«Третье место»
Чуть больше месяца осталось до объявления победителей Всероссийского конкурса на разработку концепций архитектурного облика общественных пространств и образовательных учреждений в Республике Дагестан. Финальное заседание жюри пройдет 2 марта, после чего начнется реализация лучших проектов. Конкурс стартовал в середине ноября прошлого года и вызвал большой интерес у профессионального сообщества: на конкурс поступило 79 заявок из восьми стран мира. По каждому из шести конкурсных объектов (площадь, набережная, озеро, сад, школа и детский сад) в финал вышли три команды. Среди них 12 консорциумов и шесть индивидуальных участников.
В преддверии финала о деталях конкурса и ожидаемых результатах «Стройгазета» поговорила с председателем жюри конкурса, главой комитета по архитектуре и градостроительству Республики Дагестан Незиром ГУСЕЙНОВЫМ.
«СГ»: Почему было принято решение о проведении конкурса?
Незир Гусейнов: Ежегодно мы уделяем большое внимание реализации национальных программ по созданию комфортной городской среды в регионе. Несмотря на то, что проекты реализуются теми темпами, которые заданы, в конечном итоге люди, являющиеся потребителями этой «комфортной городской среды», ее не получают. Мы стали выяснять, почему это происходит. Когда мы начали предварительное проектирование на площади Ленина в Махачкале, мы провели опрос среди населения. Люди спрашивали нас: «Вот вы делаете площадь, а куда нам еще ходить, помимо этого?». Неслучайно американский городской социолог Рэй Ольденбург говорит: «У человека есть работа, дом, но почему-то его еще тянет в третье место». «Третье место» — это там, где мы получаем удовольствие: гуляем, встречаемся с близкими, общаемся. Необходимо, чтобы в каждом городе нашей республики появилось такое «третье место», которое бы стало точкой притяжения самых разных людей.
«СГ»: Почему и как были выбраны именно эти шесть конкурсных объектов?
Н.Г.: Мы проводили опрос среди разных групп населения. Выяснилось, что в наших городах есть интересные, популярные у жителей места. В Махачкале, например, набережная «Лунный берег». Для того чтобы понять, что в этом месте такого и почему оно так нравится людям (как говорит молодежь, «в чем хайп?»), мы осмотрели эту территорию, и я понял, что оно правда очень хорошее и живописное, люди могут там погулять, провести время. Посоветовались с властями города, есть ли у них запрос на благоустройство данной территории. Оказалось, что есть. Такие же исследования проводились и в других местах.
В итоге мы включили в конкурс четыре общественных пространства: по одному в Махачкале, Дербенте, Каспийске и Буйнакске.
«СГ»: Помимо четырех общественных пространств, вы также выбрали в качестве конкурсных объектов образовательные учреждения — школу и детский сад. Почему было принято такое решение?
Н.Г.: Так сложилось, что мы постоянно догоняем в сфере образования достижения других стран. А почему же мы догоняем? В чем причина? А причина элементарная: в среде, в архитектуре. Мы встречались с отличными специалистами, которые разрабатывают хорошие концепции и потом их реализуют. Изучили международный опыт Дании, Финляндии. Сравнивая его с нашими проектами, я пришел к выводу, что мы строим школы не завтрашнего дня, а вчерашнего. Мне хочется быть первооткрывателем: чтобы в нашей республике были школы нового поколения, школы завтрашнего дня, которые могут быть мобильны, особенно сейчас, когда пандемия показала, что нужно уметь быстро подстраиваться под изменяющиеся условия.
Есть и еще две немаловажные детали — демография и миграция, которые сложно спрогнозировать. Сегодня мы можем говорить, что в Махачкалу приезжает очень много людей, но завтра все может измениться — жизнь в Махачкале подходит далеко не всем, те, кто достиг хороших результатов в этом городе, хотят двигаться дальше. Мы решили: чтобы не строить каждый раз новые школы и детские сады, мы хотим сделать их легко трансформируемыми. Это даст возможность при необходимости быстро сменить профиль и переделать школу в детский сад или детский садик в начальную школу. Так мы сможем управлять процессом.
«СГ»: Расскажите, пожалуйста, о конкурсной процедуре. Кто мог участвовать в конкурсе? Был ли он открыт для всех желающих?
Н.Г.: С самого начала мы хотели сделать конкурс максимально открытым, чтобы в нем могли принять участие все желающие, не только из Дагестана, но и из других субъектов России. Почему бы, например, не принять участие человеку из Воронежской области или из Тульской? В итоге так и получилось: заявки пришли со всех уголков нашей необъятной страны, причем российские бюро объединялись в консорциумы с международными компаниями. Конечно, мы могли бы сделать конкурс без ограничений. Но представьте: это как устроить вечеринку без регламента, когда приходят и младшие, и средние, и старшие, — вечеринка не будет интересна ни одним, ни другим. Поэтому мы установили регламент: участвовать могли как индивидуальные участники, так и консорциумы, способные привлечь в команду специалистов, необходимых для решения конкретной задачи: дизайнеров, инженеров, планировщиков, психологов, учителей и т. д., то есть команды, способные решать задачу комплексно. В разных условиях и в разных ситуациях консорциумы дают лучший результат, потому что антропологи видят городскую часть с одной стороны, психологи видят с другой, знают, какая среда обитания востребована среди наших детей, могут оценить их психологическое состояние, так же, как и преподаватели видят то, чего архитекторы не заметят.
6 мест притяжения в Дагестане станут центрами формирования новой городской среды
Справочно:
Всероссийский конкурс на разработку концепций архитектурного облика общественных пространств и образовательных учреждений в Республике Дагестан, организатором которого выступает Агентство стратегического развития «ЦЕНТР», стартовал 12 ноября 2020 года. Участниками профессионального соревнования стали команды из 22 городов мира. Российские специалисты сформировали консорциумы с архитекторами из Великобритании, Германии, Латвии, США, Турции, Эквадора и Японии