Осень патриарха по-белорусски

Американский президент Байден все-таки встретился в Белом доме с лидером белорусской оппозиции Светланой Тихановской, хотя мало кто ожидал этого. Что означает данная встреча? США не оставляют действующему президенту Александру Лукашенко никаких надежд на многовекторность. По сути Запад признал Тихановскую единственным белорусским представителем, с которым они будут иметь дело. Окончательно ли переведен Лукашенко в разряд нерукопожатных для Запада?

Руководитель Центра российско-американских отношений Институт США и Канады РАН Павел Подлесный считает, что Байдену даже не обязательно было бы самому встречаться с Тихановской:

— Есть еще вице-президент Камалла Харрис, госсекретарь Энтони Блинкен, помощник государственного секретаря по делам Европы и Евразии Виктория Нуланд, но он решил сам принять. Это показывает, что интереса к Белоруссии они не теряют, продолжая работать с оппозицией. Правда, в Европе она уже всем поднадоела. Раньше ее на таком уровне не принимали. Байден, во-первых, решил продемонстрировать свою демократичность и, во-вторых, то, что на постсоветском пространстве они будут нам мешать.

«СП»: — Встреча могла продолжаться минуту. Важен факт.

— Это напоминает времена Ельцина. Когда Борис Николаевич в первый раз приехал в Америку, президент Буш принимать его не хотел. Принял генерал Скоукрофт, а Буш заглянул на несколько минут в его кабинет. Нынешний президент никуда не заглядывал, а просто пару минут со Светланой Георгиевной провел. Тем более они же на высоком уровне проигнорировали «Крымскую платформу», которую собирает Украина, туда приедет только министр транспорта США, открытый гей — такой щелчок по носу Зеленскому.

Реально они пока сделать Лукашенко ничего не могут, Россия ясно дала понять, что она этого не допустит, поэтому важна символика. Будут потихоньку подгаживать, на этом и строится их политика…

Политолог Андрей Суздальцев считает, что встреча с американским президентом — это единственный большой успех самой Тихановской за год после выборов:

— В оппозиции считают, что она получила более шестидесяти процентов голосов избирателей, Лукашенко, больше двадцати пяти процентов, но все это время, работая в штабе в Вильнюсе, Тихановская не проявила себя в должной мере. Сопротивление в самой Белоруссии, десятки тысяч людей, оказались ею брошены. Некоторые сидят. Получился разрыв: есть оппозиция за рубежом и сопротивление внутри республики. За это время Тихановская предлагала и ультиматум, и всеобщую забастовку, и ждала переговоров с Лукашенко о транзите власти. Но ничего из этого у нее не получилось.

Визит Тихановской в США был долгим. Он в немалой степени связан с главными проблемами — финансированием ее штаба и политической поддержкой. В Америке высадился целый десант, поднята вся белорусская эмиграция. В результате Государственный департамент США выделил на финансирование белорусской оппозиции 30 миллионов долларов.

С деньгами в Вильнюсе плохо. Побывав в Нью-Йорке, Вашингтоне и даже в Калифорнии, белорусские оппозиционеры поняли, что невозможно как-то ускорить этот американский бюрократический механизм без поддержки самого президента. Встреча стала необходима. Оказали сильное давление люди из Госдепартамента. Не исключено, что поучаствовали главы государств Польши и Литвы, иначе им пришлось бы финансировать штаб Тихановской из своих средств. А он разросся. У белорусской оппозиции много претензий на поддержку, а средства получать сложно, в Восточной Европе тоже есть своя бюрократия.

В итоге, чтобы подкрепить эти претензии, пришлось организовать встречу с Байденом. Тихановская пошла на некоторые действия, которые призваны продемонстрировать, что она четко, на 100% выбрала западный вектор: она попросила увеличения санкций против Лукашенко. Лидер оппозиции с одной стороны заявила, что готова встречаться с Путиным, а с другой стороны потребовала от США усилить давление на Россию из-за поддержки Лукашенко. Это последнее обрезало у нее даже теоретические возможности контакта с Москвой.

Зато она однозначно стала «своей» на Западе, и — состоялась встреча на высшем уровне. Но Госдепартамент и Белый дом официально ее… не встречали. Ее заводили «с заднего крыльца», а разговор шел больше о «солидарности», о «политзаключенных», а там их насчитывают около пятисот, настоящий «ГУЛАГ», учитывая небольшие размеры белорусского государства. Возможно, говорили еще о символических санкциях, но — не более того.

Тем не менее для Тихановской — это определенный успех, она легитимизировалась в западном формате. После того, как с ней встретился президент США, в столицах Евросоюза ее статус поднялся. И в белорусской оппозиции тоже. Ведь уже давно, лет 15−16 назад, со встречи тогдашних лидеров белорусской оппозиции в Белом доме, больше ничего такого не происходило. Благодаря этому успеху деньги она получит.

Но средства так и останутся вне Белоруссии. Внутри страны оппозиции придется жить и действовать за свой счет. Раскол в стане противников Лукашенко по-прежнему ощущается: оппозиция за границей сама по себе, те, кто внутри, сами по себе.

Однако надо отдать должное американской стороне — все-таки, как не приуменьшали значение встречи Байдена с Путиным 16 июня в Женеве. То, насколько аккуратно подошли американцы к этой теме, показывает, что Вашингтон понимает: главную ответственность за ситуацию в республике Беларусь несет Москва. Байден не стремился переходить границы. Он говорил только о солидарности, а не о каких-то геополитических сдвигах. Все было сделано максимально осторожно.

Надо еще учитывать, что Европе Белоруссия как таковая не нужна. Республика обходится России от пяти до шести миллиардов долларов в год. А в Европе полтора-два миллиарда из Международного валютного фонда Украине выделяют со страшными скандалами и истериками. На Белоруссию у Европы денег нет. Понятно, что страна не самодостаточная, может жить только за счет кого-то.

Поддержав гуманитарно, продемонстрировав солидарность, Запад никаких конкретных шагов по свержению Лукашенко делать не будет.

«СП»: — Что даст этот визит России? Наверное, это даже неплохо: чем больше Александра Григорьевича загоняют в угол, тем меньше у него вариантов остается, с кем дружить.

— Для него это очень тяжелый вопрос. Лукашенко всегда пытался быть нужным и Западу, и России. Причем финансировала этот процесс только Россия. Инструмент против России, который сама Россия и оплачивала. У нас, конечно, имеются некоторые иллюзии: Лукашенко ослаб и упадет к нам. Но Лукашенко явно рвется на Запад. Миграционный кризис — это попытка заставить сесть с ним за стол переговоров. Так он получит точку опоры, опять балансируя с Москвой, шантажируя, требуя денег. Сейчас у него такой точки опоры нет, он просто тянет время.

За год после провальных выборов Лукашенко не сделал ни шага в сторону Москвы. Переброска белорусского экспорта в российские порты идет не шатко не валко — до сих пор идут поставки через балтийские порты. И Крым Белоруссия не признала.

Он остается в готовности к диалогу с Западом. Этот диалог нужен ему не для каких-то решений. Сам факт диалога позволит обрести почву под ногами, вступить в торг с Москвой, требуя от нее предоплат. Так он делал все эти двадцать с лишним лет. Аванс сейчас, а интеграция — потом.

Но встреча Тихановской с Байденом для Лукашенко неприятна. Он даже признавать факт встречи не хотел. Для него это серьезная тема, потому что затем последует разговор с Москвой.

Что нас не должно устраивать во всей этой истории: Россия оказывается в роли пассивной стороны. Мы пытаемся интегрироваться со страной, которая этого не хочет. Мы тянем время и этим ослабляем свои позиции. Мы готовим почву для событий, как на Украине в 2014 году. Мы не работаем с оппонентами режима, не работаем с самим режимом, в котором тоже есть люди, которые несколько по-другому видят ситуацию.

Нам в ответ — новая конституция Белоруси, которая пока еще не утверждена президентом Лукашенко, но уже расползлась по интернету. Конституция является по сути монархической. Там глава государства не президент, а председатель Белорусского народного собрания. Это не сменяемая должность, навечно. Он может отправлять президента в отставку, отменять результаты выборов. Это даже не конституционная, а реальная монархия с президентом в роли завхоза. Мы на это спокойно смотрим и теряем Беларусь, в которую было вложено много средств. Напоминаю, что общая сумма издержек, дотаций составила 137 миллиардов долларов. Мы создали это государство, и нам придется его отдавать.

Нельзя относиться пассивно, когда наши противники — пытаются прибрать к рукам это наследство Советского Союза, в которое было вложено столько средств современной России.