«Сумму» помножили на ноль: как на Юге ушло влияние дагестанских братьев Магомедовых

В декабре суд приговорил основателей некогда могущественной в масштабе страны бизнес-империи братьев Магомедовых к 18 и 19 годам лишения свободы. Эксперт Юг составил хронологию заката их группы Сумма , а также многочисленных и интересных социальных проектов. Увы, они все забыты, но есть интересные детали В начале декабря Мещанский районный суд Москвы вынес приговор основателю группы Сумма Зиявудину Магомедову и его брату, бывшему сенатору Магомеду Магомедову . Предпринимателей признали виновными в создании организованного преступного сообщества, хищениях и мошенничестве на общую сумму 11 млрд руб. Осужденные не признали свою вину, апелляционная жалоба зарегистрирована 6 декабря. Громкое расследование по делу Магомедовых длилось несколько лет, при этом с 2018 года они находились под стражей. Прокуратура также наложила арест на их имущество. За это время постепенно трансформировались структуры, которые были под контролем Зиявудина Магомедова и угасали проекты, инициированные предпринимателями в родном Дагестане. Портовый бизнес: удавшийся и не очень Созданная Магомедовым группа Сумма владела несколькими портами, крупнейшими в стране железнодорожным контейнерным оператором Трансконтейнер и имела долю в акционерном капитале оператора зернового рынка Объединенной зерновой компанией (ОЗК, 25% его акций принадлежало государству). На Юге группа владела акциями в ПАО Новороссийский морской торговый порт ( НМТП , третий по объему грузооборота порт в Европе) и Новороссийского комбината хлебопродуктов (НКХП, крупнейший сегодня российский терминал по перевалке зерна). Отношения между крупнейшими акционерами НМТП Транснефтью и Суммой складывались непросто, писал Forbes. Представители госкомпании, в частности, утверждали, что Сумма игнорирует интересы Транснефти (после этого в совет директоров ввели представителей Транснефти ).Также появлялись сообщения, что одна из сторон конфликта вот-вот продаст свою долю. В начале 2018 года в Сумме , наконец, заявили, что получили хорошее предложение от Транснефти , а в феврале Федеральная антимонопольная служба одобрила ходатайство Транснефти о выкупе доли группы. Контрольный пакет акций НМТП Транснефть выкупила у Суммы за 750 млн долларов. Закрытие сделки осуществлено путем приобретения 100% акций в совместном предприятии Суммы и Транснефти Novoport Holding за счет заемных средств. Сделка обсуждалась еще до ареста дагестанских предпринимателей и в итоге состоялась уже после их задержания осенью 2018 года. Правда, весной 2022 года по иску Генпрокуратуры деньги, вырученные с продажи этих акций (750 млн долларов), с братьев Магомедовых взыскали. Основанием для конфискации послужили материалы о том, что Магомедовы ранее приобрели часть акций порта, используя средства, полученные незаконными методами обогащения. Как рассказал Эксперту Юг дагестанский политолог Эдуард Уразаев , Магомедовы также пытались включиться в работу Махачкалинского морского торгового порта через его приватизацию и дальнейшую реконструкцию (транспортный узел на каспийских магистралях транспортировки нефти и нефтепродуктов). Сумма неоднократно заявляла об интересе к Махачкалинcкому порту и даже собиралась там строить новые терминалы. Как писал РБК, руководство группы видело большой потенциал для развития порта и рассматривала возможность его покупки, если государство выставит его на продажу. Вместе с тем, в этом бизнесе интересы Магомедовых пересеклись с другим дагестанским влиятельным предпринимателем Сулейманом Керимовым . В целом Магомедовы оказывали большое влияние на ведение портового бизнеса на всем Юге России. В частности, как рассказал в 2018 году на Восточном экономическом форуме на тот момент генпрокурор РФ Юрий Чайка, Зиявудин и Магомед Магомедовы мешали ГК ОТЭКО Мишеля Литвака инвестировать в портовую инфраструктуру Тамани. Инвестор, француз (бельгиец прим. ред.), фамилия его Литвак, хотел инвестировать в Краснодарский край несколько миллиардов долларов на развитие портовой инфраструктуры и так далее. Братья Магомедовы выступали за то, чтобы за счет государственного ресурса создавать эту инфраструктуру, и строили всякие козни этому человеку , откровенничал г-н Чайка. Примечательно, что портово-индустриальный парк ОТЭКО сегодня один из самых дорогих портовых инвестпроектов на юге России. Его стоимость составляет около 600 млрд рублей. В составе создаваемого компанией индустриального кластера в порту Тамань уже запущены два специализированных морских терминала Таманский перегрузочный комплекс нефти, нефтепродуктов и сжиженных углеводородных газов мощностью 20 млн тонн в год и Таманский терминал навалочных грузов проектной мощностью 72 млн тонн в год. ОТЭКО построила всю необходимую вспомогательную инфраструктуру кластера. До конца 2022 года ОТЭКО планирует завершить развитие комплекса по перевалке серы и ввести в эксплуатацию 300 тысяч тонн крытых складских мощностей, сообщала компания. Благотворительное влияние сошло на нет в Дагестане Арест Зиявудина Магомедова и его брата активно комментировали в их родном Дагестане. Основанный Магомедовым благотворительный фонд Пери развивал социальные проекты в республике строительство детских садов, школ, мечетей. Фонд также оказывал помощь начинающим предпринимателям республики в инновационной сфере и музейному комплексу Дом Петра I в Дербенте. Один из проектов предпринимателя инновационный центр для поддержки талантливой молодежи Периметр в Махачкале. Фонд также развивал программы по робототехнике и программированию в школах республики, в том числе в горных селах. В 2018 году Дагестанский союз промышленников и предпринимателей выступил с обращением на имя Президента России Владимира Путина в связи с арестом Магомедовых, и просил главу государства взять ход расследования этого дела под личный контроль. В частности, в открытом письме говорилось, что братья Магомедовы, развивавшие свой бизнес в России, оказались в худшем процессуальном положении, чем задержанный недавно во Франции представитель в Совете Федерации РФ от Дагестана Сулейман Керимов . Напомним, что сенатора Керимова задержали в ноябре 2017 года во французской Ницце по делу об уклонении от уплаты налогов. Задержанного продержали двое суток после допроса в полицейском участке, а затем отправили в камеру предварительного заключения в казарму жандармерии и национальной полиции. Как писали СМИ, это старинное здание, где в годы Второй мировой войны находилось отделение гестапо. Ремонт в нем давно не проводили, а заключенные часто жаловались на условия содержания. Вскоре сенатора отпустили под залог, а после того, как он уже вернулся в Россию, в 2018 году Франция сняла с него все обвинения, переведя в статус свидетеля. В настоящее время благотворительные проекты Магомедовых перестали существовать, говорит Эдуард Уразаев: Они свернуты и никакого движения по ним нет. Даже команда, которая работала над образовательным проектом Периметр тоже распалась и о них тоже ничего не слышно. Спортивные проекты какое-то время существовали, потому что там были и другие источники (финансирования прим. ред.), они перешли на самоокупаемость. У Магомедова не было репутации бандита, он инвестировал в образовательные проекты и считается человеком с передовыми взглядами, рассказывал Эксперту Юг главный научный сотрудник Института социально-экономических исследований ДФИЦ РАН Сергей Дохолян . Сейчас, по его словам, о развитии образовательных и благотворительных проектов братьев в республике больше ничего не слышно. Еще один крупный бизнес-проект Магомедовых в Дагестане развитие горнолыжного курорта Матлас в Хунзахском районе в который группа Сумма намеревалась вложить более 20 млрд рублей . На его территории планировалось организовать трассу, трамплины, подъемники и всю сопутствующую инфраструктуру, включая СПА-центр и гольф-клуб. Запуск комплекса планировался еще в 2019 году. Этот проект был длительное время заморожен и сейчас трансформировался в другие, с участием других предпринимателей. Может быть, там люди Магомедова и участвуют в какой то степени, но, во всяком случае, в том виде, в котором он задумывался в свое время, проект исчез. Идеи по созданию горнолыжных трасс и СПА-центра используются, но не более того. Они раздробились и превратились в локальные проекты, в которых в какой-то степени участвуют местные предприниматели , рассказал Эдуард Уразаев. Длительные сроки за мошенничество и растрату приговор для Магомедовых Братьев осудили по делу о создании ОПС, растратах и мошенничестве в особо крупном размере, а также хищении 11 млрд рублей. Помимо срока в колонии строгого режима обоим братьям дополнительно суд назначил штраф по 2,5 млн рублей. Сроки по делу получили еще четыре фигуранта глава компании Интекс Артур Максидов и бывший директор Объединенной зерновой компании (ОЗК) Сергей Поляков получили по 12 лет, экс-начальник департамента экономической безопасности ОЗК Роман Грибанов 10 лет, генеральный директор предприятия Энергия-М Юрий Петров 7 лет. Всего фигурантами расследований, связанных с Магомедовыми, числятся около 20 человек, некоторые из них находятся в розыске. Расследование отдельных эпизодов велось с 2014 года. Часть инкриминированных братьям Магомедовым эпизодов по делу касалась подготовки к Чемпионату мира по футболу 2018 года в России. Защита настаивала на оправдании и утверждала, что приговор незаконный и необоснованный . Отметим, что Магомед Магомедов и Зиявудин Магомедов стали фигурантами крупнейшего уголовного дела против предпринимателей после истории с ЮКОСом. Прокуратура наложила арест на их имущество стоимостью более 45 млрд рублей. В обвинительном заключении утверждалось, что Магомедовы создали организованное преступное сообщество (ОПС) в 2010 году для систематического совершения на территории России хищения денежных средств из федерального и региональных бюджетов, а также у коммерческих организаций . В основу ОПС входили подконтрольные бизнесменам компании из группы Сумма . По версии следствия, похищенные деньги осужденные предприниматели суммировали с доходами, полученными от легальной деятельности. Главной причиной неприятностей бизнесменов стал акционерный конфликт, связанный со стратегическим активом НМТП , отмечал политобозреватель Дмитрий Дризе . Главное здесь нет никакой политики. Ее можно при желании увидеть, учитывая вхожесть предпринимателей в высокие кабинеты [ ]. Но первопричина не в них, а все-таки в бизнесе , рассуждал Дризе.