Рабочие всего мира договорились. К 130-летию первой Маевки в России
Рабочие всего мира договорились
К 130-летию первой Маевки в России
14 июля 1889 года, в Париже был открыт I Конгресс II Интернационала, на котором была принята следующая историческая резолюция о праздновании 1-го мая:
«Назначается великая международная манифестация в раз на всегда установленное число с тем, чтобы одновременно во всех странах и во всех городах в один и тот же установленный день рабочие предъявляли властям требование об установлении восьмичасового рабочего дня и о выполнении всех других постановлений международного Конгресса в Париже.
В виду того, что такая манифестация Американской Федерации Труда на конгрессе этой федерации в декабре 1888 г. в Сан-Луи была уже назначена на 1-е мая, то это число принято и для международной манифестации.
Рабочие различных национальностей проводят эту манифестацию, применяясь к условиям своей страны».
Напомним, что история этого знаменательного дня ведет отсчет от 1 мая 1886 года. В этот день в Чикаго началась забастовка 40 тысяч рабочих, возмущенных тяжелейшими условиями труда. В ту пору рабочий день длился 15, а то и 16 часов, а про больничные, отпуска и пенсии люди и вовсе не слышали. Рабочие Чикаго потребовали сокращения рабочего дня до восьми часов, ограничений детского труда и хоть каких-то социальных гарантий.
Разумеется, владельцы заводов не хотели сдавать позиции. Полторы тысячи наиболее активных забастовщиков были уволены. В ответ рабочие продолжили бастовать. Американские власти завезли на простаивающие заводы штрейкбрехеров. Возмущенные рабочие устроили митинг, который был жестко подавлен полицией. В итоге несколько десятков человек были убиты, сотни ранены. Власти разогнали рабочих, арестовали несколько сотен человек, а восемь зачинщиков беспорядков были приговорены к повешению.
Однако «из искры возгорелось пламя», и с этого момента 1 мая стало днем, когда рабочие в США традиционно устраивали митинги, забастовки и демонстрации в память о погибших в Чикаго. А парижский Конгресс II-го Интернационала постановил отмечать 1 мая Всемирный День солидарности трудящихся.
Восстановление Интернационала, распавшегося в 1874 г., и назначение праздника, который должен был объединить в действии весь международный пролетариат, может быть оценено по достоинству, только если вспомним условия, в которых это совершилось. 14 июля 1889 года—это столетие Великой Французской Революции, схоронившей феодальный строй и передавшей власть буржуазии. В течение века буржуазия во всех западно-европейских странах окрепла и расцвела. В сотую годовщину своей революции она демонстрировала перед всем миром свое могущество и свою мощь.
Но при этом буржуазия вовсе не думала признавать, что своим могуществом, своими успехами она обязана рабочему классу, трудом которого создавалось все ее богатство. Восстановление Интернационала и принятие его резолюции поднимало новую протестную волну, волну борьбы трудового народа за свои права, за свое достоинство, за свою будущую власть.
На призыв Интернационала откликнулись рабочие организации многих стран во всем мире; проходили первомайские демонстрации, нередко вступавшие в противоборство с приспешниками буржуазных властей, жаждущими заглушить рабочее движение, и с солдатами, использующими для подавления рабочего протеста не только холостые снаряды.
В 1893 году III Конгресс, отвечая на запросы рабочих организаций разных стран, дополнил свое решение: «Вменяется в обязанность социал-демократии каждой страны стремиться к проведению в день 1-го мая забастовки и поддерживать всякую в этом направлении попытку со стороны отдельных местностей или организаций».
«Первомайская демонстрация в пользу восьмичасового рабочего дня должна вместе с тем быть проявлением непреклонной воли рабочего класса устранить путем социального преобразования классовые различия…» (В первоначальном варианте шла речь о социальной революции, но это оказалось неприемлемым для немецкой делегации).
В России готовность к участию в солидарных акциях 1 Мая явственно вызрела к 1891 году. Ровно 130 лет назад в СПб его рабочие устроили первую маевку в лесу. На ней присутствовало более 200 человек. Рабочие произносили речи, разъясняли суть и историю этого праздника (этот день и тогда считался праздником рабочей солидарности, хотя и намечал планы по борьбе с эксплуатацией), звали на борьбу с самодержавием, капиталистами и помещиками.
Все последующие годы Первомай отмечался во многих городах страны, в том числе и массовыми забастовками. Так уже в 1892 году забастовка в Польше (тогда входившей в состав Российской Империи) – Варшаве, Лодзи и других городах охватили сотни тысяч рабочих.
Своими акциями в День Первомая в разные годы отмечались СПб, Егорьевск (Рязанская губ.), Ростов-на-Дону, Москва, Иваново-Вознесенск, Рига, Вильно, Сормово, Екатеринослав, Николаев, Харьков, города Кавказа и многие другие. И это несмотря на аресты, ссылки и прочие репрессии угнетателей.
«Мы, рабочие, не можем молчать, не можем не протестовать, не бороться со своими угнетателями и преследователями, не можем не стремиться к изменению нашего положения, – говорил на суде 19-летний саратовский рабочий Воеводин, участник первомайской демонстрации.
После создания в СПб «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» появилось его воззвание, в котором говорилась: «Пора и нам, русским рабочим разорвать цепи, которыми опутали нас капиталисты и правительство, чтобы держать в угнетении. Пора и нам присоединиться к нашим братьям, рабочим других государств, стать с ними под общее знамя, на котором написано: рабочие всех стран, соединяйтесь!»
Некоторый спад рабочего сопротивления был после подавления революционных событий 1905-1907 годов, но с 1910 года Первомайские демонстрации вновь принимают массовый характер.
Первомаю 1912 года предшествовали Ленские события, когда рабочие золотых приисков в Сибири были расстреляны за то, что они осмелились просить увеличения заработной платы и улучшения условий своей работы. В первомайской демонстрации этого года снова участвовали десятки тысяч рабочих. А уже в 1914 году в одном лишь Петербурге в праздновании 1-го Мая участвовало более полумиллиона рабочих.
1 Мая 1917 года, в условиях победившей буржуазно-демократической революции, большевики оставались верными социалистическому знамени и писали: «В день первого мая мы даем обет бороться, не покладая рук, до того момента, когда будет положен конец всему капиталистическому строю, – этому строю насилия и эксплуатации. Рабочий класс России самоотверженно боролся за политическую свободу. Но еще больше беззаветности и героизма проявит он в грядущей борьбе за социализм».
Так и произошло.
* * *
В Советские годы Первомай реально стал праздником победившего трудового народа в обществе без угнетения и эксплуатации. А также днем, в который советские люди вновь и вновь заявляли о своей солидарности с трудящимися капиталистических стран, вынужденных еще вести борьбу за свои права и свое будущее.
* * *
Но ровно 30 лет назад контрреволюция одержала временную победу. И вновь перед рабочим классом и всеми трудящимися страны стоит задача отстаивать свои права и бороться с угнетателями за будущую победу. И хотя рабочий класс страны еще не выходит на стотысячные демонстрации в борьбе за удовлетворение своих требований и/или в знак солидарности с трудящимися других стран, но и в этой новейшей истории есть Первомай, Первомай в Москве, ставший прологом Черного Октября 1993 года.
Тогда отметить этот день на улицы Москвы вышло очень много народа. Но это уже не было радостным празднованием 1 Мая. Участвовали представители разных групп трудящихся, не только рабочие города. Но люди шли на демонстрацию, чтобы выразить свой протест, уже ощутив не только развал страны, но и его последствия, деградацию всех отраслей ранее народного хозяйства, безработицу, обнищание, многократно увеличившуюся преступность. И в страхе перед этим народным протестом власть в лице прежде всего Ельцина в согласии с Лужковым запретила акцию москвичей. А потом была схватка народа с вставшим на пути ОМОНом. Началось форменное побоище. Милиция преградила дорогу митингующим машинами и пустила в ход резиновые дубинки и водометы. Возмущенные митингующие били омоновцев флагштоками флагов, срывали с них каски. При этом исторической насмешкой прямо над дерущимися полоскался на ветру растянутый поперек проспекта плакат: «С праздником, дорогие россияне!»
Милиционеры избивали даже ветеранов войны. В результате противостояния на Ленинском проспекте пострадали сотни людей. Позднее Верховным Советом была создана комиссия для расследования обстоятельств этой жестокой расправы. Но со временем дело замяли. В конечном итоге, это привело к тому, что правоохранительные органы сочли, что им все дозволено.
Виктор Алкснис, депутат Госдумы, в 1993-м — один из организаторов массовых акций протеста на улицах Москвы, вспоминал, отвечая на вопрос интернет-издания «Свободна пресса»: «Народу было очень много. Никогда не забуду, как в одно мгновенье эта колоссальная масса объединилась, когда увидела, что проспект перегорожен в районе площади Гагарина. Когда мы увидели шеренгу грузовиков, нас охватила ненависть. Тысячи людей взяли друг друга под руки, и эта огромная масса пошла на прорыв. По сути, в центре Москвы создалась революционная ситуация.
Подчеркну: эту ситуацию создали не мы — рядовые законопослушные граждане. Мы просто хотели отметить Первомай, а нам его сорвали, причем незаконно, да еще попытались запугать несколькими сотнями омоновцев.
Мы пошли на прорыв, и чем ближе подходили к цепям ОМОНа, тем сильнее ускорялась толпа. В цепь мы врезались практически бегом. Если бы не грузовики, милиция вряд ли бы устояла... В ОМОН полетел град камней, настоящая туча – я никогда такого не видел. Вроде бы на Ленинском проспекте камням неоткуда взяться, но их стали подносить из дворов, выковыривать из обочин. Камни несли даже женщины и дети.
Мы дали отпор омоновцам. Можно сказать, это была боевая ничья – ОМОН не сумел разогнать нас, а мы не прорвали его цепи. И этим все ограничилось – не было никаких массовых задержаний граждан. Напротив, мы еще помитинговали на площади Гагарина, и только потом разошлись».
А Олег Шеин, в 1993-м — сопредседатель «Объединенного фронта трудящихся», добавлял: «Избиения демонстрантов ОМОНом стали в 1991—1992-м в Москве обычным делом. Это вызывало совершенно адекватную ненависть общества, рождало ощущение, что у власти находится группировка, которую невозможно сместить демократическими методами. Именно это ощущение питало настроения оппозиции.
Поэтому, когда в мае 1993-го ОМОН в очередной раз выстроился со щитами и дубинками против демонстрантов, и когда буквально за сутки накануне был изменен график проведения манифестации, у людей просто лопнуло терпения. Против ОМОНа вышли всем миром.
Уроки майских событий очевидны. Власть не имеет права вести себя в собственной стране, как оккупант».
Но власть уроков не извлекла. И, как мы писали ранее, в страхе перед отношением к себе народа, уже теперь, к Новому, 2021 году, одарила народ рядом угрожающе-запретительных законов. Таких, как
– О лишении свободы за блокировку улиц, даже если это не привело к тяжелым последствиям;
– О запрете распространять личные данные любых силовиков и информацию об их имуществе;
– О запрете журналистам принимать участие в протестных акциях и призывать в них участвовать;
– Предельно ужесточающие требования к заявке на проведение публичного мероприятия;
– Приравнивающие очередь на одиночном пикете к массовому несогласованному мероприятию;
– Обязывающие соцсети удалять запрещенную информацию, включая сообщения о несогласованных публичных мероприятиях.
И др.
И, соединившись с зловредным вирусом, изо всех своих буржуазных сил власть старается остановить протест народа, стремящегося повернуть страну на столбовую дорогу истории, на путь строительства социализма.
Но пандемия не вечна. Не вечно и отживающее капиталистиче-ское общественное устройство.
И в соответствии с решением Первого Конгресса II-го Интернационала (а тогда он не ошибся в своем решении) «великая международная манифестация в раз на всегда» должна проходить 1 Мая и быть актом солидарной борьбы трудящихся за социалистическое будущее своих стран и всей Планеты.