Повторение 1917-го и 1991-го? Почему мы проигрываем в информационных войнах

Да, вся страна не вышла на улицы за «дважды отравленного» авантюриста и, как теперь стало окончательно ясно, агента на содержании западных разведок, однако тот факт, что у него все-таки есть десятки тысяч убежденных сторонников – сигнал тревожный для власти…

Численность партии большевиков по всей России на конец 1916 — начало 1917 гг. составляла всего 5-10 тыс. человек, из которых около 2 тыс. находились в Петрограде. В их успех не верил даже сам Ленин. «Мы, старики, может быть, не доживем до решающих битв... грядущей революции», — писал он в январе 1917 г. Да и на киевский Майдан тоже вышел отнюдь не весь город, однако это агрессивное и пассионарное меньшинство сумело-таки захватить власть.

И как тут не вспомнить о пропаганде. После краха СССР в 1991 году само это слово произносить у нас стало неприлично. Все государственные ведомства, которые занимались ею в нашей стране, в том числе даже в армии, были распущены. Отменена цензура, а ее запрет прописан в Конституции. Предполагалось, что теперь в мире наступили тишь да гладь и Божья благодать и все народы станут душить друг друга в братских объятиях...

И нас действительно стали душить. Но в объятиях далеко на «братских».

Все западные пропагандистские центры, которые день и ночь вещали на СССР — «Голос Америки», радиостанция «Свобода», «Дойче Велле» и т.д., распущены не были, а наоборот, резко активизировали свою работу.

Создавались и новые, которые стали вполне легально работать в нашей стране. Появились русскоязычные издания западных газет и журналов — «Тайм», «Ньюсуик» и т.д.

Опять переформатирование сознания?

Мало того, на деньги Сороса, американского Госдепа и через всякого рода западные фонды на страну, лишенную в одночасье национальной идеи и информационного прикрытия, обрушился поток информации, направленной на переформатирование сознание россиян. Вся страна оказалась покрытой       густой сетью НКО и информационных ресурсов, которые повели мощную пропаганду западного образа жизни. На станциях метро по всей стране стала бесплатно распространяться газета под таким же названием «Метро», которая является брендом западной мультинациональной корпорации. Редакции национальных телевизионных каналов, российских газет и журналов стали заполнять журналисты, прошедшие стажировку на Западе или уже в российских ВУЗах, где места преподавателей заняли приверженцы либеральных взглядов.

Возникли мощные центры информации, такие как «Эхо Москвы», телеканал «Дождь», вещающий из соседней Латвии, и т.п., которые, по сути, стали штаб-квартирами прозападной пропаганды, направленной на подрыв российской государственности.

А в связи с распространением интернета и появления социальных сетей, когда гаджеты появились в руках чуть ли не у каждого школьника, эта пропаганда приобрела поистине космические масштабы. Когда размеры катастрофы стали уже очевидны, государство спохватилось. Главные телеканалы были выведены из-под контроля Березовского, Гусинского и других олигархов. Их программы новостей взяты под контроль, однако было уже поздно. Значительная часть их аудитории уже ушла в интернет, а молодежь сегодня телевидение вообще не смотрит, черпая информацию из соцсетей.

Получилось, что государство фактически утратило возможность эффективного информационного воздействия на большую часть населения и, прежде всего, на молодежь.

А к чему это может привести — показал пример соседней Белоруссии, где массовые протесты и их координация были спровоцированы и организованы через информационный канал в Польше NEXTA, который финансируется западными спецслужбами.

И власти Лукашенко оказались неспособными ему что-то существенное противопоставить, безнадежно проигрывая оппозиции улицу и делая теперь ставку лишь на силовиков.

Впрочем, ничего нового и необычного в этом нет. Точно такая же ситуация сложилась в России накануне революции 1917 года, хотя тогда не было ни интернета, ни социальных сетей. Однако главный упор тогда революционеры сделали на распространение подстрекательских листовок и на устную пропаганду своих агитаторов, которые тысячами разъезжали по всей стране, ведя пропаганду даже в армии на фронтах.

Активно подрывали устои империи не только революционное подполье, но и вполне легальные многочисленные либеральные издания, где накануне революции высмеивать монархию стало модой. Так поэт-сатирик Саша Черный еще в 1906 году писал:

Дух свободы... К перестройке
Вся страна стремится,
Полицейский в грязной Мойке
Хочет утопиться.
Не топись, охранный воин, —
Воля улыбнется!
Полицейский! будь покоен —
Старый гнет вернется...

А заграница, конечно, не дремала

Мощное информационное давление на Россию началось еще в 1820-е годы после окончания наполеоновских войн. Британцы решили, что теперь именно наша страна — их главный противник на континенте. Тогда и был запущен очень коварный информационный пропагандистский проект — русофобия, т.е. неприятие России и русских.

Тот же Карл Маркс писал, что Россия — это варварская реакционная страна. Так была подготовлена почва для Крымской войны, которую Россия проиграла. После нее информационная война продолжилась с прежней силой. Россию представляли как страну недемократическую, самодержавную, отсталую.

В 1884-м году на Берлинской конференции была принята резолюция о том, что страны, которые обладают крупными природными ресурсами, но сами не могут их использовать, должны открыться миру. А если нет, то их нужно открыть силой.

Формально было сказано, что речь идёт об Африке, но, по сути, речь шла фактически о России. Правда, тогда на престоле был решительный император Александр III, который на наглые домогательства Запада спокойно отвечал: «Когда русский царь удит рыбу, Европа может и подождать!» И при нем не было ни одной войны, никто на Россию напасть не посмел.

Николай II информационную войну и революционерам, и Западу вчистую проиграл. В результате мы получили и войну, и революцию. Размах пропагандистской обработки населения России либеральной прессой и листовками революционеров достиг такого размаха, что даже великие князья вышли в феврале на улицы в рядах демонстрантов с красными бантами. все это обернулось потом позорным Брестским миром, когда от России были отторгнуты огромные территории, а затем и разрушительной Гражданской войной. В Англии и за океаном довольно потирали руки.

Стратегия управляемого хаоса

То же самое повторилось в 1991 году, когда произошла геополитическая катастрофа, и СССР распался. Перестройка — расшатывание советской системы — тоже началась с информационных атак. Сначала — на Сталина, потом — на Ленина, потом — на социализм. Со статеек в «Огоньке» Коротича, в других изданиях, где стали править бал журналисты либеральных взглядов. И, конечно, в результате предательства наверху, где эту идеологическую капитуляцию «крышевал» член Политбюро агент влияния Александр Яковлев. В итоге Россия после поражения в информационной войне с Западом перестала существовать в своих исторических границах. Лишь в 2014 году нам удалось вернуть себе свой Крым.

В самом начале XXI века высокопоставленный американский чиновник, представитель Буша по конфликтам Стивен Манн откровенно признался, что «стратегия управляемого хаоса США по отношению к России была реализована с помощью двух вещей: подталкиванию Советского Союза к демократическим реформам в политической сфере и к созданию рыночной экономики в сфере экономической».

«Сначала говорили: «Больше демократии, больше социализма!» — пишет политолог Андрей Фурсов. — Потом стали говорить, что демократия несовместима с социализмом. Демократия — это признак цивилизованного общества (не говорилось — буржуазного общества, а говорилось — цивилизованного). Иными словами, одна из главных причин проигрыша российскими, а затем и советскими элитами информационной войны — это отсутствие своей картины мира. Если ты получаешь чужую картину мира и смотришь на мир чужими глазами, то начинаешь смотреть на мир в чужих интересах». То же самое происходит и сегодня.

Государственная пропаганда говорит, что Россия — социальное государство. Это прописано в Конституции. Но какое же это социальное государство, если 3% самых богатых россиян владеют почти всеми наличными сбережениями и финансовыми активами в стране.

Согласно исследованиям аналитиков Высшей школы экономики и Института исследований и экспертизы Внешэкономбанка, в 2018 году 3% наиболее обеспеченных граждан принадлежало 89,3% всех финансовых активов в России, 89% всех наличных сбережений, 92% всех срочных вкладов. То есть богатства страны в руках у тех, кто в большинстве своем, вместе со своими семьями уже давно живут на Западе.

«Если элита, которая должна быть главной ударной силой информационной войны, — продолжает Андрей Фурсов, — смотрит на мир чужими глазами, это означает, что она поставлена под поток чужой информации. Это означает, что у неё вышиблено из рук информационное оружие, она информационно безоружна. У неё нет оружия».

Подрывные центры

Вот почему мы до сих пор не наступаем, а оправдываемся. Оправдываемся за Крым, оправдываемся за Донбасс, оправдываемся даже за то, что победили в Великой Отечественной войне. Чем мы ответили Польше, Чехии, странам Прибалтики за уничтожение памятников и могил нашим героям войны? Понятно, если дети нашей элиты учатся за границей, а наши олигархи имеют там дворцы и хранят капиталы, то они никогда не будут вести информационную войну против Запада. Вот вам и ответ на вопрос, почему «Газпром» до сих пор финансирует подрывное «Эхо Москвы», которое стало одним из координаторов протестов в поддержку Навального. Вот почему в Екатеринбурге продолжает свою разрушительную деятельность Ельцин-центр, навязывая молодежи искаженный взгляд на историю России, о чем уже писало «Столетие».

Пятая колонна внутри России это не только либеральная оппозиция, это еще и доморощенный олигархический компрадорский капитал, и часть слившегося с ним продажного чиновничества.

Кстати, это не его ли агентура подставила сейчас Путина с якобы его «дворцом в Геленджике»? «Всю эту историю с Навальным в медийном плане действующая власть пока проигрывает, — считает генеральный директор Фонда за энергетическую безопасность Константин Симонов. — Потому что с точки зрения влияния на молодой сегмент власть ничего не разъясняет. Так было и во время реального или нереального разговора Навального с потенциально действующим офицером ФСБ, то же самое касается и, собственно, истории с дворцом, то есть главный аргумент — это все клюква, все фальшивка, а что на самом деле — ничего не объясняется. Соответственно, у протестной молодежи растет нервозность, вот она, умело разгоняемая, выплеснулась на улицы».

Нам объявлена Западом настоящая информационная война. И государство должно нас защитить. Некоторые шаги уже сделаны. Введено понятие «иноагента» для финансируемых из-за границы СМИ, в Конституцию введен приоритет наших законов над международными. Но этого мало.

Подрывные пропагандистские центры, опутавшие всю страну густой сетью, должны, наконец, быть нейтрализованы, а их активисты и кураторы ответить по закону за призывы к мятежу и беспорядкам, а по сути, к развалу России.

Последние же протесты в российских городах, хотя и не были массовыми, все-таки показали, что информационную войну, особенно борьбу за умы молодежи, мы пока проигрываем. Печальные уроки 1917 и 1991 гг. оказались, увы, невыученными...