Что подорвало здоровье Юрия Шатунова

Его можно смело назвать голосом поколения – в конце 1980‑х песни «Ласкового мая» пела вся страна. Детдомовец, сделавшийся кумиром миллионов, стал символом нового времени – времени перемен и открывающихся возможностей. Юра Шатунов, по сути, был первой звездой нового российского шоу-бизнеса, который развернулся в наступившую эпоху. Звездой, которая так рано погасла… Детство, ты куда бежишь 

Он появился на свет в машине скорой помощи, на которой везли в роддом его 18-летнюю мать Веру Шатунову. Родители Юры поженились очень рано, и его отец Василий Клименко был настолько не готов к появлению отпрыска, что даже не дал ему своей фамилии.

Первые четыре года мальчик больше времени проводил у бабушки с дедушкой, чем с родителями, а потом мать ушла к другому и забрала с собой сына. Увы, новый муж Веры мальчика тоже не жаловал и вдобавок имел проблемы с алкоголем. Юра начал сбегать из дома – чаще всего к бабушке или к кому-то из родни.

Потом, ещё при жизни матери, его определили в интернат. По одной из версий, Вера Шатунова спивалась. По другой – у неё прогрессировала болезнь сердца, и тянуть ребёнка было не под силу. От острой сердечной недостаточности мама певца и умерла. Говорят, она немного не дождалась операции. Ей было 29 лет, Юре – всего 11. Сам он позже признавался, как в тот момент накатило чувство тотального одиночества. В одночасье он лишился поддержки, защиты и единственного близкого человека.

Вероятно, это потрясение и подтолкнуло Шатунова к бродяжничеству. Мальчика определили на воспитание к тёте, но он практически целый год провёл в бегах. Тогда за дело взялись социальные службы: в 1985 году в Оренбурге собралась комиссия по опекунству, там Юру увидела директор детского дома Валентина Тазекенова, сжалилась над ним и взяла под своё покровительство. Так Юра оказался в одном из детских домов Оренбурга, а Валентина Николаевна фактически стала его второй матерью. Это была судьба.

В детском доме Оренбурга, где он оказался, музыкальным руководителем работал Сергей Кузнецов. Он писал песни и мечтал о создании группы из воспитанников детдома. Знакомый посоветовал ему обратить внимание на Шатунова. Мальчику устроили прослушивание. Сложилось всё: идеальный слух, приятный голос, привлекательная внешность.

«Ты будешь звездой», – пообещал Юре Сергей Кузнецов.

И не ошибся. Запиши мой голос на кассету 

Постепенно среди воспитанников того же детдома подобралась целая группа, начались выступления перед публикой. Сверстники искренность и лиризм песен новоиспечённой группы оценили сразу. Песни стали записывать на магнитофон, чтобы слушать ещё и ещё и танцевать под них на дискотеках.

Кассету своих подопечных Сергею Кузнецову удалось продать одной из оренбургских студий звукозаписи. На вырученные 30 рублей он купил ящик мороженого и дешёвые электронные часы – себе и Юре как солисту.

Но главные дивиденды были ещё впереди. Будущий продюсер «Ласкового мая» Андрей Разин на эти записи группы наткнулся в Москве, где работал на студии «Рекорд». Он сразу понял, что это настоящая золотая жила. Разин помчался в Оренбург разыскивать молодые таланты. Ещё немного, и он мог бы не успеть: на Сергея Кузнецова как раз завели уголовное дело за продажу музыкального оборудования для дискотек, а Шатунов снова был в бегах. Андрею удалось добиться закрытия уголовного дела и разыскать беглеца. Такое всемогущество ему во многом обеспечивал природный авантюризм: двери чиновничьих кабинетов Разин открывал, представляясь племянником генсека Михаила Горбачёва.

Он перевёз Кузнецова и Шатунова в Москву, вскоре к ним подтянулись ещё несколько ребят из детдома. А уже через полгода песни «Ласкового мая» слушала вся страна.

В 1988 году начались триумфальные гастроли по СССР. На тот момент отечественный шоу-бизнес не видел ничего подобного. Да и бизнеса как такового не было – только эстрада, на которой выступали взрослые дяденьки и тётеньки. А тут молодые симпатичные ребята, да ещё с трагическим прошлым. «Ласковый май» тронул не только детские, но и взрослые сердца.

Жизнь бывших детдомовцев круто изменилась. 15-летние мальчишки ездили теперь на «Чайке» – машине, которая считалась правительственной. Деньги за гастроли перевозили в хозяйственных сумках, маскируя их сверху продуктами.

Ходили слухи о баснословных гонорарах Шатунова: если именитые артисты типа Пугачёвой и Леонтьева получали по 30 рублей за концерт, то Юре платили якобы более 50. Коллеги по группе вспоминали, что он ни в чём не знал отказа – Разин выдавал ему наличные по первому требованию.

На Шатунова гроздьями вешались поклонницы, но сам он в громких романах замечен не был. Девушки периодически появлялись и исчезали из его жизни, зато ему регулярно приписывали внебрачных детей.

Казалось, эта яркая звёздная жизнь, полная приключений, никогда не закончится. Но оборвалась она так же внезапно, как и началась. Седая ночь 

«Ласковый май» развалился в 1991 году вместе со страной под названием СССР. Сказалось множество причин: и общая усталость, и обстановка вокруг, и взросление ребят.

Андрей Разин объяснял, что у него просто не было другого выхода: мальчики «зазвездели», транжирили деньги, устраивали погромы в гостиницах.

Однако, по мнению Шатунова, Разин слишком много замкнул на себя: финансы, гастроли, раскрутку, контролировал личную жизнь ребят. В итоге в начале 90‑х Юра объявил об уходе из группы.

На какое-то время он исчез из поля зрения публики. Однако его судьба сложилась гораздо благополучнее, чем у остальных участников «Ласкового мая», многие из которых не дожили и до 30 лет.

Солисты Юрий Гуров и Юрий Петлюра разбились в автокатастрофах. Клавишник группы Арвид Юргайтис погиб при пожаре на собственной даче – пьяный уснул с сигаретой. Басист Вячеслав Пономарёв умер от туберкулёза, Алексей Бурда – от алкогольной интоксикации. Барабанщик Игорь Игошин и клавишник Михаил Сухомлинов были убиты: один – в пьяной драке, другой – бандитами, с которыми связался. Недавно от онкологии умер бывший клавишник группы Александр Прико.

На этом фоне даже говорили о проклятии «Ласкового мая», которое, казалось, Юру Шатунова благополучно миновало. Он уехал в Германию, где освоил профессию звукорежиссёра. Там же он встретил свою жену Светлану – познакомился с нею в кафе. Шатунова подкупило то, что девушка ничего не слышала ни о нём, ни о группе «Ласковый май».

В сентябре 2006 года у Светланы с Юрием родился сын Дэннис, через год они официально расписались, в 2013‑м появилась на свет дочь Эстелла.

А потом друг и директор певца Аркадий Кудряшов уговорил Шатунова вернуться на сцену. С этого момента артист по сути жил на две страны: много гастролировал по России, а затем возвращался к семье в Германию.

Увы, в последние годы творческую деятельность Юрия омрачали судебные тяжбы с Андреем Разиным за наследие «Ласкового мая». Незадолго до смерти Шатунову удалось отвоевать право на исполнение «майских» хитов, но вся эта история явно подточила физическое состояние артиста.

Да и вообще железным здоровьем он никогда не отличался. Говорят, у Шатунова в детстве сильно болели ноги, потом у артиста обнаружили язву желудка. На сердце Юрий вроде не жаловался, но на последних концертах поклонники замечали, что артист сильно уставал и его мучила одышка. Сказывался плотный график, да и наверняка наследственность.

23 июня он приехал на дачу, чтобы с друзьями отметить завершение гастрольного тура и потом отправиться в Германию. Неожиданно Юрий почувствовал себя плохо. Вызвать скорую не удалось – друзьям посоветовали самим привезти его в ближайший медпункт. Там сняли кардиограмму, которую врачи назвали ужасной. Было решено перевезти Шатунова в Домодедовскую больницу. Однако медики предупредили, что он может не доехать. Сердце артиста остановилось в машине скорой помощи – там же, где когда-то началась его жизнь.

Церемония прощания растянулась на три дня, десятки тысяч поклонников пришли с букетами белых роз. Теперь они навсегда останутся символом вечной молодости. Молодости целой страны.

Лариса Плахина

Ранее сайт Pravda-nn.ru рассказал, что нижегородец выставил на продажу автограф Виктора Цоя за 1 млн рублей.