Уроки бизнеса от Цмурской СОШ: как школам заработать самостоятельно

В селе Цмур в Дагестане местная школа, которой занимается фонд «Село», собирается выйти на самообеспечение. Для этого вокруг населенного пункта создается бизнес: высажены фундучные сады, собираются открыть гостиницу. В фонде надеются, что эта модель обеспечения может быть распространена и на другие сельские школы, страдающие от нехватки финансирования. Подробнее — в материале «Известий». Как живет школа в Цмуре В Цмуре в 2016 году инвесторы построили новое здание школы. Изначально просили поменять только окна, но состояние здания было таким, что приняли решение строить с нуля. Школа — государственная, в ней обучаются обычные дети, но фонд «Село» занялся внутренней организацией здания, пространства вокруг, инфраструктурой в селе (например, построили дом для учителей на 12 квартир). Сейчас туда ходят не только местные ребята, но и дети из окрестных сел. Начинали с 40 школьников, сейчас их 120. — Цмур — это горное село в Дагестане, почти на границе с Азербайджаном, в трех часах пути от Махачкалы, — рассказала «Известиям» основатель фонда «Село» Евгения Тюрикова. — Когда мы начали заниматься школой в Цмуре, то с самого начала понимали, что в будущем это должна быть полностью автономная система. Школа должна существовать вне зависимости от того, есть у нее меценаты или нет, изменились ли у них планы и что думают по теме благотворительности их наследники. Для этого вокруг села созданы бизнесы, доходы от которых пойдут на поддержку АНО ДО «Центр творчества «Цмур». Через эту некоммерческую организацию идет финансирование развития школы и учителей. Они, кстати, далеко не все местные — некоторые переселились в том числе из Москвы. Бизнес сейчас — это почти 200 гектаров фундучных садов. Саженцы закуплены в Италии, плодоносить начнут через несколько лет. Занимается садами не школа — это компания, в которой работает 20 человек, а сезонно привлекается еще 50–70 человек. Также планируется строительство гостиницы, завода по переработке ореха и фруктов, работа с туристическими группами. Доли этих бизнесов, когда они начнут приносить доход, будут переданы «Центр творчества «Цмур». Деревня, центром которой стала школа, развивается: число жителей выросло на 200 человек, количество учеников в школе — в три раза, в несколько раз подорожала земля, запись в летние лагеря идет за несколько месяцев. Активистов поддерживают местные и республиканские власти. — Наша цель — создать в Цмуре устойчивую экосистему, понять, как привлекать учителей, как и чему учить детей, как помогать им становиться максимально самостоятельными, чтобы в дальнейшем предложить эту модель масштабировать в других сельских регионах или там, где есть крупные промышленные производства, — сказала Евгения Тюрикова. Могут ли школы себя обеспечить Школе в Цмуре повезло — ее взяли под опеку. Возможность зарабатывать самостоятельно у обычных школ тоже есть, но основным источником их финансирования является государственный бюджет, говорит сенатор Людмила Скаковская. Сумма формируется по нормативам, включающим различные критерии. Главный — количество учеников, могут быть надбавки за статус лицея или гимназии, число олимпиадников, место в рейтинге. — Также школы имеют возможность выигрывать гранты, получать спонсорскую поддержку, предоставлять дополнительные платные образовательные услуги, передавать отдельные объекты в аренду или лизинг, — рассказала она «Известиям». Директор Центра экономики непрерывного образования Института прикладных экономических исследований РАНХиГС Татьяна Клячко отмечает, что внебюджетные доходы школ значительно снизились за время пандемии и на уровень доковидный пока еще не вышли. — Государственные школы не могут выйти на самообеспечение, их внебюджетные доходы составляют обычно 6–7%, — сказала она «Известиям». Директор научно-исследовательского центра систем оценки и управления качеством образования ФИРО РАНХиГС Борис Илюхин замечает, что примеров школ, которые могли бы себя обеспечивать, очень мало. Как правило, это возможно, когда директор школы выстраивает отношения с предприятиями поблизости. В пример приводит Березовскую среднюю школу № 10 (Красноярский край), где создано приусадебное хозяйство, налажено взаимодействие с фермой и так далее. Как школам зарабатывать Таких способов сразу несколько. — Первый — оказывать платные образовательные услуги по программам дополнительного образования, — рассказала «Известиям» директор Института развития образования НИУ ВШЭ Ирина Абанкина. — Это могут быть программы как для детей, так и для взрослых. И если эта работа соответствует уставу школы, ее видам деятельности, она вполне легитимна. Второй способ — деятельность, которая приносит доход. Например, можно выращивать урожай на приусадебном участке школьной территории и продавать его, можно открыть собачий питомник, конюшню, но эта деятельность должна быть обязательно включена в основные образовательные программы, а доход можно направлять исключительно на уставные цели. В Москве, например, есть несколько школ с питомниками, в которых общение с животными включено в образовательную программу для детей с ограниченными возможностями здоровья, говорит Ирина Абанкина. Член комитета Госдумы по просвещению Лариса Тутова отмечает, что можно сдавать помещения, например под кружки. Однако далеко не все директора готовы «связываться» с получением внебюджетных доходов, говорит она. — Если мы рассуждаем о финансово-хозяйственной деятельности школы, взаимодействии с фондами, то, чтобы это стало реальностью, государство должно предложить прозрачные и выгодные всем правила игры, — сказала она «Известиям». Еще один способ заработка — это формирование при школе фонда поддержки. — В эти фонды могут вкладывать деньги выпускники школ, меценаты и т.д., — продолжает Ирина Абанкина. — Руководить фондом и общеобразовательной школой необязательно должен один и тот же человек. Главное, чтобы деятельность школы совпадала с деятельностью фонда. Генеральный директор юридической компании «Гебель и партнеры» Сергей Гебель считает, что создание целевого эндаумент-фонда (сформированного за счет пожертвований) — это самый сложный способ привлечения дополнительных финансов. — Его основная идея — предоставление долгосрочной финансовой поддержки. Инвестиции обеспечивают доход в виде дивидендов, процентов по вкладам и других выплат, — сказал он. — Но государственные учреждения не могут самостоятельно формировать целевые фонды и становиться их собственниками. Для создания капитала нужно зарегистрировать отдельное юридическое лицо, например автономную некоммерческую организацию. Фонд формируется как за счет собственных средств, так и средств, привлеченных в качестве пожертвований. Юрист Евгений Мазепин отмечает, что эндаументы формируются благодаря пожертвованиям, но деньги идут не на текущую деятельность школы, а передаются в управляющую компанию, которая приумножает вложения. — Этот инструмент во многих учебных заведениях мира имеет вековую историю, — говорит Мазепин. — Начиналось всё с небольших сумм, а сейчас в этих фондах миллиарды. Для любого университета или школы это не только попытка решить финансовые вопросы, но и инструмент формирования сообщества. Моделью эндаумент-фондов в России пока чаще пользуются университеты. Один из примеров — Фонд целевого капитала в МФТИ. Его исполнительный директор Светлана Красночуб подчеркнула, что фонд финансирует проекты только за счет инвестиционного дохода, но сам не расходуется. — Полный объем фонда на сегодняшний день более 825 млн рублей. Пожертвовать и поддержать программы может каждый, — рассказала она. Средства инвестиционного дохода фонда идут на поддержку студентов, пожилых преподавателей, которым оказывается пожизненная ежемесячная помощь, также есть стипендиальные и грантовые программы. Людмила Скаковская отмечает, что могут быть и прямые добровольные взносы, которые важно правильно оформить: составить договор с тем, кто решил сделать пожертвование. Школа в деревне Цмур пользуется как раз этим несложным на первый взгляд способом — договор с АНО ДО «Центр творчества «Цмур» заключен на пожертвование. Другое дело, что за этим соглашением стоит гораздо больше. Через АНО школу надеются вывести на самообеспечение. Председатель правления АНО «Агентство поддержки государственных инициатив» Сергей Абрамов замечает, что тут важно понять, кто создает новую организацию для финансирования образовательного учреждения. Для вузов право на появление новой организации четко прописано в законе «Об образовании». А для школ — нет. — В связи с этим в рамках Бюджетного кодекса РФ создание такого учреждения допускается только при согласии учредителя самой образовательной организации, — пояснил он «Известиям». Самым перспективным способом зарабатывать деньги для школ Ирина Абанкина называет взаимодействие с бизнесом, а именно схему, по которой предприятия, сформировав прибыль и уплатив налог, вкладывают деньги в разные образовательные организации, а государство затем возвращает этим предприятиям вложенные средства. — Но такое возможно, только если примут закон о налоговом инвестиционном вычете на уровне региона, — пояснила она. — Сегодня такие законы одобрили уже 60 регионов России. Региональные власти могут даже запросить финансовую помощь у федерального центра, если в регионе недостаточно денег на реализацию налогового инвестиционного вычета, и 19 российских регионов получили такую помощь. Пока еще предприятия не очень активно вкладывают деньги в школы, но у этого направления есть большие перспективы. Нужно ли школам зарабатывать При этом к желанию школ самостоятельно зарабатывать деньги многие относятся настороженно. Людмила Скаковская считает, что привлечение сторонних средств — это хороший механизм улучшения благосостояния учреждений, но зарабатывание денег не должно никак вредить учителю, ученику или его семье. — В условиях рынка школам иногда приходится заниматься коммерцией, в том числе ради благих намерений, — сказал «Известиям» педагог из Нижегородской области, эксперт профсоюза «Учитель» по проблемам образования на селе Дмитрий Казаков. — Но это очень противоречивое явление. С одной стороны, чтобы реализовать свои образовательные планы, школам не хватает средств, которые можно привлечь извне. С другой — сам по себе процесс интеграции школы в систему рыночных отношений это, по-моему, абсолютное зло, убивающее общедоступное образование. Директор научно-исследовательского центра систем оценки и управления качеством образования ФИРО РАНХиГС Борис Илюхин отмечает, что большинство людей воспринимают заработок школ исключительно как оказание дополнительных образовательных услуг. — Но для маленьких сел школа зачастую становится общественным и культурным центром, точкой развития, — сказал он «Известиям». — Не случайно, если закрывается школа, то дальше перспектив развития у этого населенного пункта нет — молодежь уедет. Очень важно, чтобы школа в таких местах была не только про образование, но и про многое другое — культуру, социальное обслуживание и пр. С дополнительными заработками пока много сложностей, считает Борис Илюхин. Например, часть школ в России являются казенными, из-за чего о «внебюджете» говорить очень сложно, так как каждая копейка извне идет учредителю. Проще всего зарабатывать автономным образовательным организациям. Член-корреспондент РАО, руководитель БФ «Система» Лариса Пастухова замечает, что важно рассматривать любую школу в концепции открытого воспитательного пространства, в связке с социокультурным развитием территорий. — В развитии школ, в том числе их финансовой поддержке, могут и должны принимать участие разные субъекты — муниципалитет, бизнес, благотворительные и некоммерческие организации, отдельные активисты, — прокомментировала она «Известиям». — Хороший активный ресурс — выпускники сельских школ. Сегодня крупные вузы активно работают с ассоциациями выпускников, а для школ это новая практика, этому инструменту еще нужно будет научиться.