Ядерная зима, или Чего ждет Киев, затягивая переговоры

С начала военной операции на Украине прошло уже три раунда переговоров в очном режиме, после чего переговорный процесс перетек в онлайн – видимо, для больше оперативности и, как следствие, эффективности. Но на сегодняшний день к сколь значимым результатам это не привело: да, были достигнуты кое-какие договоренности в плане создания гуманитарных коридоров и обмена военнопленными и – все. В политической плоскости выхлоп как был, так и остается равным нулю. И, по всей видимости, этот показатель останется неизменным. Фото: Sputnik Впрочем, справедливости ради стоит отметить, что, по словам главы российской делегации Владимира Мединского, стороны максимально сблизились по вопросу нейтрального статуса Украины и ее невступления в НАТО и находятся на полпути по принятию решений по демилитаризации Украины. Прорывом это явно назвать нельзя. Поскольку что касается нейтрального статуса, то сам Владимир Ростиславович отмечал, что еще сохраняются нюансы, которые относятся к гарантиям безопасности для Украины дополнительно к имеющимся в случае отказа от вступления в блок НАТО». И вот эти вот самые нюансы», надо полагать, и не дадут прийти к согласию. Как подчеркивал украинский президент в интервью изданию Общественное», есть страны НАТО, которые хотят быть гарантами безопасности, которые, к сожалению, не могут нам ввести стопроцентное членство в Альянсе, но готовы делать все, что должен был бы делать Альянс, будь мы его членами». То есть, по сути, украинская сторона хочет заручиться со стороны НАТО и США гарантиями того, что они в случае чего вступятся за Украину так, как за одну из стран Альянса. А вот такой вариант вряд ли устроит Кремль, так как нивелирует фактор военного давления в будущем. Но если даже предположить, что Россия пойдет на этот шаг и как-то решится вопрос с демилитаризацией Украины (а при таких гарантиях безопасности со стороны НАТО здесь каких-то проблем не наблюдается), то эти два пункта мало что меняют в общей конъюнктуре переговорного процесса, ибо есть куда более сложные пункты, по которым стороны с высокой долей вероятности не придут к взаимопониманию. Это признание украинской стороной Крыма, а также ДНР и ЛНР в их административных границах. Как-то сомнительно, что Украина пойдет на это. И более того: ничего не говорит о том, что такой шаг вообще рассматривается. Так, в недавнем интервью CNN Зеленский еще раз подчеркнул, что в ходе переговоров с Россией Украина не может согласиться на потерю суверенитета и территориальной целостности. В лучшем случае Украина может лишь до максимума растянуть процесс отказа, не зря же Зеленский выразил готовность обсуждать эти вопросы, но с теми ремарками, что: а) к их рассмотрению можно переходить после вывода войск РФ с территории страны и б) окончательное решение должен принять украинский народ на референдуме. С формальной точки зрения Зеленский прав: такие вопросы ему решать не по чину, поскольку это прописано в конституции, следовательно, чтобы внести туда изменения, нужно проводить референдум. Но вот в результатах этого референдума можно быть абсолютно уверенным уже сейчас: ни Крым, ни ДНР и ЛНР не будут признанными. А учитывая, что войска РФ уже будут выведены (предположим, что Россия пойдет на уступки), то это можно будет трактовать как победу Украины: в то, что Кремль пойдет на спецоперацию 2.0» и по новой введет войска – верится с трудом. Поэтому Кремль на такой вариант не согласится. Следовательно, переговоры в политическом плане обречены. Точнее, они были обречены априори – еще и потому, что инициатором первого раунда стала именно российская сторона, что вполне можно трактовать в качестве негативного для России сигнала (и не надо думать, что на Украине его не считали): что Кремль, пока успехи российской армии были более значительны, хотел воспользоваться паникой украинских властей, понимая, что все пошло явно не по плану, и красиво вывернуться из затяжной кампании. Вот уже тогда-то – по результатам первого раунда – и стало понятно, что переговоры не увенчаются успехом. По крайней мере, до тех пор, пока сопротивление украинской стороны не будет сломлено окончательно. Тем не менее переговоры продолжаются. И тут не может не возникнуть вполне себе логичный вопрос: зачем, если они в принципе бесполезны? И вот тут стоит уточнить: они бесполезны в том смысле, что Украина никогда не согласится на те требования, что выдвигает Россия. О принятии этих условий можно говорить только при одном раскладе – если Украина капитулирует. Но в этом случае будут уже совсем другие переговоры и тогда да, Россия может диктовать такие требования. Однако, пока этого не произошло, о том, чтобы Зеленский принял российский ультиматум», даже надеяться глупо, как и в случае с путинским ультиматумом» США и НАТО. Но этим функционал переговоров не исчерпывается. Во-первых, не надо забывать про гуманистическую составляющую: обе стороны должны максимально показать свою готовность к скорейшему урегулированию конфликта. Это – работа на международное поле. И тут Россия, сделав первый шаг (что не отменяет вышеприведенной трактовки), продемонстрировала, что не заинтересована в развитии боевых действий. Соответственно, и Украина не могла проигнорировать этот жест с российской стороны. Во-вторых, переговоры – это индикатор тех процессов, что идут как в Кремле, так и в ставе Зеленского: лакмусовая бумажка готовности сторон продолжать те линии, которых они придерживались изначально. Отсюда готовность Зеленского обсуждать нейтральный статус Украины, решить вопрос с русским языком и проч. Украинская сторона непрерывно сигнализирует о том, что процесс может сдвинуться, но при этом не идет на то, чтобы его действительно сдвинуть, как бы занимая выжидательную позицию и тем самым оставляя себе возможность пойти на условия Кремля. И вот это самое интересное: чего ждет Киев, при том что США и НАТО уже сказали свое веское слово по поводу закрытого неба» и участия их вооруженных сил против России? А Киев ждет двух вещей: либо присоединения дополнительных сил, либо радикальных действий со стороны Кремля. И, что надо отметить, и то, и другое с каждым днем становится все вероятнее, по крайней мере, если судить по той информации, что появляется в открытых источниках. Так, уже доподлинно известно, что Польша всерьез задумалась о вводе миротворческого контингента на территорию Украины. Причем коалиционного миротворческого контингента. К Польше уже присоединились Литва и Дания. Гипотетически к ним вполне могут присоединится Эстония и Латвия. А там, глядишь, и еще кто-нибудь. И если это действительно произойдет, то есть этот миротворческий контингент войдет на Украину, то шансы России на победу могут очень серьезно покачнуться. В отличие от той же Украины, которую подпитывают» США и Запад. И которые будут активно – деньгами, продовольствием, оружием и проч. – помогать и польским миротворцам». И в этой ситуации у Кремля остается один шаг – прибегнуть к ядерному оружию. Однако ядерные боеголовки могут полететь и без того, что Польша и Ко вступят в игру. О чем в последнее время говорят немало, особенно после того как 27 февраля президент России Владимир Путин поручил привести силы сдерживания в особый режим боевого дежурства. Тут стоит отметить, что и российская сторона не отрицает, что такое может произойти. Так, на днях пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков в интервью CNN подчеркнул, что если будет угроза существованию страны, то оно <ядерное оружие> может быть использовано в соответствии с нашей концепцией <национальной безопасности>». А буквально вчера первый заместитель постпреда России при ООН Дмитрий Полянский допустил использование ядерного оружия в том случае, если Россию спровоцирует НАТО. Как отметил дипломат, когда имеешь дело с ядерной державой, конечно, нужно просчитывать все возможные последствия своего поведения». Впрочем, для начала это может быть и не ядерное, а химическое или биологическое оружие. И уже не так важно – какое. Как и то, будет ли оно применено Россией или будет провокацией со стороны Киева, ибо общественное, да и политическое мнение на Западе уже сформировано. Если прецедент будет, то виноватой точно будет Россия. И вот тогда да, вероятность Третьей мировой будет велика, как никогда. Причем с использованием ядерного оружия, поскольку если войска НАТО вмешаются в военный конфликт на Украине, то, по всей видимости, у Владимира Путина не останется другого выхода, кроме как нажать на красную» кнопку. Пока, конечно, нельзя сказать, что мир находится без минуты до ядерной войны, но то, что она из разряда невозможного перешла в свою противоположность – уже очевидно. И чем дольше на Украине будут продолжаться боевые действия, тем вероятность того, что один из этих двух сценариев станет реальностью, становится все выше и выше. И это понимают везде: в Москве, Киеве, Вашингтоне, Брюсселе (и той же Варшаве, кстати). Или нет? Вот это мы в ближайшее время и узнаем. А до тех пор переговоры будут идти, как бы давая надежду на скорое разрешение ситуации. Надежду на то, что сценарий с ядерной войной останется лишь сценарием.