Осудили сразу трех экс-министров здравоохранения
21 января вынесен приговор по так называемому «фармделу». Его фигурантами стали экс-руководители областного Минздрава Рашид Абдуллов и Павел Дегтярь, бывший вице-спикер регионального Заксобрания Игорь Тихонов, бывший директор АО «УльяновскФармация» Ольга Кузнецова и её зам Евгений Коган.
Оглашение приговора
Подсудимым вменялось проведение в 2016-2017 годах централизованных госзакупок у «УльяновскФармации» кислорода по завышенным ценам. Разница между реальной стоимостью препарата и указанной в документах, по материалам дела, «оседала» в карманах подсудимых.
Приговор зачитывали 21 января с 8.30 до 15.30. До начала заседания фигуранты дела заметно нервничали, все они явились в суд с сумками. По ходу процесса Тихонов, сидящий во втором ряду, дёргался, стучал пальцами о спинку скамейки, постоянно пил воду. Дегтярь и Коган стояли в самом центре, перед судьёй, не выдавая эмоций, а на запястье Абдуллова был тонометр.
Судья признал их всех виновными. Услышав приговор, Тихонов развёл руками, мол, что за бред, Абдуллов поник, а Кузнецовой после этого стало плохо.
В итоге суд приговорил Тихонова к 5 годам лишения свободы в колонии общего режима, обязав выплатить штраф на сумму 1 миллион рублей, Абдуллова — к 4 годам в колонии и штрафу в размере 700 тысяч рублей. Остальные подсудимые получили условные сроки: Коган — 4 года и 800 тысяч штрафа, Кузнецова — 3,5 года и 700 тысяч штрафа, Дегтярь — 2,5 года и 200 тысяч штрафа.
Апелляция – дело рискованное
После вынесения приговора обеим сторонам, подсудимому и гособвинению, даётся 10 дней на его обжалование.
Адвокат Павла Дегтяря Ирина Савельева пояснила журналистам «Молодёжки», что приговор она и её подзащитный получили на руки 26 января. Сейчас она изучает документ.
— Мы настаиваем на невиновности и добивались оправдательного приговора, — рассказывает Ирина Савельева. – Но главное, конечно, что Павел Сергеевич вернулся после суда домой, к жене и детям. Что касается апелляции, то решение примет сам Павел Сергеевич. Моя задача как адвоката — разъяснить ситуацию, в том числе и риски такого шага. Например, бывали случаи, когда при повторном рассмотрении дела наказание ужесточалось.
— Если говорить о самом приговоре, то я ничего этого не совершал, — комментирует Павел Дегтярь. — Все родственники и друзья отговаривают меня от подачи апелляции, призывают не тратить на это время. Мы с адвокатом решим, будем ли обжаловать приговор.
Представитель гособвинения Максим Фролов также пока не готов дать точный ответ, будет ли подавать представление о пересмотре решения суда.
— Я приговором доволен, фактически все обстоятельства, которые были изложены, нашли своё отражение в приговоре, суд посчитал, что они доказаны, — говорит прокурор. — Что касается наказания, в отношении Тихонова и Абдуллова я доволен. Что касается Дегтяря, Когана и Кузнецовой, получивших условные сроки, то я изучу приговор, ознакомлюсь с выводами, почему суд решил, что им необходимо отбывать наказание условно. Затем приму решение, будем ли выносить представление по решению суда.
Максим Фролов пояснил, что Тихонов и Абдуллов по факту проведут в местах лишения свободы меньше озвученного срока. Из полученных ими, соответственно, 5 и 4 лет колонии общего режима будет вычтено время, проведённое в СИЗО и под домашним арестом. Суд постановил засчитать время домашнего ареста из расчёта 2 дня за 1 день в колонии и 1 день в СИЗО за два дня в колонии.
Что ждет Тихонова и Абдуллова?
— После вступления приговора в законную силу (через 10 суток, если не будет подана апелляция), они будут этапированы в Димитровград, где размещена колония общего режима для тех, кто осуждён впервые, — объясняет нам Алексей (имя изменено), который знает всю эту систему не понаслышке. — Там они две недели проведут в карантине. Это общая практика, не связанная с ковидом. За это время им разъяснят все правила пребывания в «исправительном лагере». По факту, администрация колонии и заключённые, пользующиеся авторитетом, объяснят, что у человека есть выбор: либо он соблюдает все правила, работает и не нарушает распорядок и может в этом случае выйти досрочно, либо нарушает режим и примыкает к так называемым «блатным».
Порядки в колонии достаточно жёсткие, но терпимые: подъём в 6 утра, в год четыре длинных свидания (3 суток) и 6 коротких (6 часов). Кормят три раза в день, причём вполне нормально. Если у тебя есть чай и конфеты, то можно существенно упростить свою жизнь. Это самая распространённая валюта в колонии. Живые деньги тоже в почёте: если с воли прислали рубли, то заключённый может дважды в неделю совершать покупки в магазине при колонии.
— Конечно, их ждёт шок, — считает Алексей. — Окружение в колонии очень далеко от круга общения, к которому они привыкли. У многих людей там даже среднего образования нет. Но жить и там можно, главное — быть осторожным.
Заслужить условно-досрочное освобождение (УДО) сложно. По сложившейся практике подать документы на УДО можно не ранее чем через полгода после прибытия в колонию. Чтобы воспользоваться этим «социальным лифтом», надо признать вину, выплатить штраф и не иметь взысканий, работать, получать поощрения и так далее. Как предполагает Алексей, Тихонов проведёт в колонии примерно 1,8 года, а Абдуллов — около 2 лет. Но, возможно, они смогут выйти и раньше, например, на «поселение».
Валерия КАЗАКОВА.