Мама анархия, Папа - Ростов... "дикая дивизия"

Махновцы питали по отношению к горцам хорошо объяснимую, лютую ненависть. Если пленный офицер рассчитывал на быструю смерть, а пленные солдаты Красной или Белой армии вообще в пропагандистских целях обычно отпускались на все четыре стороны, то горцам это не грозило.
Их обычно обливали керосином и сжигали, либо рубили шашками на куски… Страшные для мирного и безоружного населения лихие джигиты раз за разом терпели унизительные страшные поражения от махновцев, неся при этом совершенно чудовищные потери.
В бою под Александровском конно-пулемётный полк Кожина буквально расстрелял 2 полка "туземцев", добив остальных сабельной атакой… Потери повстанцев составили не более 40 человек, потери джигитов от 1200 человек...




https://www.perunica.ru/chechnia/3944-ipomorcev-gulyaj-pole-protiv-gorcev-ukraina-1919.html

Окончательно "непобедимая Дикая дивизия" была добита 11 ноября в ночном бою под Екатиринославом. "Героические" горцы частью были перебиты в кавалерийской рубке, частью разбежались, многие утонули в Днепре ; более 700 человек, включая "их офицерских благородий", попала в плен… Это окончательно сломало "настоящих мущин" и "воинственных горцев"…
Из мемуаров офицера Туземной дивизии Де Витте: "Раны у чеченцев были в большинстве смертельные. Я сам видел разрубленные черепа, видел отрубленную начисто руку, плечо, разрубленное до 3 4 го ребра, и проч. - так могли рубить только хорошо обученные кавалерийские солдаты или казаки".

Участник махновского движения Герасименко писал:

"Больше всего досталось кавказским частям - чеченцам и другим. Их в эти месяцы погибло несколько тысяч. В конце ноября массы чеченцев категорически заявили, что они не желают больше воевать с Махно, самовольно бросили посты и армию Деникина и поехали к себе на Кавказ. Так начался общий распад деникинской армии."

Из мемуаров офицера Туземной дивизии де Витте:




"Удельный вес чеченца как воина невелик; по натуре он - разбойник-абрек, и притом не из смелых: жертву себе он всегда намечает слабую и в случае победы над ней становится жесток до садизма.
В бою единственным двигателем его является жажда грабежа, а также чувство животного страха перед офицером.
Прослужив среди чеченцев и побывав у них в домашней обстановке в аулах, я думаю, что не ошибусь, утверждая, что все красивые и благородные обычаи Кавказа и адаты старины созданы не ими и не для них, а, очевидно, более культурными и одарёнными племенами.
В то же время справедливость заставляет сказать, что чеченец незаменим и прекрасен, если, охваченный порывом, он брошен в преследование расстроенного врага. В этом случае - горе побеждённым: чеченец лезет напролом. Упорного же и длительного боя, особенно в пешем строю, они не выдерживают и легко, как и всякий дикий человек, при малейшей неудаче подвергаются панике".



Генералу Ревишину, однако, удалось сформировать новую Дикую дивизию, но это были окончательно сломленные потерями и бегством с Украины джигиты… Какая-либо дисциплина пала окончательно - остался один примитивный грабёж - основной промысел горцев из века в век.
Ново-старая дивизия была переброшена в Крым, называлась по-разному: то Чеченской конной, то Крымско-туземной бригадой, то ещё как-то… Суть была одна.

Вот что пишет генерал Слащёв-Крымский:

"Великолепные грабители в тылу, эти горцы налёт красных в начале февраля на Тюп-Джанкой великолепно проспали, а потом столь же великолепно разбежались, бросив все шесть орудий. Красных было так мало, что двинутая мною контратака их даже не застала, а нашла только провалившиеся во льду орудия. Мне особенно было жалко двух лёгких: замки и панорамы были унесены красными и остались трупы орудий".
На этом и закончились похождения "Дикой дивизии" истинных горцев в Белой армии..."