Заговор послов против советской власти
Дипломатия — дело тонкое
Дипломатическая карьера британца Брюса Локкарта в России началась в 1912 году. Тогда он прибыл в Москву, став генеральным консулом Великобритании. Когда в России вспыхнула революция, англичанин покинул страну. Правда, в самом начале 1918-го он вернулся. Локкарт возглавил специальную британскую миссию при советском правительстве.
В Россию Брюс возвратился с определённой задачей. От него требовалось сделать так, чтобы русские не вышли из Первой мировой войны. Однако первоначальный план реализовать британскому дипломату не удалось. 3 марта 1918 года был подписан Брестский мир. И Советская Россия оказалась вне игры. Теперь Локкарту необходимо было организовать заговор, чтобы совершить государственный переворот. Подразумевалось, что на место ликвидированного Ленина будет поставлен кто-то «свой», более сговорчивый. И Брюс взялся за дело.
В союзниках у Локкарта были сразу несколько западных послов, а также мощная агентурная сеть, которую возглавлял шпион Сидней Рейли. Заговорщики решили сделать ставку на латышей, в них они видели идеальный «инструмент» для переворота.
Поначалу Локкарту и его соратникам сопутствовал успех. Им удалось заручиться поддержкой антисоветской группировки «Союз защиты родины и свободы», которую возглавлял Борис Савинков. Он к тому моменту уже успел зарекомендовать себя не только как пламенный революционер, но и как координатор эсеровских террористов. Однако соединиться в мощный кулак у заговорщиков не вышло. Свой ход сделали сотрудники ВЧК, которые провели массовые аресты контрреволюционеров. Феликс Дзержинский уже знал о готовящемся в стране перевороте. Его сотрудники выяснили, что им придётся противостоять иностранной коалиции. И Дзержинский решил сработать на опережение.
Разгром «Союза» лишь на какое-то время остудил пыл Локкарта. Дзержинский и его ближайшие соратники понимали, что британец не отступит. И поэтому разработали план «контрнаступления». А главные роли в нём сыграли латышские стрелки Ян Буйкис (вместо настоящей фамилии он использовал псевдоним Шмидхен) и Ян Спрогис. По задумке, они должны были проникнуть в антисоветское подполье и сорвать планы иностранцев.
Шмидхен и Спрогис явились в Латышский клуб, находящийся в Петрограде. Им, опытным чекистам, быстро удалось найти контакт с «местными». Рассказы о разочаровании в советской власти сделали своё дело. Им поверили. Затем агенты выяснили, что первым звеном в цепи заговорщиков является Фрэнсис Кроми — морской атташе британского посольства. С него и решили начать.
Встреча Шмидхена и Спрогиса с британцем произошла в одной из гостиниц. Кроми ничего не заподозрил, наоборот, он был уверен, что два латыша — подарок судьбы. И он решил отправить их к Локкарту. Поскольку именно за Брюсом оставалось последнее слово, брать новичков в свой антисоветский «кружок» или нет.
Шмидхен и Спрогис отправились в Москву, прихватив в собой рекомендательное письмо от Кроми.
Звенья одной цепи
В этот момент в ВЧК решили немного скорректировать план действий. Поскольку Спрогису тяжело давалась роль двойного агента, его заменили на командира первого дивизиона латышских стрелков Эдуарда Берзина. По легенде, он также сильно разочаровался в советской власти и готов был примкнуть к её врагам.
В середине августа 1918 года Ян и Эдуард встретились с Локкартом. Появление Берзина британца, конечно, насторожило. Но личная беседа и письмо от Кроми убедили дипломата в отсутствии опасности. Особенно задел его рассказ латышей о том, что их, стрелков, большевики решили отправить в Архангельск для ликвидации британского десанта. И они отправятся, но только для того, чтобы перейти на сторону англичан. Локкарт пообещал подумать и назначил встречу на следующий день.
Брюс ничего не заподозрил. И на встрече передал латышам документы, с помощью которых они могли перейти на сторону британских военных. А помочь им в том деле должен был шпион Сидней Рейли — ещё одно звено цепи.
Документы с печатью и подписью Локкарта чекисты отдали своему руководству. По факту, уже и этого хватило бы, чтобы выдвинуть британцу обвинение и выслать его из страны. Но агенты решили не останавливаться, хотя и понимали шаткость своего положения.
На встречу с Рейли отправился лишь один Берзин. Сделано это было специально, поскольку он как командир латышских стрелков выглядел для шпиона более перспективно, чем Шмидхен. И чекисты не ошиблись.
Зато ошибся Рейли. Он, судя по всему, верил в то, что в его окружение не попадут двойные агенты. И поэтому Сидней рассказал Берзину о своих замыслах: организации восстаний в Петрограде и Москве, а также аресте большевистских лидеров. Причём сделать это должны были как раз латышские стрелки на заседании Совета Народных Комиссаров. А чтобы Берзин не сомневался в правильности своего выбора, Рейли передал ему несколько сотен тысяч рублей, которые следовало потратить на обеспечение нужного количества латышских стрелков, охранявших Кремль.
Затем последовала ещё одна встреча Рейли и Берзина. Теперь англичанин заявил, что арестовывать Ленина не нужно, его было необходимо сразу ликвидировать. А после отдал собеседнику ещё несколько сотен тысяч рублей.
В конце августа шпион и двойной агент встретились в третий раз. Берзин вновь получил солидную сумму, а также распоряжение незамедлительно отправляться в Петроград. Распрощавшись с Рейли, он направился к своим кураторам и отдал деньги, как делал до этого. И отчитавшись, отбыл в Петроград.
На конспиративной квартире Берзин сумел отыскать адрес одной из московских явок британского шпиона. Параллельно чекисты перехватили письмо французского журналиста президенту Франции Пуанкаре. Стало понятно, что в заговоре участвуют не только британцы и американцы, но ещё и французы. Однако доказательств было не так много. В ВЧК хотели полностью размотать клубок. И это сыграло с чекистами злую шутку.
30 августа Фанни Каплан совершила покушение на Владимира Ленина, а Леонид Каннегисер застрелил председателя Петроградской ЧК Моисея Урицкого.
Финальный аккорд
Чекисты провели операцию сразу в двух городах. В Петрограде её возглавил сам Дзержинский, а в Москве — его заместитель Яков Петерс. 31 августа чекисты штурмом взяли здание британского посольства на Дворцовой набережной в Петрограде. В перестрелке погиб Фрэнсис Кроми, многие компрометирующие документы англичане успели уничтожить.
Параллельно московские чекисты внезапно явились с обыском к иностранным дипломатам и сотрудникам посольств. Некоторых людей арестовали. Схвачен был и сам Брюс Локкарт. Его допрашивал Яков Петерс, но ничего ценного узнать у британца не смог. Тот молчал, прикрываясь дипломатической неприкосновенностью. И вскоре его отпустили.
Не удалось по горячему следу схватить и других заговорщиков. Например, Сиднея Рейли. После облавы в британском консульстве и ареста нескольких важных человек в дело вступили западные СМИ. Иностранные газеты писали о вопиющих нарушениях прав человека и правил дипломатической неприкосновенности. А в Лондоне был задержан представитель РСФСР Литвинов, причём каких-либо обвинений ему не выдвинули. В ответ был во второй раз арестован Локкарт, который не успел уехать.
В октябре иностранные дипломаты, так или иначе причастные к заговору, покинули Россию. А революционный трибунал рассматривал дела более двух десятков человек. Что же касается Брюса Локкарта, то он продолжил дипломатическую деятельность в других странах Восточной Европы. Затем стал журналистом и написал несколько книг, посвящённых России. Не стало бывшего тайного агента в 1970 году.