Без крыши дома своего
В Дербенте много старины. Чтобы узнать об этом, даже не нужно быть туристом. Только не всякую старину вам покажут гиды, поскольку не каждой можно гордиться. Более того, такие недостопримечательности для города – своеобразная административная обуза. Избавиться от нее легко, да не так-то просто. Жить в некоторых домах нельзя, согласно заключению экспертов, но можно, если следовать букве закона.
Как и почему возникли и продолжают действовать подобные парадоксы, разбиралась «Дагестанская правда».
На прямую линию Сергея Меликова, напомним, поступило свыше 4,5 тысячи сообщений, большая часть которых так или иначе была связана с проблемами в жилищно-коммунальной отрасли. Как и было обещано Главой Дагестана, ни один из вопросов не останется без внимания. О том, что делается или не делается в муниципалитетах для их решения, наши корреспонденты уже рассказали в предыдущих публикациях под рубрикой «Прямая линия Главы РД».
Несколько обращений поступило к руководителю республики из Дербента. Часть из них от горожан, рассчитывающих на получение жилья, поскольку проживать в старых домах опасно/невозможно/сравнимо с суицидом. Выберите любой вариант, чтобы коротко охарактеризовать для себя положение десятков дербентских семей, и все равно это будет более чем мягко сказано.
Улица Ленина в Дербенте – одна из центральных. Чтобы махачкалинцам было понятно, это все равно что нынешний проспект Расула Гамзатова в дагестанской столице: тоже ведет к центральной площади, а рядом рынок, вокзал и вообще все «центральности» и «престижности». До главных городских достопримечательностей – цитадели Нарын-кала, Джума-мечети, армянского храма, магалов и ханских бань – отсюда на машине минут пять, пешком – четверть часа. Столько же времени понадобится, чтобы добраться отсюда до берега Каспия. Если помнить, что туристический сезон в Дербенте не заканчивается, а на пару недель затихает, такие подробности вполне оправданны. И они нам еще пригодятся.
В самом центре улицы расположен дом 56, (снимок 1) построенный в позапрошлом (!) веке. Это общий двор, в котором с 1896 года родилась не одна сотня новых горожан. Понятное дело, до катастрофического состояния, в котором двухэтажный дом оказался спустя почти полтора века, дожили не все. Сейчас хозяева здешних квартир – с крышами и без буквально – 13 семей, то есть порядка 25–30 человек.
Некоторые из них вынуждены уже долгое время арендовать жилье, поскольку жить в своих домах они не могут, как видно на снимках. Ни о какой компенсации сотен тысяч рублей, потраченных этими людьми на съём, и речи не идет, само собой. И тут первый раз возвращаемся к связи туристической привлекательности города и нежилого жилого фонда: цена на аренду жилья в Дербенте только за последние пару лет увеличилась вдвое, а то и больше. И если помнить, что в общих дворах обычно проживают далеко не среднестатистические граждане, стоит понимать, что половину своего дохода они вынуждены тратить на скитания по чужим квартирам. Добавьте сюда мытарства с неоднократными переездами, неоднократные обращения к властям с просьбой обратить внимание и получите полный комплект впечатлений от такой нежизни.
Во дворе на всех – единственный санузел. В доме до сих пор проживает девушка-инвалид. Взгляните на лестницу, по которой ей приходиться спускаться и подниматься каждый раз (снимок 2). Такое приключение и человеку в полном здравии несильно понравится. А вообще говорить про какие бы то ни было условия здесь не приходится. Создавать их своими руками вообще нет смысла. Судебная экспертиза, за которой горожане обратились самостоятельно, дала заключение: дом непригоден для проживания, физический износ здания – 85 %. Специалисты вынесли решение 4 года назад, спустя которые можно накинуть сверху еще процентов 5–10 истрёпанности и строению, и людям.
В 2020 году они обратились в мэрию с уведомлением о ненадлежащем состоянии квартир (снимок 3). Ответ поражает. В доме выбран непосредственный способ управления, сообщили жильцам. И вот что это означает. На собственника возлагается обязанность нести бремя содержания своего имущества, осуществлять расходы, необходимые для поддержания его в надлежащем состоянии.
«Согласно статье 210 Гражданского кодекса РФ, собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, если иное не предусмотрено законом», – говорится в ответном письме городской администрации.
Да, сотрудники мэрии ссылаются на букву закона, но при этом говорят с людьми на разных языках. Особо впечатляет даже не то, что на и без того поиздержавшихся арендаторов дорогущих дербентских квартир возлагается обязанность нести бремя содержания имущества. Выбирая способ управления, в мэрии, по всей видимости, ознакомились с физическим состоянием дома, но все же решили остановиться на, скажем так, выгодном для себя варианте. Иными словами, разбирайтесь сами, если уж переводить с чиновничьего языка на человеческий. А фраза «соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, если иное не предусмотрено законом» вообще остается загадкой.
Тем не менее. В этом же письме людям предложили за признанием их дома аварийным обратиться в межведомственную комиссию, созданную при городской администрации. Обратились. И уже в феврале этого года мэрия уведомила о том, что в июле прошлого года дом признан непригодным для проживания, аварийным и подлежащим сносу. То есть 127 лет существования дома было явно недостаточно для того, чтобы вынести подобное решение, но в промежутке между ноябрем 2020 и 2023 годами со зданием явно произошло что-то нехорошее, что вынудило городских чиновников согласиться с мнением его жителей? С которых, надо полагать, теперь снимается обязанность нести бремя расходов за содержание/поддержание в надлежащем виде того, что просто невозможно поддерживать в надлежащем состоянии.
На запрос «Дагестанской правды» о судьбе 13 семей в администрации города подтвердили: дом признан аварийным и непригодным для проживания. Упущение ли это специалистов отдела по учету, распределению и приватизации жилья, но в ответе отсутствует формулировка «подлежит сносу». И к этому факту мы тоже вернемся. В рамках реализации муниципальной адресной программы переселения граждан из аварийного жилищного фонда, рассчитанной на период с 2022 по 2026 год и состоящей из 4 этапов, администрация планирует расселить жильцов 37 многоквартирных аварийных домов. Дом по улице Ленина, 56, включен в последний, 4 этап программы, реализация которой предположительно пройдет в 2025–2026 годах.
За эти годы люди снова будут тратить сотни тысяч рублей на съём жилья, переезды и коммуналку, а девушка-инвалид, вынужденная оставаться в опасных комнатах, так и будет ежедневно преодолевать крутую лестницу. К тому же у будущих переселенцев нет никакой надежды на то, что дом им построят на том же месте, а не пропишут где-нибудь на окраине, которая год от года сумасшедшими темпами отдаляется от центра. И тут мы снова вынуждены заговорить о туризме и выгоде быть к нему причастным.
Что делать со своими новыми квартирами (в случае если их получат по старому адресу) – сдавать туристам, при этом хорошо зарабатывать, или самим в них проживать – решать их хозяевам. Однако, как уже было сказано, у них мало шансов остаться на прежнем месте. Мы ни на что не намекаем, но город тоже может усматривать выгоду в строительстве гостиницы или другого туристического объекта на этой территории.
И тут нет ничего криминального, тем более что мест для гостей города сейчас явно недостаточно, просто катастрофический дефицит с размещением даже с учетом частных предложений. Но чьи интересы стоит учитывать прежде всего? Муниципалитета, который заботится о собственной казне; думает о том, где удобнее разместиться туристу, или все же десятков местных жителей, за долгие годы скитаний по чужим квартирам вымотанных морально, физически и материально? Что-то подсказывает, что отвыкать от переездов жильцам 56-го дома не стоит. А то, что дом относится к объектам культурного наследия, только добавляет интриги и неопределенности. Это то, к чему мы хотели вернуться в вопросе о его сносе, о чем в ответ на наше обращение администрация города почему-то умолчала. Получается, не все так однозначно?
Та же самая картина с домом по улице Кобякова, 20, корпус 1. Разница в том, что он расположен в минуте ходьбы от железнодорожного вокзала, а до старого городского пляжа 3 минуты пешком.
Когда по соседству тут начали строительство многоэтажки, снесли часть помещений, стыкующихся со стеной здания, в котором образовались огромные трещины, дом стал проседать (снимок 4), отсюда и все прелести проживания в нем, плюс грызуны, сырость, холод и… безнадёга. Чиновники и сюда приходили, охали и сочувствующе качали головами. А потом, как заверили нас местные существующие (иначе и не назовешь), намеренно продержали их обращение с просьбой признать дом непригодным и аварийным, чтобы двухэтажное строение, квалифицирующееся как «постройка до 1917 года», не попало в программу переселения, рассчитанную до 2026 года.
В итоге уже на обращение редакции «ДП» в том же отделе по учету, распределению и приватизации жилья администрации Дербента ответили, что мэрия «будет вносить вышеуказанный дом в следующие этапы реализации программы по переселению из ветхого и аварийного жилья». Тут народная расшифровка аббревиатуры «ЖКХ» – живи, как хочешь – как нельзя кстати. А с учетом принадлежности Дагестана к опасным в плане сейсмической активности регионам перспектива у местных 11 семей вырисовывается крайне неоптимистичная.
В отличие от своих друзей по несчастью в центральной части города, они без указки городских властей взяли на себя то самое бремя поддержания в надлежащем состоянии и помещений, и даже соседей. Пытались ремонтировать квартиры, но безуспешно. Дом упрямо проседает и трещит по всем швам.
P.S. К сожалению, в Минстрое Дагестана тоже разводят руками: законных оснований для скорейшего решения вопроса в обоих случаях нет. Пользуясь случаем, благодарим коллег в министерстве за оперативное реагирование на вопросы и отсутствие с их стороны условий обращаться через официальные запросы. Тут готовы к сотрудничеству, что называется здесь и сейчас. Редкость в наше время.
Как бы то ни было, наши собеседники в Дербенте очень надеются, что их без преувеличения опасное для жизни существование не останется незамеченным. Надеемся и мы, что тамошняя власть планирует не только реализацию долгосрочных программ, но и думает оставить после себя добрую славу. Например, как в деле с самым большим светомузыкальным фонтаном. Конечно, дербентцам нужно хоть иногда видеть воду, пусть даже в дорогих фонтанах… Но есть возможность сделать действительно важную вещь – дать крышу над головой тем, кто ее годами получить не может.
Источник: Сетевое издание «Дагестанская правда»
Наргиз Алиева