Союзный поворот: Что пишут западные СМИ о сближении и интеграции России и Белоруссии?
Доцент Финансового университета Геворг Мирзаян — о подписании российско-белорусских интеграционных документов и полупризнании Минском Крыма.
Владимир Путин и Александр Лукашенко подписали 28 союзных программ по интеграции России и Белоруссии. Тем самым лидеры сделали важный шаг на пути к реальной (а не бумажной) интеграции двух братских государств. Шаг, который они не могли сделать уже много лет — во многом из-за нежелания белорусского президента делегировать полномочия каким-то наднациональным структурам и лишаться полной власти в своей вотчине. Однако события 2020 года отрезвили белорусское руководство и дали ему понять, что бояться нужно не интеграции с Москвой, а европейских данайцев, которые заигрывали с Лукашенко все эти годы ради того, чтобы приблизить момент смены режима в Минске. И момент этот почти наступил в августе 2020 года, когда во многом — не лишь, а во многом — именно помощь России спасла Белоруссию от "цветной революции", а также экономического кризиса, который, по планам Запада, должен был последовать после неё.
Сами западные страны, конечно, подписание интеграционных документов не оценили. Они пишут чуть ли не о том, что Батьку вынудили подписать эти соглашения. "Лукашенко зависит от российской поддержки по причине усиливающейся изоляции Белоруссии. Изоляции, которая наступила из-за жёсткого преследования оппозиции, независимых СМИ и правозащитных групп во время переизбрания Лукашенко и массовых протестов в прошлом году", — пишет Associated Press. "На волне репрессий Лукашенко сближается с Путиным", — вторит Reuters. "Ему нужны кредиты и военная поддержка", — уверяет "Радио Свобода". Эти тезисы выглядят несколько жалковато. Как попытки проигравшей стороны как-то оправдать себя в своих же собственных глазах.
Впрочем, наиболее проигравшая сторона — белорусская оппозиция, драпанувшая из страны на польско-литовские "бочки варенья и корзины печенья" — уверена в том, что Белоруссия ещё не потеряна. "Это позор! Однако подписание не означает имплементацию", — говорит помощник Светланы Тихановской Франтишек Вечёрко.
Эту фразу можно трактовать двояко. Во-первых, как намерение оппозиции после прихода к власти от подписанных соглашений отказаться. Об этом прямо говорит сама Светлана Тихановская. "Белорусы не знают, что содержатся в согласованных между Москвой и Минском дорожных картах. В 2020 году наш народ не дал позволения Лукашенко что-либо подписывать от лица белорусов. В новой Белоруссии все документы и соглашения, подписанные незаконным режимом, будут пересмотрены", — уверяет она. Однако такой сценарий имеет околонулевые шансы на реализацию — что бы дальше ни произошло с Белоруссией, драпанувшие из неё оппозиционеры у власти не станут.
Второй вариант трактовки — Вечёрко уверен, что Лукашенко не будет соблюдать взятые на себя обязательства. Что он, проще говоря, подписал документы, дабы Путин от него отстал. Теоретически шансы на реализацию такого сценария выше, чем приход оппозиции к власти, однако, с другой стороны, зависимость Белоруссии от России будет лишь усиливаться. И у Москвы есть все возможности для того, чтобы удержать Александра Григорьевича от сего необдуманного шага. А также побудить его сделать другой шаг — признать Крым российским.
"Белорусский авторитарный деятель несколько обиделся, что Путин не пригласил его вместе поехать в Крым. Со своей стороны, Путин, похоже, не особо доволен ситуацией на границе с Белоруссией", — пишут литовские журналисты.
Весьма странное заявление. Путину неинтересно, что происходит на границе между Белоруссией и той же Литвой, если это не угрожает безопасности РФ. Поскольку беженцы из ближневосточных стран бегут в западном направлении, безопасности России это не угрожает. А что касается обиды Лукашенко, то её не было и в помине. Да, Батька попенял Путину: мол, в Крым "уехал и меня не пригласил". Однако это не какие-то претензии, а чётко выверенная формулировка, обозначающая полупризнание Крыма российским.
Дело в том, что у Москвы и Минска есть серьёзные разногласия по статусу полуострова. Россия считает, что Белоруссия должна официально признать Крым российским. Этого требует логика интеграции (нельзя полноценно интегрироваться с государством, если ты не признаёшь один его регион). Этого требует внешнеполитическая логика (признание Крыма лишит Лукашенко возможности заигрывать с Западом, а также с украинским режимом, который угрожает обеим нашим странам, но против которого при этом почему-то бьётся лишь Москва). Этого, наконец, требует внутриполитическая логика — после истории с захватом в заложники тридцати с лишним россиян в прошлом году рейтинг Лукашенко в России рухнул, теперь белорусскому президенту нужно его как-то поднимать, если он вновь хочет заручиться симпатиями граждан РФ. Симпатиями, которые он всегда умело конвертировал в экономические выгоды на переговорах с Москвой.
Да, белорусские чиновники говорят, что проблемы нет. "И де-факто, и де-юре Крым давно был признан российским белорусской стороной, — говорит председатель Постоянной комиссии по международным делам Палаты представителей Белоруссии Андрей Савиных. — Единственное, чего не было, — какого-то политического заявления, чтобы формализовать это, скажем так, для российского медийного пространства… Заявление президента было, что это политическая реальность. Сегодня это недвусмысленно было объявлено. И для нас Крым, скажем так, и месяц назад был неотъемлемой частью Российской Федерации". Однако — при всём уважении к господину Савиных — в Минске все решения принимает и озвучивает один человек. "В Беларуси парламент не определяет внешнюю политику. Как и у нас, это прерогатива президента", — заявил пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков. И Лукашенко крымское "политическое определение" делать не хочет, поскольку Белоруссия продолжает торговать с Украиной — как своими товарами, так и российскими, которые украинский режим получает через белорусских посредников.
Именно поэтому сейчас нужно сделать всё, чтобы за крымским "а" господина Лукашенко последовало и крымское "б". Дмитрий Песков уже заявил, что Александр Лукашенко приглашение получил давно — теперь должен его принять.
источник
Владимир Путин и Александр Лукашенко подписали 28 союзных программ по интеграции России и Белоруссии. Тем самым лидеры сделали важный шаг на пути к реальной (а не бумажной) интеграции двух братских государств. Шаг, который они не могли сделать уже много лет — во многом из-за нежелания белорусского президента делегировать полномочия каким-то наднациональным структурам и лишаться полной власти в своей вотчине. Однако события 2020 года отрезвили белорусское руководство и дали ему понять, что бояться нужно не интеграции с Москвой, а европейских данайцев, которые заигрывали с Лукашенко все эти годы ради того, чтобы приблизить момент смены режима в Минске. И момент этот почти наступил в августе 2020 года, когда во многом — не лишь, а во многом — именно помощь России спасла Белоруссию от "цветной революции", а также экономического кризиса, который, по планам Запада, должен был последовать после неё.
Сами западные страны, конечно, подписание интеграционных документов не оценили. Они пишут чуть ли не о том, что Батьку вынудили подписать эти соглашения. "Лукашенко зависит от российской поддержки по причине усиливающейся изоляции Белоруссии. Изоляции, которая наступила из-за жёсткого преследования оппозиции, независимых СМИ и правозащитных групп во время переизбрания Лукашенко и массовых протестов в прошлом году", — пишет Associated Press. "На волне репрессий Лукашенко сближается с Путиным", — вторит Reuters. "Ему нужны кредиты и военная поддержка", — уверяет "Радио Свобода". Эти тезисы выглядят несколько жалковато. Как попытки проигравшей стороны как-то оправдать себя в своих же собственных глазах.
Впрочем, наиболее проигравшая сторона — белорусская оппозиция, драпанувшая из страны на польско-литовские "бочки варенья и корзины печенья" — уверена в том, что Белоруссия ещё не потеряна. "Это позор! Однако подписание не означает имплементацию", — говорит помощник Светланы Тихановской Франтишек Вечёрко.
Эту фразу можно трактовать двояко. Во-первых, как намерение оппозиции после прихода к власти от подписанных соглашений отказаться. Об этом прямо говорит сама Светлана Тихановская. "Белорусы не знают, что содержатся в согласованных между Москвой и Минском дорожных картах. В 2020 году наш народ не дал позволения Лукашенко что-либо подписывать от лица белорусов. В новой Белоруссии все документы и соглашения, подписанные незаконным режимом, будут пересмотрены", — уверяет она. Однако такой сценарий имеет околонулевые шансы на реализацию — что бы дальше ни произошло с Белоруссией, драпанувшие из неё оппозиционеры у власти не станут.
Второй вариант трактовки — Вечёрко уверен, что Лукашенко не будет соблюдать взятые на себя обязательства. Что он, проще говоря, подписал документы, дабы Путин от него отстал. Теоретически шансы на реализацию такого сценария выше, чем приход оппозиции к власти, однако, с другой стороны, зависимость Белоруссии от России будет лишь усиливаться. И у Москвы есть все возможности для того, чтобы удержать Александра Григорьевича от сего необдуманного шага. А также побудить его сделать другой шаг — признать Крым российским.
"Белорусский авторитарный деятель несколько обиделся, что Путин не пригласил его вместе поехать в Крым. Со своей стороны, Путин, похоже, не особо доволен ситуацией на границе с Белоруссией", — пишут литовские журналисты.
Весьма странное заявление. Путину неинтересно, что происходит на границе между Белоруссией и той же Литвой, если это не угрожает безопасности РФ. Поскольку беженцы из ближневосточных стран бегут в западном направлении, безопасности России это не угрожает. А что касается обиды Лукашенко, то её не было и в помине. Да, Батька попенял Путину: мол, в Крым "уехал и меня не пригласил". Однако это не какие-то претензии, а чётко выверенная формулировка, обозначающая полупризнание Крыма российским.
Дело в том, что у Москвы и Минска есть серьёзные разногласия по статусу полуострова. Россия считает, что Белоруссия должна официально признать Крым российским. Этого требует логика интеграции (нельзя полноценно интегрироваться с государством, если ты не признаёшь один его регион). Этого требует внешнеполитическая логика (признание Крыма лишит Лукашенко возможности заигрывать с Западом, а также с украинским режимом, который угрожает обеим нашим странам, но против которого при этом почему-то бьётся лишь Москва). Этого, наконец, требует внутриполитическая логика — после истории с захватом в заложники тридцати с лишним россиян в прошлом году рейтинг Лукашенко в России рухнул, теперь белорусскому президенту нужно его как-то поднимать, если он вновь хочет заручиться симпатиями граждан РФ. Симпатиями, которые он всегда умело конвертировал в экономические выгоды на переговорах с Москвой.
Да, белорусские чиновники говорят, что проблемы нет. "И де-факто, и де-юре Крым давно был признан российским белорусской стороной, — говорит председатель Постоянной комиссии по международным делам Палаты представителей Белоруссии Андрей Савиных. — Единственное, чего не было, — какого-то политического заявления, чтобы формализовать это, скажем так, для российского медийного пространства… Заявление президента было, что это политическая реальность. Сегодня это недвусмысленно было объявлено. И для нас Крым, скажем так, и месяц назад был неотъемлемой частью Российской Федерации". Однако — при всём уважении к господину Савиных — в Минске все решения принимает и озвучивает один человек. "В Беларуси парламент не определяет внешнюю политику. Как и у нас, это прерогатива президента", — заявил пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков. И Лукашенко крымское "политическое определение" делать не хочет, поскольку Белоруссия продолжает торговать с Украиной — как своими товарами, так и российскими, которые украинский режим получает через белорусских посредников.
Именно поэтому сейчас нужно сделать всё, чтобы за крымским "а" господина Лукашенко последовало и крымское "б". Дмитрий Песков уже заявил, что Александр Лукашенко приглашение получил давно — теперь должен его принять.
источник