Конец прекрасной эпохи: как Татарстан терял «президента»
Одиночество республики на закате федерализма как главный политический итог 2021 года
2021-й начинался в Казани с многолюдных митингов в поддержку Алексея Навального, который теперь отбывает тюремный срок, а завершился принятием Госдумой закона Андрея Клишаса и Павла Крашенинникова о публичной власти. Оба события продемонстрировали продолжающуюся зачистку политической поляны, на которой не должно быть ни оппозиционеров, ни других президентов. Татарстан, высказав фи по поводу закона о региональной власти, при этом прогнулся под партией «парашютистов» на выборах и первым обкатал скандальные QR-коды в общественном транспорте.
Закон Клишаса – Крашенинникова как последний гвоздь в гроб федерализма
Главным политическим событием 2021 года для Татарстана стало то, что произошло под его занавес, а именно: принятие скандального законопроекта сенатора Андрея Клишаса и депутата Павла Крашенинникова о региональной власти. По сути, документ поставил точку в истории российского федерализма, по крайней мере на данном этапе. Если раньше самостоятельность регионов позиционировалась как нечто вынужденное, как наследие 1990-х, то в последние годы это стало проявлением недопустимой нелояльности к властной вертикали. Губернаторы становились все менее значимыми и заметными на общероссийской сцене фигурами, их все чаще меняли на будто клонированных по одному лекалу технократов. Так что не зря лидер ЛДПР Владимир Жириновский недавно заявил, что федерация, оказывается, губительна для России. Можно махнуть рукой, мол, политик постоянно делает экстравагантные заявления. Но действия Кремля в последние годы демонстрируют, что в верхах поселилась мысль о вредности и ненужности федерации.
Татарстан долгое время держался, словно стойкий оловянный солдатик, но с каждым годом федеральный центр лишь сильнее растапливал камин, превращая статус республики в кусочек олова. За должность «президент Татарстана» принимались еще в 2015-м, но тогда Владимир Путин заявил на большой пресс-конференции автору этих строк: «Как у нас говорят в стране: хоть горшком назови, только в печку не ставь… Вы сами там решайте». Вроде отлегло. Но в 2021 году к теме вернулись, до этого успев откусить все прочие привилегии. Сначала не продлили договор о разграничении предметов ведения, далее отменили обязательное изучение татарского языка в школах, потом прописали «государствообразующий народ» в Конституции РФ… Поняв, что национальные республики нисколько не сопротивляются, добрались до унификации названия должностей руководителей регионов. К тому времени только у Татарстана оставался президент. Кто-то, наверное, скажет, что это не более чем слово и от названия должности ничего принципиально не поменяется. Нет, поменяется. То, что в России больше, чем один президент, оставалось, по сути, единственным явным признаком того, что мы живем все-таки в федерации, несмотря на многолетнее выхолащивание ее сути. Теперь же за названием государства никакого реального содержания не остается.
Должность «президент Татарстана» была для Рустама Минниханова не просто «павлиньим хвостом»: он реально отличался статусом от коллег по губернаторскому корпусу. Но в стремлении Москвы все и всех уравнять был как бельмо на глазу, от которого пришла пора избавиться как от пережитка прошлого разгула федерализма. Теперь только четкая вертикаль власти и главы регионов в ней лишь важные, но винтики, которые ничего глобального не контролируют, но при этом за выполнение поставленных центром KPI отвечают головой.
Сюда логично укладывается и история с согласованием с федеральным центром региональных министров. Как писал «БИЗНЕС Online», это даже не новация закона Клишаса – Крашенинникова, к подобному планомерно и осторожно шли с 2019 года, когда Госдума единогласно то и дело одобряла законопроекты с этими поправками. Так что нынешний документ о региональной власти лишь подвел итоговую черту.
Вместе с тем эта история показала одиночество Татарстана. Никто из регионов не поддержал республику в ее борьбе за последние символы государственности. Сражение было заведомо проиграно. Даже сделать хорошую мину при плохой игре не очень вышло: депутаты Госдумы от Татарстана не продемонстрировали единого порыва, «татарская фракция» развалилась на тех, кто против, кто за и кто смалодушничал и не стал голосовать вовсе. А Госсовет РТ, до сих пор дружно одобряя все инициативы федерального центра, лишь изобразил видимость протеста. Но его поправки комитет Госдумы во главе с Крашенинниковым в демонстративно унизительной форме отклонил. По данным источника «БИЗНЕС Online», близкого к думскому комитету, в Охотном Ряду обсуждали возможность дать Татарстану отсрочку по «президенту»: допустим, оставить это название до конца нынешнего срока Минниханова. Но, видимо, победили более решительные силы, желающие рубить хвост целиком, а не по частям. Вдруг татары снова забудут переименовать своего президента?
«Сергей Владиленович, мочите татар, иначе завтра у нас будет Османская империя до Казани!» — призвал журналист Олег Кашин. Он вновь актуализировал антитатарский дискурс, где постоянно все эти годы упражнялся Жириновский. Помните про то, что «Казань распухла и живет, как на свадьбе»? Так что вскоре, возможно, переименовывать будут не только должности, но и названия самих национальных республик. Для всеобщего равного порядка.
Десант «парашютистов» и триумф коммунистов
Кто знает, быть может, и эту инициативу придется принимать нынешнему составу Госдумы. Выборы в нижнюю палату парламента состоялись в сентябре 2021 года, а их результаты в Татарстане стали ожидаемыми и неожиданными одновременно. Никто не сомневался в победе «Единой России», которая традиционно набирала в республике неприлично высокие проценты голосов. Однако в этот раз, как черт из табакерки, выскочила КПРФ, которую по партийным спискам вел 37-летний Артем Прокофьев. Партия набрала 9,6% голосов избирателей и обеспечила себе одно кресло от Татарстана в Охотном Ряду.
Наши источники еще в начале 2021 года предсказывали, что представительство татарстанских единороссов в Госдуме после этих выборов уменьшится. Так и случилось: прошли только 8 человек по партийным спискам, еще 6 — как одномандатники. Сценарий о том, что одно место отдадут коммунистам, также обсуждался. Но чем ближе к выборам, тем больше наши источники в этом сомневались. «Кто же ему место даст? Вряд ли», — говорили они. Более того, мало кто верил, что именно Прокофьев возглавит список коммунистов, по привычке ожидая, что за дело возьмется бессменный Хафиз Миргалимов. Но в ЦК КПРФ решили в этот раз сделать ставку на молодость и не прогадали. Хотя наши источники даже с таким раскладом не верили в победу КПРФ, ожидая триумфа единороссов. Очевидно, договоренности были достигнуты в последний момент либо же тщательно скрывались. Так или иначе Прокофьев, переехав в Охотный Ряд, активно взялся за работу.
Еще одно веяние этих выборов, лишний раз доказывающее, что с Татарстаном теперь не церемонятся, — увеличение фракции «парашютистов» до трех человек. Раньше Москва вежливо спускала сверху по одному человеку. Например, в прошлом созыве это был Валентин Чайка, который не просто не сказал ни слова ни на одном заседании Госдумы за эти годы, но даже в республике не был. На этот раз в составленный властями Татарстана перед праймериз список федеральный центр включил неизвестного никому уроженца Дербента Руслана Гаджиева, который, на удивление всех, на предварительном голосовании обошел местных кандидатов, в том числе на тот момент действующих депутатов Госдумы. А перед самими выборами Москва и вовсе разошлась, спустив еще двоих: бывшего министра труда РФ Максима Топилина и главу комитета Госдумы по культуре Елену Ямпольскую. Почему для этого федерального десанта был выбран Татарстан? Как рассказывали наши источники, все предельно просто — нужен был регион, который гарантированно обеспечит много голосов за «Единую Россию». А республика, как мы знаем, это умеет.
Первые три месяца работы новой Госдумы показали, что «парашютистам» интересы жителей Татарстана, которых они де-юре представляют, безразличны. Взять хотя бы голосование за закон о публичной власти: все трое дружно делают так, как партия скажет.
Переписные битвы с Башкортостаном
Еще одно важное политическое событие 2021 года было связано со всероссийской переписью населения. Из-за коронавируса ее перенесли с 2020-го сначала на весну 2021-го, но в итоге она все-таки состоялась минувшей осенью. Правда, была омрачена федеральными скандалами, когда в Росстате заявили, что удалось посчитать более 100% населения страны. Верить ли теперь итогам этого мероприятия, на которое был потрачен не один миллиард рублей?
Однако у Татарстана была своя война — за количество татар, которое по итогам предыдущей переписи сократилось почти на 250 тыс. человек. Главная линия фронта при этом проходила на границе с Башкортостаном, где местных татар то и дело пытались записать северо-западными башкирами. И пока Минниханов с Радием Хабировым открывал памятники общим героям и заверял, что никакого конфликта между республиками нет, чиновники рангом пониже и прочие горячие головы только раздували разногласия. Тут можно вспомнить отмены концертов Элвина Грея и Фирдуса Тямаева, автопробеги «Татмедиа», вбросы о «башкире» Минтимере Шаймиеве и прочие акции. Одним словом, каждая сторона тянула одеяло на себя, подогревая страсти.
«БИЗНЕС Online» не раз писал и продолжает настаивать, что татарам и башкирам нечего делить. Предыдущие переписи показали, что уменьшается численность обоих народов, а наращивать ее за счет соседа, бездумно призывая записываться то башкиром, то татарином, как минимум глупо. Уже давно пора прекратить попытки отыскать в далеком историческом прошлом то ли башкирские, то ли татарские корни. В конце концов национальность — это категория добровольного самоопределения каждого человека. Не бойся быть тем, кто ты есть! Вот какой девиз должен быть. Гораздо важнее для обоих народов, несмотря на глобализацию и ассимиляцию, сохранить свои родные культуру и язык, не превратиться в «сувенирные» народы, для которых важны только песни и пляски на Сабантуях. И герои у татар и башкир могут быть общими. Памятник артисту балета Рудольфу Нуриеву мог бы стоять не только в Казани, но и в Уфе. Ведь увековечили же память поэта Мустая Карима обе республики. Так что не время ломать копья татарам и башкирам. Лучше направить эту энергию на созидание.
Митинги за Навального, закрытие ВТОЦ и QR-коды в транспорте
Чем еще запомнится 2021 год? Зимними несогласованными митингами в поддержку Алексея Навального — сотни задержанных. Молодежь не была такой смелой даже в 2012-м, когда бурлила Болотная площадь в Москве. Но походы на казанский Кремль ничем не увенчались, а протест быстро выдохся. Тем не менее надо признать, что столь активных уличных протестов в Татарстане не было со времен позднего СССР, когда всетатарский общественный центр (ВТОЦ) (деятельность организации приостановлена в связи с осуществлением экстремистской деятельности — прим. ред.) требовал повысить самостоятельность республики и ее статус до уровня союзной. В 2021-м эту организацию, больше похожую в последние годы на клуб ветеранов националистического движения, Верховный суд РТ по требованию прокуратуры пытался ликвидировать. Заседания не раз переносили, процесс затягивался. Но после осеннего митинга в честь защитников Казани прокуратура приостановила деятельность ВТОЦ (деятельность организации приостановлена в связи с осуществлением экстремистской деятельности — прим. ред.), заподозрив его в экстремизме. Скорее всего, в 2022-м в истории организации, которая раньше считалась респектабельной и рукопожатной, поставят точку. Так падет еще один символ разгула федерализма 1990-х.
Еще из событий прошедшего года стоит отметить обкатку QR-кодов в транспорте. Как регион, который всем должен показывать пример, Татарстан бодро взялся тестировать новацию. С конца ноября в транспорт нельзя было зайти без QR-кода. Как следствие, недовольные высаженные из автобуса пассажиры, слезные мольбы перевозчиков компенсировать выпадающие доходы и грядущий провал туристического новогоднего сезона в республике. Одновременно с этим в Госдуму внесли соответствующий законопроект, чтобы распространить практику на всю страну. Однако внезапно законодательную инициативу с рассмотрения сняли. Тут и Путин подсуетился, призвав учитывать интересы людей, особенно перед Новым годом. Зато Госдума параллельно приняла законопроект о введении QR-кодов в общественных местах. Так что, как считают эксперты, это лишь временная уступка «коронавирусной» партии внутри кремлевских башен — проиграть битву, чтобы выиграть войну. Наблюдатели ожидают, что в 2022 году можно ждать доработанную законодательную инициативу.