Какие страсти, ё-моё, вокруг обычной буквы «ё»
Самая затюканная буква в русском языке — «ё». При том, что в речи она присутствует, а в ненормативной речи присутствует и вовсе густо, на письме ею пренебрегают. Пора остановить третирование буквы, без которой осиротела бы и русская армия, и русская деревня, и русская стройка. А особенно — русская интеллигенция.
Все ее мушкетеры все время отдавали себе отчет, что все ее фрондерство уйдет, едва уйдет с почетом ее пестро одетый веселый визитер.
Фраза, понятно, несколько корявая, хотя всё же не бессмысленная. Или — всЕ же?
Впрочем, неважно. Смысл в том, чтобы прочитать её строго по правилам фонетики русского языка. Убрав эту неосознанную самокоррекцию, когда на месте положенного по написанной букве звука [е] сам собой произносится звук [о]: ейо, пьостро, мушкетьор…
И вот тогда и явится подлинное ощущение корявости: всЕ еЕ мушкетЕры всЕ время… Один шаг лишь и остаётся до неряшливо-хуторской мовы юго-западных соседей, когда невольно удивляешься, как это интеллигентные на вид люди разговаривают, будто подростки в подворотне.
И это ещё если не вспоминать о более вещественных рисках пренебрежения буквой Ё. Скажем, когда любимая тёща оставила зятю по завещанию две квартиры, торговый дом и личный остров в Карибском море, а бедняга не сможет этого получить никогда, ибо в завещании его фамилия записана правильно — Ёжиков, — а в паспорте он значится как Ежиков.
А подобных случаев различных юридических коллизий из-за привычного игнора двух точек над буковкой и без всякого «к примеру» много.
А если взять иностранные имена? Вдруг выяснится, что Мирей — не Матье, а Матьё. И Геббельс, не к ночи будь помянут, — Гёббельс на самом деле. И кардинал, к слову о мушкетёрах, Ришелье правильно должен значиться как Ришельё. А первооткрыватель рентгеновских лучей — Вильгельм Конрад Рёнтген.
Фото: West Coast Surfer / Globallookpress
В общем, имя таким именам — легион. Но при этом немаловажно ещё и отличать одно от другого. Потому что «оливье» — это таки да, от Люсьена ОливьЕ — Olivier. И знаменитая Анжелика, маркиза ангелов, сыграна актрисой Мишель Мерьсе — Michèle Mercier. Тут, конечно, смысловая разница не так сурова, как в юридических документах, но всё же для интеллигентного человека не без важности. Как умение изящно закрыть за дамой дверь, чтобы она не бухала ею утром со всей дури, услышав неподдельное изумление джентльмена при слове «замуж»…
Как возникла буква «ё»
Словом, понятно, о чём идёт речь. О необходимости повсеместного и постоянного употребления на письме буквы «ё». Тем более что и повод есть: в этот день в 1783 году на заседании Академии словесности директор Петербургской академии наук, княгиня Екатерина Дашкова предложила неким образом зафиксировать на письме дотоле никак не обозначавшийся, хотя и присутствовавший в русской фонетике звук «ё».
Княгиня Екатерина Дашкова. Фото: Globallookpress
Правда, умная (даже чересчур, ибо не умела прятать это качество от своей подруги, по совместительству императрицы Екатерины II, отчего в конце концов впала в опалу) женщина предложила для начала буквальное следование звуку при помощи дифтонга «ио». Но в процессе эксплуатации выяснилось, что слово, скажем, «иолка» (точнее, «іолка») выглядит не очень изящно. А поскольку в дворянском образованном обществе тогда царила жёстко детерминированная франкофония, то кому-то позднее — говорят, Николаю Карамзину — пришло в голову взять пример с французов. И поставить значок tréma — две точки над буквой — над «е». Правда, во французском он требует дифтонг разделять на звуки, а у нас, скорее, сливать в один — ну так у нас и тогда была особенная стать. Контроверсивная.
Кстати, тем самым княгиня Дашкова исправила ошибку великих Кирилла и Мефодия, которые не дали славянской письменности буквы «ё», поскольку её не было в греческом алфавите. С другой стороны, это и не ошибка была. Ведь святые братья вовсе не русскую письменность создавали, а в принципе южнославянскую. А у болгар никакого «ё» и не бывает. И вообще в старославянском языке [о] после мягких согласных и гласных звучала как [э]. Потому наш Есенин с полным правом иногда называл себя Осениным. И Елена — А(о)лёна — отсюда же.
При том, однако, важно отметить, что сразу же после предложения Дашковой (которое, кстати, с восторгом поддержал такой зубр тогдашней изящной словесности, как поэт Гавриил Державин) в высшем русском обществе возникло и противостояние нововведению. Многие — и тоже зубры и тоже словесности вроде государственного секретаря в эпоху 1812 года Александра Шишкова — не принимали букву «ё» как некий символ просторечия, снижения языковой планки в пользу «подлого сословия»: «Употребленіе сего начертанія не одобряется просвѣщеннѣйшими судіями языка, будучи признаваемо излишнимъ тамъ, гдѣ можно писашь е, напр. ежъ, ледъ, хотя бы и произносили іôжъ, ліôдъ, точно такъ какъ пишутъ о, произнося а: огонь, вода, а не агонь, вада».
Может быть, отсюда и вышла столь несчастливая судьба полезной буковки?
Путаница как система
Так или иначе, но буковка «ё» долго оставалась падчерицей в русском алфавите. Привыкли обходиться без неё. Но всё чаще стал всплывать именно «назывной» аспект — и именной, и географический. Фразу «Все все поняли» можно, в конце концов, на автомате понять правильно. А вот деревни ФЁдоровку и ФедОровку перепутать без «ё» — запросто! А если дело, например, о планировании боевой операции, а деревеньки эти — в одном районе? Известен ведь случай, хоть в нём никакого «ё» не присутствовало, когда Сталин в самые напряжённые дни обороны Москвы приказал любой ценой вернуть деревню Дедово Истринского района, потому что в каком-то из рапортов её захват немцами был подан как захват города Дедовск. И можно только представить гнев и изумление Ставки, когда ей доложили, что немцы прорвались через линию фронта сразу на десяток километров ближе к Москве. Так вот это Дедово взяли. Вот только на памятнике павшим русским воинам там — под две сотни фамилий…
Фото: istravest / Globallookpress
Утверждают, что именно из-за подобной путаницы — только уже реально из-за пренебрежения буквой «ё» в названиях населённых пунктов — и было по инициативе Ставки Верховного Главнокомандования принят 24 декабря 1942 года приказ Наркомпроса об обязательном употреблении буквы «ё». Для начала — в школах. Чтобы привыкали с детства.
Но после войны всё опять вернулось на круги своя. В практическом употреблении буквы «ё» постепенно почти не стало. Как говорят специалисты, потому, что не было решения соответствующей комиссии, Академией наук не был разработан необходимый регламент, несчастная буква не была внесена в официальные правила русского языка. Единственное, где этой букве отводят нормативно закреплённое место до сих пор действующие Правила русской орфографии и пунктуации от 1956 года, это «в букварях, школьных учебниках русского языка, учебниках орфоэпии и т. п., а также в словарях для указания места ударения и правильного произношения».
То есть нелепый «парашют», который и не выговаривает-то никто так, как он пишется, остался (и даже после недавнего скандала укрепился), а присутствующий в речи любого русского звук «ё» так собственного обозначения нормативно в русском языке и не получил.
И ладно ещё — в речи русского. А как быть с иноязычной красотой, которая приводится в разных текстах на эту тему? Городок Ётёхтёх в Якутии и река Бёрёлёх там же, район Тёёлё в финской столице, куча топонимов в Венгрии — как с ними быть? Да что там Венгрия! В Москве станция метро «Планёрная╗ утеряла своё природное имя и зовётся (и пишется часто!) как «ПлАнерная». Хотя слова «плАнер» в русском языке не существует.
Оно, конечно, когда голосовой символ 1990-х Наташа Королёва параллельно значится как КоролЕва, для Наташи должно быть приятно. Особенно вкупе с её голосом. Но вот ракетного конструктора звали всё же Сергей Королёв, а не КоролЕв. Зато толстовского героя «Анны Карениной» — не Левин, а Лёвин. И т. д. и т. п.
Путаница в обратную сторону
Из-за нормативного неприсутствия буковки «ё» на положенном ей месте интеллигентный человек может создать неправильное о себе представление не только в общении с дамами. Практически тотальным является употребление слова «афёра» с оною буквой. Хотя должно быть жёстко и безальтернативно — «афЕра», ибо происходит от французского «affaire». И «гренадёр» на деле — «гренадЕр», от французского «grenadier». И «комбайнёр» правильно — «комбАйнер». И «свеклА» — «свёкла». И когда погода — «вёдро», а не «ведро». И солдаты — на «манёврах», а не на «маневрах».
А ведь сколько подобных ошибок неосознанно делают дети, когда берутся читать взрослые книжки! И многие такие ошибки так и остаются на всю жизнь. Ибо тяжело переучиваться с того, что впитал с самого начала. «Небо» и «нёбо», «лесс» и «лёсс», «щелочка» и «щёлочка», «новорожденный» и «новорождённый», «осужденный» и «осуждённый» — несть числа этим и прямым ошибкам, и неправильным словоупотреблениям, и неправильностям, ставшим нормой или вошедшим в служебный сленг (вроде только и употребляемого в соответствующих учреждениях слова «осУжденный», но — «заключённый», а не «заклЮченный»).
И это — снова вспомним — если не говорить о правильности передачи иностранных слов, названий и топонимов. Многие ли знают, например, что столица Северной Кореи отродясь Пхеньяном не была? А была всю жизнь Пхёньяном? И шведский Гетеборг — Гётеборг (а точнее, по фонетике — даже Йотеборг). Про Кёнигсберг можно даже не говорить…
Между прочим, посчитано, что в русском языке буква «ё» присутствует в 12 с половиной тысячах слов. Строго говоря, это в разы больше словарного запаса человека средней грамотности. И примерно равно словарному запасу человека высокой грамотности. И почему верное употребление в языке всего этого массива надо ставить в зависимость от того, как когда-то кто-то понял правильное написание и произношение того или иного из этих слов? Не лучше ли ввести букву «ё» в норматив?
Каков же вывод? Ну, однозначно тут что-то сформулировать трудно. Ясно лишь, что отсутствие надлежащей, однозначной нормы употребления буквы «ё» заметно обедняет и коверкает русский язык, закрепляет в нём неверные, а то и прямо вредные формы словоупотребления. Ну и просто заставляет подчас проявлять неграмотность вполне грамотных и умных людей.