Елизавета Алексеевна: от кого родила первого ребёнка жена Александра I

Александр I именовался Благословенным. Он провел в начале царствования умеренные либеральные реформы, присоединил многие земли к Империи. На его плечи выпало испытание Отечественной войной 1812 года, после победы, в которой он стал одним из лидеров антифранцузской коалиции и Священного Союза. На фоне всех этих исторических событий и громких побед невольно меркнет фигура его царственной супруги, Елизаветы Алексеевны.
Между тем, эта русская императрица была личностью более, чем выдающейся. Достаточно сказать, что во время венчания на царство она первой из русских цариц не встала перед мужем на колени при возложении монаршего венца, а лишь склонила голову, что было демонстративным нарушением уже сложившейся к тому времени традиции.

Луиза Мария

Женщина это была выдающаяся, развитая интеллектуально, с весьма непростым характером и трудной судьбой. Луиза Мария Августа Баденская, как её звали до принятия православия, родилась в Германии в 1779 году.

Буквально с рождения Луиза Мария удостоилась внимания российского императорского двора, поскольку в том же году и Екатерина II, и Павел написали поздравления родственникам в связи с рождением девочки. К слову сказать, поначалу вообще были сомнения, что Луиза Мария выживет, настолько слабым ребенком она родилась. Впоследствии Карамзин, обращаясь к Елизавете Алексеевне, говорил ей: «Вы сомневались, принять ли жизнь».

В конце октября 1792 года Мария Луиза с сестрой Федерикой под патронажем Румянцева и по повелению Екатерины II прибыли в Петербург на «смотрины». Императрица искала невесту для своего старшего внука, впоследствии императора Александра I.

Юный великий князь, хоть и смущался долгое время, но все же объяснился с Марией Луизой в письменной форме, и в итоге, после приведения Елизаветы Алексеевны в православие, они обвенчались 28 сентября 1793 года. И первые несколько лет этого брака были вполне счастливыми.

Подальше от интриг

Впрочем, уже тогда Елизавета Алексеевна стала всячески охраняться от политики и интриг, царивших при дворе. Тем более, что за ней стал ухаживать один из «временных» фаворитов Екатерины II, Платон Зубов. Понятно, что безуспешно, но это откровенно смущало и молодую великую княгиню, и её мужа, который сделать с этим ничего не мог. И такая ситуация более чем красноречиво говорит о том, от каких нравов и интриг бежала Елизавета Алексеевна.

По сути, единственным человеком, с которым она позволяла себе общаться открыто, был её муж, Александр. В частности, в письме к матери Великая княгиня писала: «Без моего мужа, который сам по себе делает меня счастливой, я должна была умереть тысячью смертей. Счастье моей жизни в его руках, если он перестанет меня любить, то я буду несчастной навсегда. Я перенесу все, все, но только не это».

Романтика, впрочем, быстро закончилась, Александр активно действовал при дворе, тогда как его жена от двора старалась всеми силами отдалиться, а потому наступило и закономерное охлаждение отношений молодых супругов.

Тем более, что внезапно Елизавета Алексеевна попала в немилость. В ноябре 1796 года Екатерина II умерла, императором стал Павел, а его жена, Мария Федоровна, фактически стала при нём этаким «серым кардиналом». И вот в опалу к ней и угодила Елизавета Федоровна.

Чья дочь?

Александр же в это время уже не особенно обращал внимание на жену, меняя придворных фавориток. И в итоге Елизавета Алексеевна сошлась с Аламом Чартыройским, ближайшим другом Александра I. Ещё одним важным моментом было то, что за пять лет брака у Александра и Елизаветы у них так и не появилось детей. Первого ребёнка, дочь Марию, великая княгиня родила 29 мая 1799 года. И есть версия, что настоящим её отцом был именно Чартыройский. Хотя Александр и признал ребёнка, тем не менее, при дворе ходили упорные слухи.

Что интересно, Александр был шокирован этими намеками, он не мог поверить ни в измену жены, ни в недостойное поведение Чартыройского и поехал искать утешения не к многочисленным придворным дам, а именно к жене. Это, кстати, вообще, характерный сюжет их семейной истории: в кого бы ни был влюблён Александр, в самые трудные минуты именно Елизавета Алексеевна оказывала ему всемерную поддержку.

Дочь Мария, в которой только и видела княгиня утешение, умерла через тринадцать месяцев. Смерть дочери на некоторое время сблизила супругов, но уже очень скоро Александр увлекся новой фавориткой, Марией Антоновной Нарышкиной, урожденной полячкой. Она на 15 лет стала фактически «второй женой» Александра. По ряду версий, Нарышкина родила Александру троих дочерей, но все они прожили очень недолго, последняя из них умерла накануне своего 18-летия.

Вторая дочь Елизаветы Алексеевны родилась в ноябре 1806 года, и тоже, скорее всего, не от Александра, а от Алексея Охотникова, умершего то ли от рук наёмных убийц, то ли от туберкулеза, когда великая княгиня находилась на девятом месяце беременности. Александр признал и этого ребёнка, но и девочка прожила всего 18 месяцев.

Опора мужа

Но даже несмотря на такое положение, Елизавета Алексеевна оставалась опорой мужу в трудные минуты. В очередном письме материи она рассказывала: «Как только я чувствую, что ему грозит опасность, я вновь приникаю к нему со всем жаром, на который способно мое сердце».

Кстати, именно она, когда в очередной раз поддерживала мужа во время войны 1812 года, произнесла сакраментальную фразу: «Чем успешнее Наполеон станет продвигаться вперед, тем меньше ему придется рассчитывать на примирение… Каждый сделанный им шаг по безбрежной России приближает его к пропасти. Посмотрим, как ему удастся перенести здешнюю зиму».

Последнее воссоединение царственных супругов произошло в Таганроге, куда императрица поехала по состоянию здоровья, а император чуть раньше готовил все для приезда своей жены. Вплоть до того, что лично вколачивал гвозди в стены курортной резиденции.

Окружение было поражено близостью и теплотой в отношениях супругов того периода. Фактически, Александр и Елизавета все свое свободное время проводили вместе. В ноябре 1825, когда Александр I, подхватив лихорадку в Крыму, умер, Елизавета Алексеевна лично закрыла ему глаза после молитвы над телом. Сама она после этого прожила лишь полгода, скончавшись 4 мая 1826.

Когда перед смертью её спросили о завещании, императрица ответила: «Я не привезла с собою в Россию ничего, и потому ничем распоряжаться не могу». Впрочем, она привезла, в первую очередь, свои характер, ум и самоотверженность, которые помогли Александру I быть достойным, насколько это возможно, правителем, лидером Империи, одним из лидеров Старого Света, победителем Наполеона, и войти в историографию с наименованием Благословенный. А это уже немало.