Александр Любимов: «Гэкачеписты только ускорили развал Советского Союза»

Их упрекали в содействии развалу СССР и за это же боготворили. Ведущие культовой в конце восьмидесятых программы «Взгляд» Владислав Листьев, Дмитрий Захаров и Александр Любимов после её закрытия в декабре 1990 года начали выпускать распространяющийся в видеокассетах «Взгляд из подполья». Вот как вспоминает события августа 1991 года один из основателей той программы, продюсер, президент телекомпании «ВИD» и вице-президент Академии российского телевидения Александр Любимов.

– Александр Михайлович, помните, как узнали о путче?

– С раннего утра 19 августа мне каждые пятнадцать-двадцать минут названивали на автоответчик друзья и говорили: «Саша, срочно включай телевизор!» Но пока я его включал, новости заканчивались, шло уже что-то другое, показывали почему-то каких-то пингвинов и разных других звериков. Но часам к восьми я наконец услышал заявление ГКЧП и сразу позвонил всем своим – Владику Листьеву, Андрею Разбашу, Ване Демидову, другим ребятам. Собрались в нашем офисе – тогда он уже был, слава богу, не на территории «Останкино», которое к тому времени было перекрыто войсками, а в офисе неподалёку от телецентра. По иронии судьбы офис этот находился в здании бывшего общежития КГБ, где жили иногородние сотрудники, приезжавшие в Москву на стажировку. Потом всё это передали в частные руки, и новые хозяева здания сдавали нам помещения в аренду под аппаратные.

От греха подальше архив телекомпании «ВИД» отправили в Дедовск, там у нас был неудачный инвестиционный проект «Гараж», вот в этот бетон мы и запрятали весь архив. Потом развезли по квартирам сотрудников телекамеры и монтажные – рассудили, что последнее, что может сделать ГКЧП, это обыскивать квартиры, ведь для этого, как ни крути, понадобится ордер, а значит, квартиры продержатся дольше. Приехал папа (советский разведчик, писатель и журналист Михаил Любимов. – Ред.), мы с ним договорились, что «встречаем Новый год в Риге» – как нас учили, явки и пароли надо готовить заранее.

– Из Дедовска вы направились в Белый дом?

– Да, вместе с Сашей Политковским. Мы были депутатами, прошли без проблем и сразу занялись организацией круглосуточного вещания «Радио Белого дома», которое информировало мир о происходившем внутри этого здания. Здесь мы провели трое суток.

– Не страшно было, когда поползли слухи о готовящемся штурме Белого дома? Оружия-то у его защитников не было никакого...

– Страшно не было – была тяжёлая работа, которую надо было делать. Это война нервов, война психологий. Вы наверняка помните новости, которые мы сообщали, – о том, например, что где-то встал тракторный завод, а где-то нас поддержали железнодорожники. Это всё мы делали по законам военного времени, как меня учили, когда готовили на диверсанта – враг должен бояться, а потому нужно как можно больше всякой пропагандистской лжи для нагнетания страха в стане противника. Этим мы и занимались.

А оружие... Раздали нам автоматы без боекомплекта. Один автомат дали Ростроповичу, и потом весь мир обошла фотография великого музыканта с автоматом. Ожидая, что спецгруппа «Альфа», скорее всего, будет заходить через коллектор, наставили там пустых бутылок – в коллекторе темень, приборы ночного видения тогда были редкостью, и бутылки должны были зазвенеть, когда войдут альфовцы. Мы понимали: чем больше людей соберётся у Белого дома, тем меньше шансов, что сюда придёт спецназ. Это действительно была война нервов – кто кого. Да и путчисты оказались не такими уж кровожадными, путч происходил в вегетарианскую эпоху, когда в гробу уже лежали такие замечательные деятели, как Ленин, Сталин, Хрущёв, Маленков, Берия и прочие товарищи из пламенной когорты. Вот они точно не задумываясь отдали бы приказ стрелять. А их потомки из ГКЧП оказались пожиже, они были явно не готовы переходить какие-то границы.

– Почему путчисты проиграли информационную войну, если в их распоряжении были все ресурсы?

– Знаете, сейчас я на их примере всё больше убеждаюсь: когда у людей нет цели и они не могут объяснить, чего хотят, даже своим соратникам, они обречены на поражение. У ГКЧП были какие-то желания, а вот цели не было. Как не было и чёткого понимания, что да как делать. В таких случаях умные люди ведут себя крайне осторожно. Например, Анатолий Иванович Лукьянов просто вычеркнул себя из списка путчистов. А Леонид Петрович Кравченко, когда ему сказали, что надо сделать «марафон рабочих», ответил: «Нет, это будет очень сложно». Но я бы не считал всех путчистов дураками и негодяями. Например, недавно ушедший в мир иной Олег Бакланов ни разу не сказал ничего гадкого или недостойного про Ельцина или Горбачёва. И хотя мы с ним люди разных политических взглядов, не могу его не уважать за это. Такая щепетильность не была свойственна ни Лигачёву, ни Руцкому, ни самому Ельцину. При них уровень политической дискуссии опустился до уровня кухни, а сейчас это вообще превратилось в какой-то, извините, «интернет».

– И всё же, в чём главная причина провала гэкачепистов?

– Наверное, причина в том, что в их действиях не было ощущения воли, это проявлялось в поведении всех путчистов. И они проиграли. Конечно, если бы это были люди настоящей большевистской породы, погибли бы десятки тысяч людей, и дело вполне могло обернуться гражданской войной. Но с ними, не сумевшими поставить перед собой чёткие цели и наметить конкретные шаги по их реализации, вышло то, что наш великий афорист Виктор Степанович Черномырдин отлил в бессмертное «хотели как лучше, а получилось как всегда». Так и вышло, гэкачеписты только ускорили развал Советского Союза.

– Какие уроки можно извлечь из всего этого?

– Наверное, надо сказать людям, ещё не потерявшим рассудок, – невозможно жить всё время в состоянии внутренней униженности, без конца винить кого-то в своих бедах. У наших вождей и девяностые годы – «лихие», и развал СССР – «самая большая геополитическая катастрофа ХХ века», хотя, помнится, в ХХ веке была ещё и Вторая мировая война. Но нынешние вожди в ней не участвовали, для них и развал Союза – вселенская катастрофа. И мы вечно ходим унылые, ищем виноватых, всё время нас кто-то бьёт, строят козни какие-то американцы, а в крайнем случае у нас во всём виноват Горбачёв... Граждане, дорогие, да у нас в стране 250 миллионов ходивших на работу людей были «несунами», тащили домой всё, что плохо лежало! А кому нечего было утащить, жили по принципу «дашь на дашь»: скажем, я твоего сына устрою учиться, а ты мне обеспечь три килограмма говяжьей вырезки из-под прилавка. Мы все разваливали Советский Союз, каждый в меру своих возможностей, только не все в этом признаются.

– Мы ждали, что после 23 августа 1991 года проснёмся в прекрасной стране, заживём красиво и счастливо, но реальность оказалась не такой радужной...

– Да, первые годы в новой России катастрофически не хватало квалифицированных кадров, умеющих работать в новых условиях, и во многом из-за этого первая половина девяностых выдалась такой тяжёлой. У нас не было люстрации, не было запрета компартии, но кадров всё равно не хватало, лет пять ушло на их подготовку. А до этого довольствовались товарищами из прежней номенклатуры. Товарищи были лихие: помню, Михаил Полторанин выпустил книжку про то, как евреи захватывают весь мир. Потом кто-то на всякий случай аккуратно скупил тираж этой жуткой бредятины, помеси перлов Победоносцева и «Протоколов сионских мудрецов». Вот такие были кадры.

– Россия выиграла от развала Союза? Или всё же проиграла?

– Напомню бытовавшую в союзных республиках риторику на тему «Россия нас объедает». Правда, в России считали, что это её объедают. Это хорошо описал в своей книге о развитии Российской империи «Внутренняя колонизация» Александр Эткинд. И что же? Сейчас, через тридцать лет, в какой из бывших союзных республик самый высокий уровень жизни? Правильно, в России. Не в Грузии, не в Таджики> стане – в России. Вот – ответ, и вот прекрасный результат путча ГКЧП, подтолкнувшего развал Союза. А останься всё как было, мы бы и сегодня продолжали оставаться самыми бедными. Да, i империя «усохла», но в XXI веке люди важнее территории.