главным архитектором города. Помню первые четыре дома мне дали, обозначили тему – «Времена года». Предложил проект в интерпретации работ чешского живописца Альфонса Мариа Мухи. Посоветовали доработать, к сожалению, эти муралы так и не появились – заказ отменили. 

– Объясните, есть ли единая концепция у ваших  муралов в Челнах?

– Работаю по следующему принципу: есть запрос у города украсить дом. Совместно с главным архитектором рассматриваем список домов, думаем над идеей, что на них будет изображено. Рисую два эскиза: один – мое видение, другой – видение заказчика. На согласовании выводим общий результат с учетом идей заказчика и моих.  Всегда стараемся учитывать исторический аспект улицы, где находится дом. Допустим, на доме на улице Гидростроителей нарисовали строителей. 

– Вы востребованы только в Татарстане? 

– Работаю с агентством, поступают заказы со всей России. Допустим, в прошлом году в Москве нарисовал плывущую девушку на офисе продаж жилищного комплекса «Акватория» на Ленинградском шоссе. Меня поразило то, что там квадратный метр жилья стоит 500 тысяч рублей. В Казани в гостинице возле аэропорта украсил стену, изобразив самолет. В Крыму  был частный заказ – оформил общественное пространство. 

– За границей – в Европе или США – участвовали в проектах? 

– Прошел отборочный этап на фестиваль по граффити в европейскую страну, должен был ехать, но случилась пандемия. Естественно, все отменили. Но я обязательно хочу съездить в Германию, где проводятся самые масштабные фестивали по граффити. Эта страна считается Меккой данного искусства. Как только ситуация в мире нормализуется, планирую поехать. 

– У вас есть свой стиль?

– Нахожусь в поиске. Пока мой стиль – «коммерческий». 

– В работе вы одиночка? 

– По большей части да. Редко когда приглашаю помощников, лишь когда большой объем работы и сжатые сроки. Как-то супруга помогала, но ей не зашло. Она у меня занимается дизайном интерьеров, тоже окончила КИИД. Кстати, я сделал два проекта дизайна квартир, не понравилось.  

ПРО НЕЧЕСТНОСТЬ ЗАКАЗЧИКОВ 

– Сталкивались с тем, что ваши работы присваивали другие? 

– Столкнулся с тем, что по моим эскизам рисовали другие. Было досадно, но стало уроком на всю жизнь. Больше такого не повторялось. Теперь на каждую работу у меня есть авторское право. В этих вопросах ко мне за помощью обращаются художники из других городов. Я оформлен как самозанятый.

– Что движет вами каждый раз, когда вы поднимаетесь на леса? Сколько по времени, силам, эмоциям, материалам уходит на работу?

– С детства мною движет непонятная сила. Еще в школе вставали в три утра, чтобы украсить общественные пространства города, откладывал деньги на краску. Думаю, что занимаюсь честным и полезным делом. По материалам, времени, краскам на каждую работу уходит по-разному. На волны на четырех домах в 4-м комплексе ушло 150 литров фасадной краски, 30 баллончиков с краской, 25 дней, но больше всего эмоций и сил.

  СТЕНА ДЛЯ СВОБОДНОГО ТВОРЧЕСТВА 

– Как вы видите оформление своего дома?

– У нас с супругой остаются планы приобрести свой дом. В нем обязательно будет чистая отштукатуренная стена для свободного творчества. Хотим приглашать художников-друзей и с ними что-то рисовать на ней. И постоянно менять изображения. 

– В той квартире, где вы живете сейчас, есть стена для творчества? 

– Есть. (Смеётся.) На этой стене изображены машины, животные. Дети, а их у меня двое, могут разукрашивать их, дорисовывать что-то свое. В детстве мне мама разрешала украшать свою комнату на свой вкус. И рисовать на стенах не запрещала. 

По моим наблюдениям, рисунки на стене помогают отвлечь ребенка, когда он капризничает. Показываешь на нарисованный предмет и спрашиваешь: «Что это, а это?». Вроде, успокаивается.  

– Как вы относитесь к критике в социальных сетях?

– С пользой для своего здоровья. Поначалу читал все, но потом понял, что сердце у меня одно, и стал фильтровать. Обращаю внимание только на обоснованную критику.