"Давайте говорить честно". Чьи головы полетят после массового ареста на Ставрополье
На Ставрополье разразился громкий коррупционный скандал: шутка ли, в один день была задержана практически вся верхушка ГИБДД региона во главе с начальником управления Алексеем Сафоновым. Дело о многомиллионных поборах главы ГИБДД Ставрополья и его сообщников поражает не только масштабом, но и наглостью. Получается, что "гидра из 90-х" продолжает жить и сегодня. Сможем ли мы её победить?
Всем задержанным вменяются создание преступного сообщества, получение взяток, злоупотребление властью и превышение полномочий. По версии следствия, начальник ГИБДД Ставропольского края Алексей Сафонов и его сообщники несколько лет за деньги выдавали перевозчикам зерна и инертных материалов пропуска для передвижения по региону. Это позволило возить грузы с нарушением законодательства – в деталях о схеме Царьград рассказывает в собственном расследовании.
К слову, в Москве задержали замруководителя управления ГИБДД Александра Ткаченко. Все эти лица подозреваются в получении взяток на 19 млн рублей за продажу документов.
Возбуждено уголовное дело о получении взятки в особо крупном размере. Министр внутренних дел России Владимир Колокольцев уже лишил должности начальника Главного управления МВД по Ставропольскому краю Сергея Щёткина. Сафонов решением суда отправлен под арест на два месяца, ему может грозить до 15 лет лишения свободы.
Гаишник – "голубой воришка" с честными глазами
Как обуздать коррупцию, должен ли начальник отвечать за подчинённых и что не так в головах взяточников? Об этом в студии "Первого русского" беседовали ведущая Елена Афонина, председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов, глава Центра кризисной психологии Михаил Хасьминский, адвокат Иван Миронов и обозреватель Царьграда Александр Гришин.
Размах и разветвлённость сети взяточничества в регионе ошеломляют. Дело о многомиллионных поборах главы ГИБДД Ставрополья Алексея Сафонова и его сообщников поражает не только масштабом, но и наглостью. Многих в первую очередь возмутило роскошное убранство огромного особняка Сафонова, в котором всюду позолота, даже в уборной. Дело "золотых унитазов" стало очередным задержанием регионального масштаба, которое вскрывает проблему всей страны.
Елена Афонина: Как работала преступная схема и почему закрывали глаза на вопиющую роскошную жизнь госслужащих? Дело Сафонова, увы, одно из многочисленных дел такого рода. Александр Павлович, на ваш взгляд, как в деле "золотых унитазов" работала преступная схема и каков её масштаб?
Александр Гришин: Если следствие будет вестись действительно беспристрастно и въедливо, то оно выявит, что вся эта коррупционная цепочка проходила сверху до самого низа, до рядовых инспекторов. Потому что на 19 миллионов, да ещё в составе группы, такое роскошество в стиле "дорохо-бохато" не построишь. Конечно, там были совершенно другие объёмы взяток и заработок на продаже документов, номеров или пропусков.
Это совершенно отлаженный механизм, как было в 1990-е годы. С сожалением приходится констатировать, что гидра никуда не делась. И сейчас у рядовых патрульных существует определённый план, и они отдают еженедельные или даже ежедневные взносы своему командиру, который передаёт их дальше и так далее.
– У нас на сайте Царьграда вышла первая часть большого расследования, посвящённого делу Сафонова. В этом материале приводятся весьма интересные факты и обстоятельства. Там достаточно много фамилий и переплетающихся связей глав ГИБДД различных регионов, кто куда перемещается и какие посты занимает даже после скандальных историй. У меня такой вопрос: скандал в Ставрополе – это была серьёзная работа следственных органов, и задержание не было спонтанным?
А.Г.: Естественно. О том, что это была серьёзная работа, говорит тот факт, что брали всех сотрудники Управления собственной безопасности из Москвы, потому что в крае они бы это дело парализовали моментально.
Я думаю, что группа работала в регионе не меньше года, причём в условиях, мягко говоря, подпольных. Может быть, даже было внедрение или что-то ещё.
Понятно, что здесь работа проведена колоссальная. Но давайте говорить честно: начальник ГИБДД в Ставрополе, как и в других аналогичных случаях, не существовал в вакууме. Все они назначаются, они поддерживаются. Кто вам сказал, что начальник ГИБДД господин Сафонов не засылал "долю малую" тем, кто его курировал и обеспечивал его защиту?
– Но вы помните, какое красивое лицо он создавал для общественности? Ведь мы видели не только кадры роскошного особняка "скромного госслужащего" Сафонова, но и видео, на котором полковник в служебной форме предстаёт в роли яростного борца с коррупцией, как он осуждает взяточничество:
Мы не скрываем, бытовая коррупция имеет место быть. Не все сотрудники госавтоинспекции могут устоять перед предложением и получают денежные вознаграждения, чем также нарушают закон, что преследуется соответствующей статьёй Уголовного кодекса. С начала года у нас уже три сотрудника привлечены к уголовной ответственности. Беспокоит ещё и то, что за это же время 54 факта задокументировано, и были возбуждены уголовные дела в отношении водителей и пешеходов, которые предлагали сотрудникам госавтоинспекции взятки… Уважаемые участники дорожного движения! Предлагаю вам не нарушать закон… и не провоцировать сотрудников госавтоинспекции.
Без смеха это слушать невозможно – "не провоцируйте сотрудников, не надо этого делать", а у самого глаза честные-честные, как у "голубого воришки" из "Двенадцати стульев" Ильфа и Петрова.
А.Г.: И обратите внимание на соотношение: целых три инспектора ГИБДД и аж 54 водителя, которые ходят и суют эти взятки.
Для чиновников "золотая" роскошь – это "must have"
– И при этом 19 миллионов – это, наверное, не самая крупная взятка, которую они получили. Иван Борисович, вы тоже видели честные глаза этого человека, и мы понимаем масштаб происходящего. Как вы оцениваете перспективу этого дела?
Иван Миронов: Мы все ужасаемся "роскоши" дома Сафонова, которую видим на кадрах видеозаписи. Но никто не задаётся вопросом: а как главный гаишник Ставропольского края, публичная личность, жил в этих хоромах? Да потому что это "must have" ("обязан иметь". – Ред.) для администрации.
Чиновники Ставрополья сейчас сидят и смеются над тем, что у Сафонова нашли это "цыганское барокко". А по-другому там нельзя, куда ни копни, там что-то такое же найдётся, а может, и похлеще, чем это "золото". Они так живут, это такая ментальность.
И я согласен с тем, что для того, чтобы взять главного гаишника Ставропольского края, пришлось привлекать московский десант – там везде круговая порука. И ещё один важный момент: как только мы видим подобное коррупционное дело, мы сразу понимаем, что здесь действовала организованная преступная группа с общаками, с финансовыми потоками, с распределением ролей, с переправлением денег "наверх". Сафонов и его группа не могли существовать автономно.
Но мы не видим этих ниточек ни в деле полковника Александра Захарченко, ни в деле главы МВД Егорьевска Олега Ермакова, у которого нашли пять миллионов долларов, статьи о создании организованного преступного сообщества. Я думаю, что и в ставропольском деле мы этого не увидим.
– Нет, уже говорят об ОПГ, это не тот случай. Но, если говорить о масштабе подобных преступлений, в официальном реестре лиц, уволенных в связи с утратой доверия, 1304 страницы и 2822 фамилии депутатов и чиновников, в том числе и полицейских. И это информация за неполных три года. А почему чиновники ничего не боятся?
Михаил Хасьминский: Этому можно дать несколько объяснений. Вы показали список людей, которые должны служить, то есть отдавать себя стране. Но, когда ты не можешь ничего отдавать, ты только берёшь. И тогда человеку уже совсем не страшно – у него другое мировоззрение.
А у многих чиновников, конечно, далеко не у всех, есть привычка оценивать себя, своё окружение по материальному достатку. Чем более бездуховен человек, тем он более материален. И тогда кто-то обжирается, кто-то чахнет над златом, как Царь Кощей.
Страсть к роскоши – просто привычка или уже болезнь?
– Задержанный Алексей Сафонов оказался владельцем роскошного поместья – двухэтажного особняка с колоннами, убранство дома – золото на золоте. Может быть, люди, которым комфортно жить в таких интерьерах, сильно больны? Михаил Игоревич, может, их надо отправлять лет на 15 не в тюрьму, а в специальные учреждения?
М.Х.: Любая такая страсть говорит о том, что с головой не порядок, раз ты с этой страстью справиться не можешь. Ведь далеко не каждый алкоголик хочет пить, он бы и бросил, да не может. Вот так и мздоимец – он бы и рад не брать, но не может отказаться от этой страсти, это болезнь души.
К сожалению, в психиатрической клинике с этим ничего сделать нельзя. Тут должно быть другое лечение, и оно у него теперь уже будет, возможно, он придёт в нормальное состояние.
А.Г.: Я не согласен категорически, что это некое психическое заболевание. Здесь речь идёт о примитивности натуры этого человека – необразованного, некультурного. Ему рассказали, "как там у олигархов", которые вертят миллиардами долларов. И он решил всё сделать "а-ля я тоже такой", "я тоже богатый".
Мы вспоминаем об известной нам по делу "Оборонсервиса" Евгении Васильевой, об экс-губернаторе Сахалина Александре Хорошавине. Вот зачем ему нужна была ручка за 30 миллионов рублей? Выпендриться: ни у кого нет, у меня есть. Васильева – ладно, она "девочка", у неё под каждые тапки должны быть серёжки.
И.М.: А что вы хотели найти в доме у главного гаишника Ставрополья? Библиотеку Ивана Грозного? Или коллекцию Ватикана? Это обычное цыганское жилище. Ну, нравится ему это. Может, у него дед цыган был, мы откуда знаем?
А.Г.: Я был в доме у Александра Коржакова, главного охранника первого президента России Бориса Ельцина. Ни в какое сравнение обстановка с жильём главного гаишника не идёт, там было всё гораздо скромнее. Но общий стиль вот этой вычурности и стремление показать, что у меня "дорохо-бохато", чувствовались и там тоже.
А потом, учитывайте ещё и то, что это юг, это почти Кавказ. А там, если у соседа ворота одностворчатые и двухэтажный дом, то я должен наизнанку вывернуться, но сделать так, чтобы у меня было три этажа, а ворота двухстворчатые.
М.Х.: На самом деле всё происходит из-за гордыни и упрощённости смысла жизни, когда главным становится приобрести золотой унитаз себе и перед кем-то этим похвастаться. Это плоские люди, у которых нет духовного стержня.
Кому достанется "Версальский дворец" на Ставрополье?
– А кому теперь всё это "богачество" достанется, Иван Борисович? К примеру, сегодня Басманный суд Москвы удовлетворил требование Генпрокуратуры об изъятии и обращении в доход государства имущества бывшего сенатора Рауфа Арашукова и экс-депутата народного собрания Карачаево-Черкесской Республики Рауля Арашукова на сумму более полутора миллиардов рублей.
А вот этот особнячок и всё то, что ещё найдётся, кому потом достанется? Его гражданской жене, у которой двое детей и она ещё беременна третьим ребёнком? При этом Сафонов утверждает, что "это всё её, это принадлежит ей". Она сможет выйти из этой истории и с особняком, и с какой-то денежкой?
И.М.: Есть два направления, которые законодательно регулируют вопрос изъятия имущества. Первое – если будет доказано, что всё это построено или приобретено на преступные средства. И второе – если декларация чиновника за определённый период не соответствует стоимости имущества, которым он обладает.
И судебная практика уже показывает: можно доказать, что имущество, даже оформленное на третье лицо, приобреталось на деньги конкретного чиновника, этого достаточно, чтобы его изъять.
То есть сегодня механизм отъёма имущества, нажитого незаконным путём, несмотря на то, что оно оформлено на кого-то другого, уже отработан. Возьмите, к примеру, дело экс-главы Серпуховского района Александра Шестуна. Вымели всё у его окружения.
– А вот то, что он переводит стрелки на свою гражданскую жену, он её тем самым подставляет? Или она не несёт ответственности в данной ситуации? Она якобы была предпринимателем с нулевым доходом.
И.М.: Можно представить всё как легализацию преступных доходов, что она была в курсе всего этого. Доказать её осведомлённость и участие в преступной схеме сложно, но можно. А так – просто её потаскают по судам и всё отметут.
А.Г.: Это имущество, если будет доказан преступный характер его приобретения, государству не нужно. Его просто продадут с конкурсных торгов кому-то. И знаете, кто купит его? Новый начальник ГИБДД Ставрополья.
Почему стало резонансным "дело на 19 миллионов"
На связь со студией по скайпу вышел председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов. Обращаясь к нему, ведущая задала следующий вопрос:
– А почему это дело получило такой резонанс? Взятка в 19 миллионов целой группой лиц по нынешним временам совершенно не впечатляет. У других коррупционеров миллиарды находят, пересчитывать устают.
Кирилл Кабанов: Для профессионалов это дело не резонансное. Уникально только то, что задержана большая преступная группировка, которая действовала на территории края на протяжении почти десяти лет. Сейчас подозреваемых 35 человек, возможно, будет и больше. Им всем будет предъявлено обвинение.
Почему это случилось на Ставрополье? Потому что губернатор края после ареста его заместителей по коррупционным статьям продолжает зубами держаться за своё кресло, поэтому сливают тех людей, которые были понятны губернатору и с которыми он взаимодействовал.
Я бы на самом деле не удивился, если бы у нас сейчас пошли проверки по тем, кто в течение всего этого времени проверял работу Сафонова, по другим его кураторам. В принципе, интереснее дела, которые ведутся по губернаторам, по их окружению и так далее.
Меняются губернаторы, как было правильно сказано, появляются люди, которые приходят для служения. У нас есть регионы, в которых власть пользуется доверием, и это правда. Люди приходят во власть не для бизнеса и таких с каждым годом становится всё больше.
– У меня есть ещё один вопрос. Смотрите: глава МВД России Владимир Колокольцев уволил начальника ГУ МВД по Ставропольскому краю Сергея Щёткина. Это абсолютно понятно, если бы не одно маленькое "но". Щёткин занимал своё кресло буквально четыре месяца. Но вот тот человек, который лет десять руководил региональным МВД до него, Александр Олдак, сейчас где? Он помощник того же самого губернатора Владимира Владимирова. А вот его будут спрашивать, что он делал всё то время, когда при нём махровым цветом расцветала вся эта коррупционная схема?
К.К.: По Александру Олдаку вопросы у следствия уже есть. Вся цепочка раскручивается очень тонко, тут вопрос времени. По поводу Щёткина – всё правильно, понять оперативную обстановку за четыре месяца можно было. А если он за это время не смог ничего понять, то он и не начальник. Его поставили навести порядок, а он даже не начал этого делать.
Я надеюсь, что помимо ставропольских фигурантов появятся и фигуранты московские и из других регионов.
– А где ещё похожие цепочки можно вскрыть?
К.К.: В Южном округе ещё есть, где можно покопаться. И там работа уже пошла. Но я повторюсь: есть регионы, где глава и его окружение не занимаются этим, поэтому они никогда не потерпят у себя коррумпированных правоохранителей, они им не нужны, им нужны честные люди. И такие губернии есть – Костромская, Тульская и так далее.
– Мало кто обратил на это внимание, но одновременно с задержанием Сафонова в Воронеже арестовали начальника тыла в отделе МВД России по Панинскому району Игоря Качкина. Это тот самый человек, который всего год назад объяснял, откуда у него 22 квартиры общей стоимостью 50 миллионов рублей, не подтверждённые легальными доходами.
А где был Качкин до того, как стал начальником тыла? Он занимал пост заместителя начальника ГИБДД по Воронежской области. То есть там он проштрафился, его перевели на другое место. И что вот с этим мы будем делать?
К.К.: Надо понимать, что борьба с коррупцией – это не кампанейщина. Такая коррупция сформировалась с 1991 года, тогда это был один из основных принципов формирования властной элиты.
Когда-то бывший председатель НАКа сказал мне такую вещь: когда олигархам говорили о том, что сотрудники правоохранительных органов получают крайне низкую зарплату, они отвечали: нам не нужны честные правоохранители. И то, что сейчас пошло выкорчёвывание этой системы с разных сторон, это очень большой труд, и мы за один день эту проблему не решим.
Тот же самый Сафонов и все остальные, которые "цепи плавили на унитазы", как я называю такой подход, они-то и формировались в то время. Они пришли в органы "зарабатывать", это их идеология. Для этих задач их и ставили, и продвигали. И у них имеются "крыши", имеется поддержка, имеются "свои проверяющие". Но система ломается. Будет день – будет пища.
Борьба с коррупцией – спектакль или тяжёлая работа?
– Некоторые наши зрители считают, что ситуация на Ставрополье – это некий "показательный спектакль". Ваше мнение на этот счёт?
М.Х.: Я не думаю, что это показательный спектакль. Мы действительно видим, как в последнее время ведётся борьба с коррупцией. На мой взгляд, это абсолютно не спектакль.
И.М.: Мы как-то забыли о том, что бывший начальник полиции Карачаево-Черкессии Альберт Карабашев, обвиняемый в заказе трёх убийств, был сначала на подписке о невыезде, затем – на домашнем аресте, а затем и вовсе покинул страну. То есть какая круговая порука там должна быть, чтобы человек, подозреваемый в заказе трёх убийств, не оказался в СИЗО. У нас действительно система вся гнилая.
И ведь никто не задаётся вопросом, сколько этот Сафонов отправил денег в Москву, чтобы занять место главного гаишника Ставрополья. Сколько у нас сюжетов показывали, когда берут полицейских кадровиков, а у них находят сумки с деньгами.
Мне кажется, идёт кампания, цель которой – всё руководство МВД перетрясти, вплоть до господина Колокольцева.
А.Г.: Ситуация на Ставрополье – это не спектакль, я в этом уверен. И ещё я хочу сказать, что это не сегодняшняя проблема. Я помню, когда ещё студентом в Советском Союзе работал бортпроводником, во время путины на Дальнем Востоке мы перебрасывали самолётами бригады милиционеров из Хабаровского края на Камчатку, с Камчатки – в Магадан, из Магадана – в Приморье и так далее.
А делалось это для того, чтобы обрубить на корню их коррупционные связи, которые у них есть на местах. И это не помогало. Они на новом месте тут же обрастали этим связями и продолжали работать в контакте с браконьерами.
М.Х.: В Белгороде есть памятник милиционеру, который сам себя оштрафовал за нарушение правил дорожного движения. Это реальная история советских времён. Тогда тоже была коррупция, но многие служили Родине честно. И если мы сейчас начнём воспитывать будущих офицеров именно так, то не сразу, а через много лет, но мы получим настоящих офицеров. Сейчас у нас пока такая возможность есть – в органах ещё работает много хороших сотрудников.