Молдавские дворянские роды Стояновых и Кулжинских не угасли

В самой старой части Армянского кладбища, неподалеку от церкви, увидела очень старые надгробные плиты с фамилией Стоянов. Память не случайно зацепилась за эту фамилию. В архивах храню диктофонные записи января 2003 года с записью разговора с бывшей учительницей карпиненской школы Екатериной Ивановной Кулжинской. Она не просто преподавала русскую словесность, но была одним из тех завучей, которые умели сплачивать коллектив. Из карпиненской школы, одной из лучших с стране, вышло немало хороших специалистов.

Екатерины Ивановны давно уже нет с нами, как и ее супруга, заслуженного педагога Валентина Леонтьевича  Кулжинского, но бывшие ученики, до сих пор помнят их. Вот рассказ Кулжинской.

Балканским ветром занесло

Корни Кулжинских тянутся с Балкан. В 1805-м, после восстания гарибальдийцев, Стояновы и Кулжинские попросили убежища у русского правительства, приняли российское подданство, служили, получили российское дворянство и большие наделы земли, в том числе в Бессарабской губернии. Один из братьев Стояновых, имея очень большое имение в Алчедарах, пошел в «народники» и раздал все земли крестьянам. В этом селе до сих пор есть колодец Стоянова, там прекрасная ключевая вода.

Стояновы и Кулжинские на протяжении десятилетий постоянно роднились. Род моей свекрови, она по мужу Хынку, тянется от «молдавских» македонцев  Стояновых, род свекра – от «русских» македонцев Кулжинских. Потомки основателя монастыря Хынку живут и здравствуют по сей день, предпочитая оставаться в тени известности знаменитого предка.

Род Хынку - очень древний. Моя свекровь Надежда Георгиевна была внучкой помещика Хынку,  чье огромное имение располагалось в местечке Бурсук, село Сокорень. Двое сыновей помещика были женаты. Дочь Георгия Вера – мать моей свекрови Надежды Георгиевны. А у Михалчи был единственный ребенок – красавица Елена. Влюбилась без памяти в простого крестьянина, родители не позволили ей выйти за него замуж, и от отчаяния девушка утопилась в озере.  В память о Елене отец и построил монастырь. Вначале он был женским, потом монашек перевели в село Вэрзэрешть неподалеку от Ниспорень, и монастырь стал мужским.                                                                                                                                                                                

Здесь пел в хоре двоюродный брат Надежды Георгиевны, также внук помещика Хынку. Послушать его приходили со всей округи. Он не женился. В советское время монастырские помещения были отданы под санаторий. Мне с мужем довелось побывать там. Густые леса, озеро как чаша, очень глубокое… Говорят, утопленницу нашли только на восьмой день, когда ее тело всплыло. Убитый гомер отец украшал  берега озера статуями, декоративными деревьями, цветами, потратив на это все свое состояние.

Если бы моя свекровь Надежда Георгиевна не была дворянкой, ее не выдали бы замуж за Леонтия Андреевича. Его будущая жена Наденька училась в элитной гимназии Натальи Дадиани в Кишиневе, сохранилось фото этого выпуска 1911 года. А вот фотографий старших Хынку нет: родители и дяди  Надежды умерли рано, а вот сама Надежда Георгиевна прожила 99 лет.

Праправнук помещика Хынку – дипломат

Это была потрясающая женщина. Ни разу не видела, чтобы она лила слезы, была очень сдержанной. Хорошо говорила по-французски, имела способности к математике. Ее муж, мой свекор, умер раньше нее, успев благословить брак своего внука, моего сына  Леонида Валентиновича Кулжинского, праправнука помещика Хынку. Молодые приехали к бабушке с дедом 31 июля 1972 года в наряде жениха и невесты, а ровно через неделю Леонтий Андреевич умер и был похоронен в родных Карпиненах.

Он был заслуженный учитель Молдавии, отличник народного образования. Преподавал в школе географию. Я тоже 41 год проработала учительницей, 30 из них - в Карпиненах, преподавала русский язык и литературу в молдавской школе, заведовала учебной частью. Я прожила там до 1982 года, пока моего сына Леонида после окончания академии дипломатии не назначили советником посла в Афганистане. Внук одинаково хорошо говорил на двух языках, решено было отдать его в русскую школу, и пришлось нам с ним переехать в Оргеев. По возвращении из Афганистана сын Леонид с  Лидией забрали мальчика  в Бендеры, где обосновались. 

О том, что мой муж, скромный школьный учитель, был из дворян, в нашей семье не принято было говорить. Считаю, что титул унаследовал мой старший сын Леонид. У моего младшего сына Алика есть дочь Катя. Таким образом, из Кулжинских в Кишиневе сегодня живут Леонид, Алик и их дети Гена, Саша и Катюша. Все они – потомки помещика Михалчи Хынку.

Николай Гоголь не любил латынь

О Кулжинских вышла книга в Москве, автор, не известный нам родственник из Дубны, запросил у нас  биографические данные. Родословная ведется уже много десятилетий. Один из Кулжинских, Григорий, преподавал латынь в нежинской гимназии, где учился Николай Гоголь. Есть памятная доска. Гоголь не любил латынь, а педагог был очень требовательным. Другой  представитель рода Кулжинских был знаменитым футболистом на Украине в довоенное время.

В нашей семье сохранилась фотография трех теток Леонтия Андреевича, живших неразлучно в Ленинграде. Надежда Степановна была советским дипломатом, работала в Германии. В семье свободно говорили на французском, английском, немецком. Нина Степановна была геологом, очень хотела, чтобы и мой Леня стал им. Девиц интересовала только наука, замуж они не вышли.

Кулжинские честь имеют

Что отличало всех Кулжинских? На мой взгляд, интеллигентность и образованность. Они были глубоко порядочными и сердечными людьми. Любили возвышенно. За 33 года мы с мужем ни разу не поссорились, и мне кажется, что я не успела долюбить… В роду Кулжинских не разводились.

И все они оставили свой след на земле. Леонтий Андреевич, мой свекор, был ученым-агрономом в колхозе. Свекровь, педагог, развила таланты многих детей. Их старший сын Евгений, родной брат моего мужа, был одним из первых выпускников географического факультета кишиневского пединститута, более 30 лет работал директором школы села Дубэсарий Векь, его имя вписано в Золотую книгу республики. Воевал, получил орден Красной Звезды за взятие Вены. Мой муж тоже отдал свой долг Отечеству. С орденами вернулся из Афганистана сын, ныне полковник в отставке Леонид Кулжинский.

Говорю обо всем этом потому, что, как мне кажется, после 90-х девальвировались у нас понятия достоинства, чести, долга. Мы словно забыли, что у каждого из нас есть глубоко сидящие в земле корни, и порой напоминаем гонимую ветром траву.

Записала Мария БУИНЧУК

На фото:

Хынковский Параскевиевский монастырь - один из наиболее посещаемых в Молдове - основал более 300 лет назад Михалча Хынку.

Потомок дворянских фамилий кишиневец Леонид Кулжинский.