Советскому вратарю Третьяку подарили уникальную иномарку. Почему легендарный хоккеист хотел от нее избавиться
У трехкратного олимпийского чемпиона и одного из величайших голкиперов в истории хоккея Владислава Третьяка были особенные отношения с автомобилями. Одной из первых машин легенды ЦСКА был «Жигули» первой модели, который он получил в 1971 году. Но главный тренер армейцев Анатолий Тарасов категорически запрещал своему подопечному использовать авто чаще двух раз в неделю. Все остальное время Владислав должен был, как и все простые люди, ездить на метро. По мнению прославленного коуча, таким образом в игроках воспитывалась скромность, а вероятность возникновения звездной болезни или расслабленности стремилась к нулю.
Но у будущего президента ФХР было свое мнение на этот счет. Третьяк не послушался Тарасова и продолжал ежедневно добираться на тренировки на машине, с той лишь разницей что теперь он предусмотрительно оставлял ее недалеко от дворца — за углом, у бассейна. Чтобы главный тренер не заметил.
На той же «копейке» 13-кратный чемпион СССР попал в первую в жизни аварию. По дороге в Дмитров Владислав не успел затормозить перед ударившим по тормозам из-за выбежавшей на дорогу собаки самосвалом — как результат, штырь для прицепа смял лобовое стекло хоккеиста. Благо, сам Третьяк обошелся без травм.
А в 1976 году автопарк великого голкипера пополнился уникальным для тех лет автомобилем — спортивной двухдверной «Тойотой» желтого цвета. Эту машину Третьяк получил за игру на Кубке Канады: сборная СССР не прошла в финал и заняла лишь третье место, но это не помешало организаторам турнира назвать вратаря советской команды лучшим игроком.
«В финал мы не попали. Вот это были ощущения — сидишь около телевизора, вдруг слышишь: «Лучший игрок — Владислав Третьяк, команда Советского Союза», — рассказывал легенда ЦСКА.
Заветную мечту любого автовладельца в СССР доставили самолетом в специальной упаковке, которая служила защитой для автомобиля при транспортировке. А во время получения машины Третьяк увидел послание от отправителей, которые на упаковке написали «Третьяку, Кубок Канады!». Эксклюзив, не иначе. Правда, Владислав столкнулся с большой проблемой: по прибытии в Москву авто обложили сумасшедшей по тем временам пошлиной — 8 тысяч рублей. Услышав эту цифру, лучший голкипер страны отказался платить такие деньги и сказал, чтобы машину отправили обратно. Но этот вопрос удалось решить благодаря министру внешней торговли Николаю Патоличеву — узнав о проблемах Третьяка, чиновник освободил его от выплаты пошлины.
«Представляете — «Тойота» желтого цвета, затемненные стекла, спортивная! Двухдверная! Даже сейчас народ будет смотреть вслед. А тогда что было — в 1976-м! У нее было пять скоростей, бортовой компьютер. Вся московская милиция знала эту машину. Я один такой в городе был. Летал на ней — будь здоров!», — с неподдельным восхищением вспоминал Третьяк.
Когда Владислав только получил этот автомобиль, то почувствовал себя настоящей суперзвездой. Когда он проезжал мимо, прохожие оглядывались ему в след, а стоило только оставить машину на улице и уйти ненадолго в магазин, как около нее тут же собиралась толпа зевак. Каждый хотел рассмотреть чудо-автомобиль вблизи — для СССР такой аппарат и правда был в диковинку. Яркая «Тойота» не оставила равнодушными и одноклубников Третьяка, которые разделились на два лагеря: одни искренне были рады за голкипера и хотели покататься на ней, а другие откровенно завидовали и даже не приближались к автомобилю.
Правда, были во владении столь экзотичным для советского времени авто и определенные минусы.
«После пяти лет тяжело стало. Запчастей нет — где брать?! Припарковался однажды у «Детского мира». К рождению дочки надо было коляску купить. Возвращаюсь — к автомобилю не подойти! Народ облепил. Кто-то стекло протирает — пытается разглядеть, что внутри. Я подхожу важный, все сразу — «О-о, Третьяк!» Сажусь в машину — ж-ж-ж… Не заводится! Что за новости? Снова — ж-ж-ж… Ничего! Что? Где? Куда бежать?! Я на техобслуживание в посольство ездил — исключительно там, в спецгаражах, могли что-то найти. Друзья из УПДК помогали. Но здесь-то как быть? «Тойота» жужжит — и не с места! Народ начинает похохатывать. В панике. Вдруг какой-то работяга толпу раздвигает. «Владислав, что у тебя?» — «Не заводится. Бензин вроде есть». — «А где предохранители?» Открывает — «А-а, перегорел!» Берет сигаретную пачку, вытаскивает фольгу… Обмотал, что-то закоротил — тюк, и завелась. Вот что значит заграничная машина. Один предохранитель полетел — никуда не едем. А дядька за секунду все решил!», — рассказывал Владислав.
Намучавшись из-за постоянных поломок и отсутствия запчастей, Третьяк принял решение продать культовый автомобиль. Но при продаже этого авто нужно было соблюсти определенные условия: когда олимпийского чемпиона освободили от уплаты пошлины, то поставили в известность, что если он в течение следующих 5 лет продаст эту машину, то должен будет отдать 50% государству. Однако Владислав без труда выполнил это условие: откатав на ярком авто ровно 5 лет, он с большим удовольствием избавился от него.
«Переход на советский автопром прошел легко. Жизнь заставила! Все эти беды с запчастями для «Тойоты» добивали сильнее. Компьютер пишет: «Надо сменить колодки». Где взять? Ладно, еду в Финляндию, покупаю. Оказывается, не те! Откуда мне это знать? Слава богу, наши мастера подточили, приделали. Так в конце концов сам компьютер испортился!», — рассказывал прославленный вратарь.