Про горбатого Ивана и пленного японца
Журналист Сергей Сычёв с головой погрузился в калужскую периодику XIX – XX веков и нашел много любопытных историй.
Калуга в старой периодике. Выпуск 1-й. 1902 — 1907гг.
История нашего города – это не только стояние на Угре, опальные Лжедмитрий с Мариной или Константин Циолковский. Это и потерянный цилиндр Гоголя в магазине Антипина, пьяная выходка Маяковского в «Кукушке», калужские «стиляги-поганки» …
Для того чтобы почувствовать ушедшее время, недостаточно написать про пуск первого троллейбуса, это случилось в далеком 1956-м, тут надо рассказать, что в тот год построили кинотеатр «Спартак», будущая актриса советского кино Тамара Семина закончила десятый класс Калужской школы рабочей молодежи, а лидером проката стал фильм «Карнавальная ночь». Вот тогда дух времени почувствуется и пазл сложится.
Первый выпуск погружения в историю начнем с событий в Калуге, которые были описаны на страницах российской прессы в 1902, 1904, 1907 годах.
1902-й
Калужская пресса вспоминает Николая Васильевича Гоголя в связи с его кончиной пятидесятилетней давности. В связи с этим 21 февраля (4 марта) состоялось собрание пушкинской комиссии, в ходе которого тут же образуется гоголевская комиссия. Городские власти «отпускают» 300 рублей, на которые устроены три спектакля в театре на Сенной площади (ныне — площадь Мира).
На этом планы по увековечению памяти писателя в Калуге не заканчиваются. Было принято решение о переименовании улицы Одигитриевской в Гоголевскую. Этого не произошло, как и не произошло событие более важное. В Загородном саду при губернаторской даче в то время еще был жив-живехонек флигель, в котором останавливался писатель.
Домик забыт-позаброшен, живет в нем приставленный к саду инвалид николаевских времен, полицейский служитель N. Он, помня и этот сад, и флигель, и дачу губернатора Смирнова, помнит и его самого. На вопрос помнит ли он Гоголя, старик ответил, что помнит всех губернаторов после Смирнова, но такого он не упомнит.
Надо добавить, что в 1909-м вновь вспомнили про домик Гоголя в связи со столетием писателя. И снова решено привести флигель в порядок, да суммы нужной не набрали…
Пятого июня (18 июня) 1902 года в Калуге состоялось открытие и освящение городских скотобоен. Располагались они в северо-восточной части города. Сейчас это территория железнодорожной больницы. Между современными улицами Баррикад и Маршала Жукова (тогда Выгонная, где, вероятно, калужане выгуливали свою домашнюю скотину) скотобойни и расположились. Городовым ветврачом при Калужских скотобойнях стал Николай Иванович Орлов.
И тут стоит вспомнить сообщение в газете «Калужанинъ»:
«Удовольствие гуляющих по Никитской улице (совр. Ленина), которая для этой цели является для многих единственной по ея центральности и некоторым удобствам, в значительной мере парализуется довольно странными концертами. Дело в том, что к колбасному магазину Барута по воскресеньям и праздничным дням подъезжает немало крестьян, сани и повозки которых нагружены свиньями. Вытаскиваемые животные, с которыми, понятно, крестьяне не церемонятся, поднимают страшный визг, продолжающийся до той поры, пока не поглотят их ворота дома, в котором помещается та колбасная, где животные и находят гостеприимный приют, место коему, конечно, не в центре Калуги, а на бойне».
Закончим с 1902 годом смешной заметкой «Курьезные адреса» в газете «Московский листок» от 19 (6) октября 1902 года:
«В Курском почтамте получены письма со следующими адресами: «В Калугу Ивану Парфену не горбатому, который на мосту квасом торгует, а швицару казначества».
«Денежное. В город Елабугу Андрею Соколову. Ежели явится в пьяном виде, то не выдавать».
Оставим в покое выпивоху Соколова, казначея тоже упустим. А вот Парфен, квасом на мосту торгующий, – это интересно. Какой такой мост? На Каменном торговые лавки убрали позднее 1846 года. А вот на Воробьевском тракте у реки был трактир Завериных и мост плашкоутный. Там утоляли жажду калужане Ивановым квасом.
1904-й
В газете «Новости дня» (издавалась в Москве с 1883 по 1906 гг.) от 22 (9) сентября 1904 года видим заметку:
«В воскресенье 5-го сентября в местном железнодорожном клубе, помещающемся на Никитской улице, был устроен музыкально-вокальный вечер, на котором в качестве «почетных гостей» присутствовали шесть пленных японских офицеров, всего лишь несколько дней тому назад привезенных в наш город».
А уже 1 октября (18 сентября) в той же газете читаем следующее:
«Пленным воспрещено посещение гуляний, концертов и ресторанов».
Для начала разъясню местоположение железнодорожного клуба на Никитской. Все просто, здания уже нет. А находилось оно на перекрестке улиц Ленина и Дарвина. Сейчас на этом месте — жилой трехэтажный дом по адресу: Ленина, 101.
Теперь о японцах. Откуда пленные японцы в Калуге? Можно сказать и так – кого только в Калугу не ссылали, но будем серьезнее и находим ответ из новости, напечатанной в калужской прессе:
«Утром 28 августа с поездом № 21 в Калугу доставлена партия военнопленных японцев в количестве 10 человек, и среди них — четыре англичанина. Ждали 150 человек, но это оказалось чистейшим вымыслом. С вечера на станцию потянулись обыватели, главным образом женщины. Но толпа до 2 — 3-х тысяч зря простояла до темноты. На другой день мученики собственного любопытства снова устремились к станции. Как только поезд подошел, из вагона вышли на платформу маленькие желтолицые люди в штатском с живым взглядом и подвижными манерами. На глазах разочарованной публики партия проследовала в гостиницу Сергеева, где и будет находиться до приискания подходящей квартиры в городе».
1907-й
Газета «Русское слово» (издавалась в Москве с 1895 по 1918 гг.) от 24 (11) марта 1907 года пишет:
«10 марта в книжном магазине «Маяк» арестовано 38 пудов нелегальных брошюр, которые находились под полом, и 2000 экземпляров прокламации железнодорожного союза. Арестован весь комитет в числе 20-ти человек».
Теперь развернем передовицу газеты «Новое время» (впервые появилась в Петербурге в 1868 году) от 8 мая (25 апреля) 1907 года:
«Директор калужской гимназии Щербаков удалил из гимназии сына моего Евгения, ученика второго класса, только по оговору пьяного сторожа, за брань последнего непристойными словами. Прошу защиты и расследования против такой несправедливости и жестокости. Сын покушался на самоубийство. Подпись Головин».
Полюбилась Калуга питерскому изданию, в номере от 26 (13) июня 1907 года читаем:
«12 июня. В сегодняшнем заседании московской судебной палаты 18-летняя девушка Зинаида Троицкая, ученица седьмого класса местной женской гимназии, за хранение и распространение революционных изданий приговорена к 6-месячному заключению в крепости».
Продолжение будет…
Сергей СЫЧЁВ.
Фото из архива автора.