Археолог: «Открытия делаются в тишине»

Противостояние мэра Дербента с теперь уже экс-директором музея-заповедника по поводу строительства фонтана в парке имени Низами Гянджеви набирает все большие обороты в последние дни. Особый общественный резонанс вызывают и археологические исследования, проводимые в парке под руководством доктора исторических наук, профессора Муртазали Гаджиева. Несмотря на то, что он разъяснил ситуацию вокруг парка в интервью РИА «Дербент», поток ничем необоснованных обвинений продолжился. Поэтому редакция снова обратилась к известному археологу за более подробными разъяснениями о том, в чем заключаются причины конфликта, а также о значении найденных в Дербенте саркофагообразных объектов. – Муртазали Серажутдинович, ситуация никак не успокаивается, а даже обостряется… – Да, некоторыми лицами и, прежде всего, то ли экс-директором, то ли еще не экс-директором музея-заповедника, нагнетается атмосфера, ситуации пытаются придать национально-религиозную окраску в связи с этими работами, сыпятся обвинения в адрес и мэрии, и археологов. Прежде скажу, что мы не выбираем ни объект строительства, ни место его сооружения. Мы проводим археологический надзор за данными земельно-строительными работами на основе заключенного договора. Мы не ведем раскопки, а проводим в строгом соответствии с буквой закона и «Положением о проведении археологических работ» археологические наблюдения, которые предусматривают именно визуальные наблюдения, зачистки, расчистки, фиксацию находок, небольшие раскопки на площади до 20 кв. м и право останавливать работы в случае выявления объектов археологического наследия. Нами в ходе работ трижды приостанавливались земельные работы, первые из них 14 февраля, а 20 февраля были окончательно остановлены работы в западной части строительной площадки на площади 70 х 20 м, где были обнаружены такие объекты. Все наши действия задокументированы. Кстати, строительная площадка 70х70 м расположена в 60 м от северной городской стены, а не в ее 30-метровой зоне. Мы действуем с тесном контакте с Агентством по охране культурного наследия РД и Департаментом государственной охраны культурного наследия Минкультуры РФ, при необходимости получаем нужные консультации. – В Ваш и Ваших коллег адрес посыпались обвинения в вандализме, в уничтожении сотни мусульманских могил, исламских святынь, многометровых культурных слоев, археологических артефактов, человеческих останков… – Я читал это интервью. На каждом шагу враньё, ложь, клевета. Это агония экс-директора. Скажу, что еще в августе прошлого года в своем письме в адрес министра культуры РД я ставил вопрос о его некомпетентности, непрофессионализме, морально-этических качествах и несоответствии должности директора. Тогда он отказал в приеме археологических находок и заявил моим сотрудникам: «Мне не нужен ваш мусор! Давайте золото!». Вот его уровень и лицо. Вы же знаете, в какое время он стал директором. Тогда многие богатенькие буратино заняли высокие и невысокие должности не за свои профессиональные качества и не за красивые глаза. Своим нынешним действиям и заявлениям он хотел придать патриотическую и этно-религиозную окраску. Цена и причина его патриотизма в прямом и переносном смысле – рубль. Как гласит пословица «В чужом глазу соломинку хочет увидеть, в своем – бревна не замечает». Можно привести очень много примеров его «деятельности». Например, о нарушениях при сносе гостиницы «Волна», рытье на его месте огромного котлована под строительство торгового центра в феврале-марте 2015 г. и уничтожении на огромной площади культурных напластований, в т.ч. стеклоплавильных печей сельджукского времени. Об отвратительной реставрации при его попустительстве укреплений Дербента, когда я еще осенью 2014 г. обратился в адрес министра культуры В.Р. Мединского, и 24 февраля 2015 г. в Дербенте было проведено по моему обращению совещание по проблемам реставрации, на котором присутствовали директор Департамента государственной охраны культурного наследия МК РФ В. Цветнов, руководитель Управления МК РФ Т. Селедцова, первый зам. председателя Правительства РД А. Карибов, министр культуры РД З. Бутаева и др. На этом совещании присутствовал и директор ДМЗ, но занял страусиную позицию. Фактически, только я и ответственный секретарь России по делам ЮНЕСКО МИД РФ Г.Э. Орджоникидзе выступили с критикой проводимых реставрационных работ. На этом же совещании была принята резолюция, один из пунктов которой указывал, что при проведении работ реставраторы должны впредь консультироваться со специалистами-археологами. Тем, не менее, этот пункт был проигнорирован, а результаты этой «реставрации» мы видим наглядно до сих пор – например, стены Дербента, разрисованные шпаклевкой в клеточку. С «благословления» и соучастия директора музея-заповедника и директора Департамента МК РФ В. Цветнова, сидящего ныне в тюрьме по обвинению в хищении более 20 миллионов рублей в составе организованной группы, с грубейшим нарушением законодательства были проведены работы по благоустройству цитадели Нарын-кала. Я и сотрудники экспедиции пытались остановить работу строителей, тракторов и скреперов, когда они на памятнике Всемирного наследия ЮНЕСКО уничтожали культурный слой (был снесен культурный слой до 1,5 м толщиной!), архитектурные остатки, остатки метровой толщины стен крупного монументального здания, очевидно, средневековой мечети, располагавшейся выше «Ханской бани» (Хан-хамам), из руин которой происходит надпись 1654-65 г.: «Эту баню султан Байазид-султан ибн Бахрам-султан Устаджлу отдал в вакф мечети, которая [рядом] с баней, в 1065 году». А вырытый в культурном слое огромный котлован для цистерн для воды, уничтоживший средневековые слои и архитектурные остатки? Эта преступная халатность зафиксирована в обширном фотоматериале. И руководитель ДМЗ, на объекте которого проводились данные работы, не предотвративший их, причастен к этим нарушениям и уничтожению исторической информации. Не знаю, каким образом он избежал ответственности. Я уже не говорю о состоянии хранения и сохранности археологических находок в музее-заповеднике. Полагаю, что там надо провести ревизию. Хотел бы увидеть среди экспонатов, например, найденную нами уникальнейшую и ценную, исторически и материально, монету, чеканенную в Дербенте в начале VIII века! Можно продолжать список «благих» деяний экс-директора… Гравюра Адама Олеария, 1638 г. Что касается обвинений в наш адрес, то официально заявляю, что на территории стройплощадки нет культурных слоев, ни одно захоронение не разрушено в ходе земляных работ. Только в ее западной части размерами 70х20 м, где нами полностью были остановлены работы, выявлено около 80 саркофагообразных надмогильных памятников XI-XII вв. На остальной территории не выявлены ни захоронения, ни надмогильные памятники. Осуществляется их оконтуривание, тщательная зачистка, фотосъемка, нанесение на план, точная фиксация с применением современных технических средств – лазерного тахеометра, квадрокоптера с широким диапазоном съемок, включая трехмерную и инфракрасную. Раскопки данного могильника не производятся и не будут производиться. На проведенном совещании в Дагнаследии с участием руководителя Агентства З.М. Мусаловой и главы города Х.М. Абакарова фактически на прямой линии с Министерством культуры РФ было принято наше предложение: выявленный могильник не раскапывать, его территория будет рекультивирована, проект строительства будет изменен – он будет сдвинут в восточную сторону, где земляные работы также будут проводиться под тщательным наблюдением археологов и в случае выявления объектов археологического наследия работы будут останавливаться. Что касается якобы выкинутых «саркофагов». Около 20 поврежденных и в обломках «саркофагов» было обнаружено в северной части стройплощадки при демонтаже крупных канализационно-ливневых линий – две из них демонтированы, а третья расположена ниже проектной отметки земляных работ. Именно в траншеях под эти линии и были обнаружены эти объекты, которые временно складированы вблизи площадки у северной городской стены. В дальнейшем они будут почищены и, возможно, им подберут место для экспозиции. – Что Вы можете рассказать об этих объектах, их значимости? – Эти саркофагообразные надмогильные памятники датируются второй половиной XI-XII вв. и относятся ко второму периоду исламизации Дагестана и связаны с вторжением на Восточный Кавказ сельджуков. Можно сказать, что они документируют местопребывание сельджукских гарнизонов, распространение их военных колоний. На сегодня, с учетом выявленных нами памятников, известно на территории Дагестана более 500 таких «саркофагов». Они распространены в ряде исторических областей Дагестана – это Дербент и его округа, включая земли Табасарана вдоль Горной стены «Даг-бары», Кайтаг, Южный Дагестан – всего более 30 пунктов. Наиболее известный могильник – это почитаемое кладбище Кырхляр в Дербенте. Эти памятники имеют долгую историю изучения. Отмечу работу проф. Амри Шихсаидова, который замечал, в частности, что «в захваченных странах сельджукские султаны раздавали представителям военно-кочевой знати огромные земельные массивы, целые города и села, иногда и области. Широкое распространение в подвластных сельджукам землях получила икта – владение землей на условии несения военной и гражданской службы». Из последних исследований – это моя большая статья «Поселение Пирмешки и его некрополь», в которой обобщены многие данные. Среди выявленных сейчас нами «саркофагов» только один имеет надпись и этим он представляет особый интерес. Эпитафия на арабском языке почерком куфи гласит: «Это могила Мухаммада, лудильщика. Да будет над ним милость Аллаха». И это весьма интересная историческая информация, учитывая существование в это время в Дербенте, согласно сведениям Мухаммада ад-Дарбанди, квартала ремесленников-медников, изготовителей медной посуды – по-арабски саффар, наххас. Когда мы спокойно изучим все выявленные надмогильные памятники, подготовим и обнародуем статью. Открытия делаются в тишине, а не под шум дилетантов. Это не первый «наезд» на археологов со стороны экс-директора, который повышенным тоном попытался давать указания и наставления профессионалам-археологам, и был в итоге поставлен на место нашим сотрудником. Археологи, ведущие раскопки в Дербенте и имеющие высокую репутацию, с большим вниманием и благоговением относятся к памятникам древнего города и открывают много страниц его богатой истории и культуры. О наших важных открытиях известно далеко за пределами республики и страны, о них докладывается на многих научных форумах, как в нашей стране, так и за рубежом (Баку, Берлин, Будапешт, Ереван, Измир, Мюнстер, Оксфорд, Тбилиси, Тебриз, Тель-Авив и др.). Кому интересно, могут ознакомиться с нашими публикациями – они в открытом доступе. И никаким горе-директорам, и подручным горе-блогерам не удастся очернить нашу деятельность.