Год в новой реальности: как волгоградцы живут в условиях санкций

Уже чуть больше года наша страна находится под западными санкциями, введёнными на фоне СВО. Различные финансовые ограничения, уход зарубежных брендов и сворачивание иностранных производств не могло не сказаться на российской экономике. И в то же время это стало вызовом, открывшим новые перспективы. С весны 2022 года большие изменения произошли в структуре потребительского рынка, производственных процессах, логистике. Многие компании либо полностью покинули Россию, либо поставили свою деятельность здесь на паузу. Самое время оценить, к чему всё это привело год спустя и как мы со всем этим живём. Продукты и напитки Пожалуй, сильнее всего изменилась сфера продуктов и непродовольственных товаров. Тут наиболее ощутимой потерей в количественном плане стала категория напитки. После того как Coca-Cola HBC свернула деятельность в России, популярные газировки Fanta, Sprite, Schweppes, а также соки Rich, Pulpy исчезли с полок магазинов. Последние, правда, местами ещё встречаются в виде исключения – по всей видимости, результат параллельного импорта.  С алкоголем тоже всё оказалось не так просто. В прошлом году об уходе с российского рынка объявили несколько крупных зарубежных концернов, выпускающих в основном крепкие спиртные напитки. В результате стало проблематично найти виски Jack Daniels, Johnnie Walker и White Horse, ром Captain Morgan, ликёр Baileys, водку Finlandia и т.д. Тем не менее, глобальной проблемой для волгоградцев такие манёвры не стали. Некоторые марки алкоголя достать всё-таки можно, просто заметно дороже, чем раньше. Да и в целом ассортимент не сильно потерял в широте даже в сегменте крепкого алкоголя. Исчезли редкие представители магазинных полок вроде «Рижского бальзама» или «Vana Tallinn», но альтернатив хватает. Также нет сложностей с вином, водкой и коньяком. Во-первых, у нас хватает своих популярных брендов (вина «Абрау-Дюрсо», «Фанагория», «Кубань-вино», «Крымский винный завод», коньяки «Старейшина», «Старый Кёнигсберг», «Дербент», «Лезгинка» и т.п., плюс огромное количество российских марок водки). Во-вторых, не будем забывать про продукцию из дружественных стран — армянские коньяки, белорусские настойки и т.д. Что касается соков, то практически все те же марки, что были популярны, представлены на полках и сейчас. Но два важных момента всё же стоит отметить. Первое — есть определённые проблемы с сырьём для соков из экзотических фруктов. Второе — существенно выросла цена вообще на все соки. Если до санкций можно было купить литровую упаковку сока за 50-60 рублей со скидкой, то сейчас даже акционная цена будет никак не менее 100 рублей. Стоимость двухлитровых коробок начинается от 150 рублей. К слову, на стоимость повлияли в том числе сложности с упаковками — классические TetraPak по большей части пришлось заменить российскими аналогами, что пока обходится дороже, чем при наработанной годами схеме с локализованным в России производством по зарубежной технологии. В продуктовом сегменте кардинальных изменений нет, но цены, конечно, выросли значительно. А вот в плане ассортимента в наличии есть всё то, что было год или даже два назад (возможно, за очень редким исключением). Даже шоколад ушедших брендов без вопросов доступен в любом магазине. Молочные продукты по большей части выпускаются в России, овощи и фрукты у нас тоже в основном либо свои, либо поставляются из дружественных стран, поэтому с этим проблем также не возникает. Египетская картошка никуда с прилавков не делась. Товары для дома В категории непродовольственных товаров изменения произошли достаточно существенные. Здесь на полках стали чаще встречаться новые бренды, особенно среди товаров бытовой химии и косметики. Но тут проблема имеет другие корни — новинки не заполняют освободившееся место ушедших брендов, поскольку в этом сегменте осталось большинство производителей из ранее представленных. В этом просто нет необходимости. Зато цена привычных стиральных порошков, моющих средств, зубных паст и т.д. теперь «кусают» ещё больнее. Чтобы как-то нивелировать текущий уровень цен, ретейлеры заполняют полки магазинов в том числе более бюджетными товарами. Такая политика выгодна и самим торговым сетям, ведь в глазах покупателя создаётся разнообразная картина как с точки зрения широты ассортимента, так и в плане цен.   Не критично изменилась ситуация и применительно к товарам для строительства и ремонта. Два профильных гипермаркета в Волгограде по-прежнему работают. Правда, если Leroy Merlin только сейчас заявил о продаже сети своему менеджменту (отметим, что некоторых зарубежных товаров там всё-таки не стало), то OBI уже давно перешёл к казахским инвесторам. Глобально на ассортимент это не повлияло, но разница всё-таки имеется. Одежда Рынок одежды за прошедший год претерпел заметные, но не глобальные изменения. У всех на слуху был уход из России брендов испанской группы Inditex (Zara, Pull&Bear, Bershka, Stradivarius, Oysho), H&M, Adidas и некоторых других известных магазинов. Тем не менее, освободившуюся нишу быстро заняли товары из России и дружественных или нейтральных стран. По данным аналитиков Евростат, из стран ЕС в Россию в 2022 году поступило на 39% меньше одежды и обуви, чем было в 2021-м. При этом лидерами по экспорту в Россию товаров этой категории стали Китай и Турция, хотя год назад турецкая одежда находилась только на 6-м месте по поставкам в нашу страну. Потребители стали больше обращать внимание на продукцию тех производителей, на которых раньше они не смотрели. Кроме того, в магазинах одежды начали появляться новые локальные бренды, плюс стало больше российских, белорусских фирм и производителей из некоторых восточных стран (Индии, Ирана). Но многие гиганты индустрии остались работать в России, поэтому рынок не сильно заметил потерь. Более того, буквально на днях в Минпромторге заявили, что магазины группы Inditex уже этой весной откроются в России – правда, под другими названиями. Например, Zara будет именоваться Maag. Это стало возможным после того, как российскую часть бизнеса Inditex приобрела компания Fashion And More Management DMCC, офис которой расположен в одной из дружественных стран.  «Русифицировался» и бренд SinSay, превратившийся в СИН. Ассортимент при этом особо не изменился. Как видим, тенденция передачи российских бизнес-активов в управление другим компаниям выстраивается всё чётче. Покупатели при таком раскладе вообще практически не замечают каких-либо изменений и при выборе одежды чувствуют себя достаточно комфортно. Хотя есть и исключения – те, кто привык приобретать товары именно ушедших брендов, как правило, к нынешним альтернативам относятся скептически. Техника Ощутимо поменялась картина и в продаже техники и электроники. Здесь усилилась роль китайских брендов. В профильных гипермаркетах теперь можно увидеть ранее незнакомые либо редко встречавшиеся фирмы, причём, что характерно, необязательно из дружественных стран. Кроме того, часть техники теперь поступает на российский рынок по механизму параллельного импорта. По количеству представленных в магазинах моделей, по большому счёту, ничего не поменялось. Сохранилось достаточное число популярных зарубежных марок, появились новые, но общий уровень цен однозначно стал выше. И если в некоторых категориях (телевизоры, мелкая бытовая техника, комплектующие к компьютерам) это не столь заметно, то, например, крупная бытовая техника (холодильники, стиральные машины, кухонные плиты и духовки) подорожала в некоторых случаях в 1,5, а то и в 2 раза. Что имеем по факту? На витринах магазинов бытовой техники и электроники по-прежнему красуется продукция известных и привычных брендов, но теперь их разбавляют новые для российского покупателя марки. Например, итальянский производитель техники для дома Candy, китайский Midea, узбекский Artel, немецкий AEG, американский Whirlpool и новые отечественные бренды Hartens, Eigen и др. Автомобили и запчасти Где всё менялось чуть ли не весь прошлый год, так это в сфере авторынка. Весной 2022 года он существенно просел, причём не столько из-за ухода многих брендов, сколько из-за резкого падения покупательской способности у населения. Во второй половине годы рынок постепенно начал восстанавливаться, но сравнивать его с досанкционным периодом всё равно бессмысленно. Разумеется, колоссально изменились цены. Популярные иномарки вроде Hyundai Solaris, KIA Rio или Ford Focus в базовой комплектации стали стоить порядка 2 млн, а отечественные ходовые модели LADA Granta и LADA Vesta — от 680 тыс. и 1,1 млн руб. соответственно. Тем не менее, как свидетельствует статистика автосалонов, спрос ожил ещё осенью прошлого года и сейчас продолжает нарастать.  Структура авторынка поменялась заметно. Многие зарубежные бренды свернули свою деятельность в России либо запретили поставки в нашу страну. В этой ситуации ожидаемо на выручку пришёл Китай, увеличивший представленность своего автопрома на российском рынке. Одной из самых популярных марок стала EXEED, входящая в состав компании Chery. Также в Россию теперь планируют поставлять свои машины иранцы Iran Khodro, вьетнамцы VinFast, плюс несколько новых моделей для российского рынка готовят китайцы. Более того, на заводе Автотор в Калининграде уже даже начали собирать китайские машины марки BAIC. Ну и не будем забывать про параллельный импорт, по которому в Россию везут «запрещёнку». Механизм пока далёк от совершенства, но зато оставляет россиянам возможность купить автомобиль привычной марки.  С рынком запчастей всё в целом попроще. Львиную долю деталей в случае необходимости готовы поставлять из Китая. Но пока большой необходимости в этом нет. В магазинах автозапчастей достаточно нужных товаров из категории расходников. Сложнее с кузовными деталями и крупными агрегатами. Их точно придётся ждать, и почти наверняка это влетит в копеечку. Но даже несмотря на эти трудности, безвыходную ситуацию с ремонтом машины представить сложновато.  Бизнес и логистика Влияние санкций в той или иной мере прочувствовали на себе все сферы и отрасли. Даже в сельском хозяйстве, где уровень вовлечённости отечественных производителей традиционно очень высок, остаётся зависимость от зарубежной сельхозтехники, семян и посадочного материала. Большую роль в выстраивании новой внешнеэкономической модели играет формирование альтернативных логистических цепочек. За прошедший год в вопросах логистики значительно поменялся вектор развития. — Отечественная транспортно-логистическая отрасль достаточно быстро и безболезненно адаптировалась к новым геополитическим и экономическим реалиям, которые способствовали поиску дополнительных рынков сбыта и ускоренному развитию альтернативных маршрутов, — рассказали нашему изданию в пресс-службе АО «РЖД Логистика». — В новых условиях многократно возросло значение международного транспортного коридора «Север-Юг», обладающего большим потенциалом с точки зрения грузовой базы и географии отправок. В АО «РЖД Логистика» также добавили, что все три ветви коридора (западная, транскаспийская и восточная) являются рабочими. Вместе с тем наиболее активное движение грузов идёт по восточному маршруту, который имеет развитую железнодорожную инфраструктуру и открывает дорогу в Индию, страны Персидского залива и Юго-Восточной Азии российским производителям древесины, промышленных материалов, сырья, минеральных и химических удобрений, сельскохозяйственной продукции. Среди импортируемых в Россию через МТК «Север-Юг» грузов — продукты питания (рис, горох, чечевица, чай), гранитный камень, камедь. Регионы Поволжья уже присоединились к коридору — экспортные отправки со станции Волжский в направлении индийского порта Нава-Шева по восточной ветке коридора стартовали в апреле прошлого года. IT-сфера Одной из самых уязвимых для России на фоне действия западных санкций стала IT-отрасль. С одной стороны, за границу уехало много высококлассных специалистов в этой области, с другой — мы по-прежнему сильно зависим от зарубежных высоких технологий. — Прошлый год был поворотным для отрасли телекоммуникаций, причём как для вендоров, так и для потребителей, — отмечает директор по развитию АО «КантриКом» Алексей Уфаркин. — Люди стали аккуратны в покупках и тщательны в выборе поставщика услуг. А владельцам бизнеса, уже вложившим значительные финансовые средства в зарубежное ПО, пришлось выбирать из отечественных разработок. В «КантриКом» считают, что за прошедший год компания стала сильнее, поскольку их разработки — полностью отечественное производство. «Переходить на отечественное ПО, как ни крути, придётся всем, — считает Алексей Уфаркин. — Либо нужно будет прибегать к параллельному импорту. А это не всегда оправданная мера. Для компаний в нише телекоммуникаций – это отличный толчок для развития. Ведь наша сфера настолько обширна, что внедрять что-то новое можно хоть каждый день. А наши специалисты в области IT не уступают зарубежным профи». Можно долго спорить о том, насколько хуже или сложнее стало жить под тотальным влиянием санкций. Однозачно можно сказать, что жизнь во всех проявлениях стала другой. К чему-то нам удалось привыкнуть относительно быстро, что-то до сих пор доставляет неудобства, а с чем-то просто пришлось смириться. Тем не менее, сложившаяся ситуация открыла новые возможности и задала иные векторы развития. Остаётся правильно их использовать и грамотно подстраиваться под любые изменения.