По мере развития кризиса между Россией, НАТО и Украиной за последние три месяца Кремль все чаще загоняет себя в угол. Продолжая наращивать военную мощь вокруг Украины и отвергая предложения США и НАТО о дипломатическом пути для ослабления напряженности, Москва, похоже, ограничивает себя двумя вариантами: война или постыдный спуск вниз.
Численность российских вооруженных сил, дислоцированных вблизи Украины, неуклонно росла и в настоящее время насчитывает около 130 000 военнослужащих. Крупные российские формирования расположились вблизи российско-украинской границы, в оккупированном Крыму и в Белоруссии, создавая несколько потенциальных векторов атаки.
11 февраля советник по национальной безопасности Салливан предупредил о возможности нападения России и призвал американских граждан покинуть Украину. В тот же день Пентагон направил в Польшу 3000 солдат США. Они пополнят уже дислоцированные там 1700 военнослужащих, а американские военные перебросили еще 1000 военнослужащих из Германии в Румынию. Они не войдут в Украину, но укрепят оборону НАТО на ее восточном фланге (аналогичные шаги предпринимают и другие союзники).
Кремль представил кризис как конфликт между Россией и НАТО, сославшись на расширение НАТО как на сближение альянса с Россией. Однако последний союзник, вступивший в НАТО, граничащий с территорией России, вступил в 2004 году. Итак, почему сейчас кризис? Более того, если Москва недовольна НАТО, почему она выставляет свои вооруженные силы на угрозу Украине?
Этот сфабрикованный Кремлем кризис касается Украины не меньше, если не больше. Москва опасается, что Украина безвозвратно сходит с ее орбиты, хотя ничего не сделало больше, чем политика Кремля, направленная на то, чтобы оттолкнуть Украину от России и приблизиться к Западу. Никого не должно удивлять, что военный захват Россией Крыма в 2014 году с последующим разжиганием и поддержкой конфликта на Донбассе, унесшего 14 000 жизней, повлияет на отношение Украины к Москве.
Этот кризис не связан со вступлением Украины в НАТО. Члены альянса не проявляют особого энтузиазма в отношении того, чтобы поставить Украину на путь членства. Москва это знает, но хочет большего: Украина в российской сфере влияния, отказ Киеву в праве выбирать свой собственный внешнеполитический курс.
В декабре российское правительство передало официальным лицам США проект договора между США и Россией и проект соглашения между НАТО и Россией, а затем сразу же обнародовало их, что едва ли свидетельствует о серьезном намерении вести переговоры. Официальные лица США и НАТО ответили на это в ходе январских встреч со своими российскими коллегами, а затем и в письменной форме.
Вашингтон и НАТО отвергли требования Кремля о том, чтобы НАТО отказалась от дальнейшего расширения и вывода войск с территории союзников, вступивших в альянс после 1997 года. меры по сокращению и укреплению доверия, которые могли бы внести реальный вклад в европейскую безопасность, в том числе в безопасность России.
Москва ответила, что в ответах затрагивались лишь вопросы второстепенного значения и игнорировались ключевые требования России в отношении НАТО. Как ни странно, в дополнение к требованиям о прекращении дальнейшего расширения и вывода сил российский президент Путин заявил, что Запад проигнорировал его требование относительно наступательных ракет вблизи России. Фактически и Вашингтон, и НАТО заявили о готовности к переговорам по вопросу о ракетах.
Предлагая России дипломатический выход из кризиса, Соединенные Штаты, НАТО и Европейский Союз стремились сдержать военное нападение, указав цену, которую они возьмут на Москву. Эти издержки включают значительно более болезненные санкции, увеличение военной помощи Киеву и усиление присутствия сил НАТО на его восточном фланге.
Вашингтон активно консультировался со своими союзниками по НАТО, Европейским Союзом и Украиной о том, как справиться с кризисом. Запад кажется относительно единодушным в своей реакции на российские предложения и поддержку Украины — возможно, в большей степени, чем ожидал Кремль.
Президент Франции Макрон посетил Москву 7 февраля. После пятичасовой встречи с Путиным он сообщил о договоренности не обострять кризис. Представитель Кремля на следующий день опроверг это утверждение, заявив, что «Москва и Париж не могли заключить никаких сделок. Это просто невозможно… Франция – член НАТО, где лидерство не у нее – лидерство в этом блоке у другой страны. Итак, о каких сделках вы можете говорить?»
10 февраля министр иностранных дел Великобритании Трасс безрезультатно провел холодную встречу с министром иностранных дел России Лавровым. Лавров сыграл в ловушку и резко обошелся с Трассом на их совместном брифинге для прессы.
12 февраля президент Байден разговаривал с Путиным, это был их третий разговор за два месяца. Никаких прорывов не произошло. 15 февраля канцлер Германии Шольц встретится с Путиным в Москве.
Нынешняя ситуация не дает оснований для оптимизма. Москва отрицает какие-либо намерения атаковать, но наращивание российской военной мощи продолжается, и вплотную к Украине подтянулись новые войска и техника. Хотя российские военные возможности могут превосходить украинские вооруженные силы, последние будут сражаться, и украинские граждане также вооружаются для сопротивления. (Помимо санкций, наложенных Западом, основные издержки нападения для России будут нанесены украинскими военными и партизанскими операциями против вторгшихся российских сил, особенно если русские увязнут в трясине.)
До сих пор Москва отвергала попытки Запада вступить в диалог о деэскалации кризиса, настаивая на требованиях, которые, как она знает, не будут выполнены, но не делая предложений, которые могли бы повысить безопасность обеих сторон. Грубое обращение с Макроном и Труссом в Москве не сулит ничего хорошего для дипломатии.
Путин, возможно, еще не принял окончательного решения, а Москва оставила дверь открытой для переговоров. Но трудно избежать вывода, что Кремль все сильнее загоняет себя в угол. Он может начать нападение на Украину, которое мир расценит как акт прямой агрессии, или он может отступить и принять предложения, которые обсуждались неделями. Последнее может оказаться неловким. Могло показаться, что наращивание военной мощи России было разоблаченным блефом. Путин не похож на того, кто хочет, чтобы другие думали, что он блефует.
Если Кремль выберет войну, это станет бедствием для Украины и вполне может оказаться тем же самым для России. Будем надеяться, что Москва придет к выводу, что цена нападения перевесит политические выгоды, на которые она может рассчитывать, и обратится к более реалистичному дипломатическому подходу, каким бы неудобным ни казался такой спуск вниз.