Травля, о которой молчат: есть ли буллинг в крымских школах, и как с ним бороться

Почти половина школьников сталкивалась с травлей со стороны одноклассников и даже учителей. В большинстве случаев речь идет об оскорблениях и публичном унижении, в том числе в социальных сетях. Но каждый третий случай касается физического насилия, которое агрессоры еще и выставляют напоказ как доказательство собственного величия. И пока на законодательном уровне спорят, уместно ли иностранное слово «буллинг» в документообороте, психологи говорят о раненом поколении, ведь жертвами становятся не только его прямые участники, но и наблюдатели.

НЕПРЯМОЙ КОНФЛИКТ

Результаты опросов показывают, что две трети родителей школьников считают проблему травли серьезной и так или иначе сталкивались с ней. Другие исследования говорят о том, что количество жертв буллинга растет: среди школьников нулевых только треть могли вспомнить о подобных случаях, тогда как зумеры в школьные годы сталкивались с травлей гораздо чаще.

Почти половина детей хоть раз сталкивалась с издевками

Александр ШПАКОВСКИЙ

- Проблема не новая, достаточно вспомнить вышедший в 80-х фильм «Чучело», где раскрыта история школьной травли. Это история психологического взаимодействия внутри детского коллектива и поколенческая история, - считает уполномоченный по правам ребенка в Республике Крым Светлана Савченко. - Если разбирать конкретно каждый случай травли, мы там обязательно найдем семейную тему. Сама история взаимодействия детей в школе - это история отношений в семье, потому что педагоги уже имеют дело с последствиями семейных конфликтов.

Причем конфликт не обязательно будет прямым. Подростки в стремлении выйти из-под родительского контроля самоутверждаются за счет насилия над сверстниками и не видят ничего противозаконного в том, чтобы сгенерировать в ИИ обидную картинку на одноклассника – это же просто шутка. Жертва такой шутки, за редким исключением, не станет рассказывать родителям о травле, опасаясь мести со стороны одноклассников, и просто будет терпеть. Когда терпение закончится, забитая жертва может в одночасье превратится в тирана и в поисках по интернету плана мести наткнуться на вербовщиков.

- Ребенок идет в интернет и доберется до этих сайтов, где ему скажут: «Да, ты молодец! Но вокруг все очень плохо». И он будет искать, как исправить это плохо, и, к сожалению, зачастую неправомерными способами, - подчеркивает главный внештатный детский психиатр Минздрава Крыма Дарья Шурыгина. - Большинство родителей только на приеме впервые в жизни узнают о том, что ребенка в школе травят, он - изгой. Он для них каждое утро собирается в школу, а сам каждое утро идет на «войну», как ему представляется конфликт с одноклассниками или с педагогами.

Жертвы буллинга часто не обращаются за помощью именно потому, что не могут никому довериться

Андрей КАРА

ЖЕРТВЫ МОЛЧАТ, РОДИТЕЛИ НЕ ЗНАЮТ

Уровень доверия между детьми и родителями весьма красноречиво показывает осведомленность последних о проблемах своих чад: 80% родителей уверены в том, что дети придут к ним в случае возникновения конфликтов или опасных ситуаций, и только 10% детей подтвердили, что это действительно так. Школьные психологи, которые проводят тестирование и анкетирование среди учеников, направленное на профилактику кризисных явлений, руководствуются методичками «мирного времени», тогда как сейчас общество и информационная среда наэлектризованы противостоянием и разделением на своих и чужих, и это требует иных подходов.

- Методы, которые используются в школе, пора менять. Они больше вредят, чем помогают: заклинание кота Леопольда «Давайте жить дружно!» уже не работает, а взращивает жертву, которая не может за себя постоять», - говорит психолог Анастасия Титкова. - Буллинг – это не просто конфликт. Здесь работает психология толпы, которая отличается от психологии личности. И в психологии толпы нет непострадавшей стороны: пассивные участники получают травму свидетеля и боятся защищать жертву, чтобы самим не стать жертвой, и молчат. При этом они испытывают тот же фактор эмоций и посттравматическое стрессовое расстройство.

По словам специалиста, важно с раннего детства обучать детей навыку обращения за помощью по принципу открытой ладошки, где каждый загибаемый пальчик – это тот взрослый, которому может довериться малыш. Жертвы домашнего насилия и буллинга часто не обращаются за помощью именно потому, что не могут никому довериться. Этим, как правило, пользуется агрессор.

- Агрессор внушает своей жертве, что никто не поможет, только посмеются. Поэтому жертвы буллинга склонны к суициду, особенно среди подростков», - отмечает психолог. - Буллинг был всегда, и здесь нужны новые меры в новое время. Сейчас многие говорят о том, что, подписав расписку об ответственности за травлю, подросток перестает стремиться возвышаться за счет других. А вообще в подростковом возрасте важно быть крутым и главным, и чтобы выделяться, у школьников должно быть больше возможностей для подвигов.

НУЖНЫ НОВЫЕ ПОДХОДЫ

Усиление ответственности тоже должно быть. Нужно как вводить в законодательство понятие «буллинга» - коллективной травли, издевательств и психологического насилия, - так и снижать возраст ответственности за подобное деяние. Сейчас как такового наказания нет, если дело не дошло до рукоприкладства. Но даже в этом случае жертве буллинга проще перейти в другую школу, чем доказать осознанную и целенаправленную травлю со стороны одноклассников, а не потасовку в результате вспыхнувшей ссоры.

Дети-жертвы буллинга не всегда просят о помощи

Евгения ГУСЕВА

- На заседании республиканской комиссии по делам несовершеннолетних был принят алгоритм действий по профилактике травли. В частности, утвержден акт, который составляется на каждый подобный случай. Он отражает сам факт и фиксирует профилактическую работу с родителями с обеих сторон, - сообщил замминистра образования Крыма Илья Донченко.

Сложно понять, как актирование отражается на профилактике буллинга и воспитывает ответственность за собственные действия или бездействие со стороны школьников. Но с тем, что проблема есть и сама по себе она не решается, согласны все.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Как ребенку не угодить в «интернет-ловушку»: в крымских школах научат распознавать угрозы