Варфоломей даст всем: томосы по требованию

Коронавирус на время приостановил атаку слуг нового мирового порядка в монашеских облачениях на каноническое Православие: «ПЦУ» получила свой жирный кусок, остальные застыли в очереди. Однако с восхождением на американский «трон» гиперактивного деда Джозефа Байдена, прямым текстом пообещавшего устроить русским и сербам весёлую жизнь, краплёная карта автокефалий может быть разыграна снова. Кому до Фанара Казалось бы, вся активность вокруг конторы по раздаче томосов под названием Вселенский патриархат, он же Фанар, замерла. Во-первых, пандемия внесла свои коррективы, и Варфоломею-заде с присными стало совсем не до этого. С другой стороны, афера с «ПЦУ» («Православная церковь Украины») не принесла ожидаемых профитов, при этом существенно подмочив авторитет Константинопольского патриарха и поставив православный мир если ли не на грань раскола (каноничность свидомитов признали только подчинённые Варфоломею греческие церкви плюс Александрийский патриархат, который, по сути, тоже можно назвать греческим), то в ситуацию серьёзного размежевания. Дело дошло до того, что даже внутри Кипрской церкви не оказалось единства по этому вопросу. Тем не менее, если вопрос поднимают, значит, кто-то в нём заинтересован. В томосах для так называемых Черногорской православной церкви и Македонской православной церкви — Охридской архиепископии (для удобства будем называть её просто Македонской православной церковью, МПЦ). И та и другая, как и их «коллеги» из «ПЦУ», являются исключительно политическими инструментами. Первая в своё время была официально зарегистрирована как общественная организация в полицейском участке столичной черногорской Подгорицы, вторая была создана, и это не шутка, при прямом участии коммунистического режима социалистической Югославии. Как двигали анафему Православная церковь в Черногории появилась в один год вместе с основанной святителем Саввой Неманичем сербской автокефалией, то есть в 1219 году. Его ученик Илларион возглавил учреждённую на землях нынешней Черногории Зетскую епископию. И вплоть до середины XVIII века черногорские епископы, а затем митрополиты посвящались в сан именно сербскими патриархами, вплоть до того, как турки по наущению греков ликвидировали сербскую патриархию. Когда же после Первой мировой войны, в 1920 году на соборе в Сремских Карловцах было решено сербскую патриархию воссоздать, Черногорская митрополия, равно как и другие епархии воссоединившихся сербских земель, вошла в состав Сербской православной церкви. Добровольно. И никого это не напрягало вплоть до Второй мировой войны, когда премьер-министр учреждённого итальянскими оккупантами черногорского марионеточного правительства Секула Дрлевич не надумал создать Черногорскую православную церковь. Тогда, правда, его поистине сумасшедшую затею не поддержали даже откровенные коллаборационисты. Но то, что не вышло в грозовые годы Второй мировой, вполне себе получилось спустя полвека, в тяжёлый, кровавый и мутный период распада Югославии. В 1993 году на сходе черногорских националистов-сепаратистов в исторической столице этого сербского края, Цетине, было решено создать свою Церковь. Сказано — сделано. И в 1997 году её возглавил довольно занятный фриковатый персонаж по имени Мираш Дедеич. Этот тщедушный, но весьма активный человек «преуспел» везде: из Московской духовной академии, куда его послали учиться от СПЦ, он был изгнан за неуспеваемость, но всё-таки получил духовное образование в Белграде и Риме. Стал женатым попом, но за падкость на слабый пол от него ушла жена, так и не дав развода. Скандал? Скандал, но ушлый священник не растерялся, перебежав из СПЦ в Константинопольский патриархат, где его отправили прямиком в Рим. И всё бы хорошо, но в заморских землях этот «гасконец» непростительно для православного архиерея сблизился с католиками, за что навлёк на себя гнев патриарха Варфоломея. Того самого. И тот запретил Дедеича в служении. Казалось бы, карьера экстравагантного попа была навсегда уничтожена, он с позором вернулся в родные пенаты, но тут его нашли и пригрели под своим крылом адепты местной Церкви. И в 1997 году после смерти лидера предложили ему их возглавить. Но вот беда — Дедеич числился женатым. Но и это оказалось не проблемой: раскольники из неканонического Альтернативного синода Болгарской православной церкви постригли его в монахи, а затем посвятили в епископы Черногорской православной церкви. Старичок Мираш стал цельным «митрополитом Михаилом», что настолько возмутило Константинополь, что тот предал выскочку анафеме. Но того это не смутило, в ответ он назвал Константинопольского патриарха «турецким патриархом». Года два назад, глядючи на Украину, карту Черногорской православной церкви начал разыгрывать диктатор Черногории, бессменно правящий этой территорией с 1991 года, Мило Джуканович. Он начал обхаживать Варфоломея и публично заявлять, что Черногорскому государству нужна своя Черногорская церковь, чтобы раз и навсегда порвать с пагубным влиянием Белграда. Что звучало весьма занятно, если учесть, что Джуканович до этого всегда позиционировал себя как атеиста. Год назад Скупщина Черногории приняла «Закон о свободе вероисповедания», согласно которому если религиозная организация не подтвердит своё право на имущество до 1918 года (год присоединения Черногории к королевству сербской династии Карагеоргиевичей, будущей Югославии), государство может считать это имущество своим. Понятное дело, против кого был направлен этот законопроект: СПЦ возродилась только в 1920 году. При этом распоп «митрополит Михаил» во всех интервью говорил, что хватит уже СПЦ владеть «черногорскими святынями». В ответ страна взорвалась протестными литиями и крестными ходами, над которыми стали реять запрещённые сербские триколоры. В итоге народное возмущение вылилось в то, что на августовских парламентских выборах партия Джукановича впервые за 30 лет потерпела поражение, а пришедшее к власти парламентское большинство и правительство приняли новую редакцию «Закона о свободе вероисповедания» — без дискриминирующих каноническое сербское православие статей. И что, Джуканович с Дедеичем признали поражение? Как бы не так. Первый ушёл в тень и копит силы для контрудара, а второй чуть ли не каждый день делает истеричные заявления о том, что злобные сербы украдут у Черногории всё и снова присоединят к себе. Как атеисты церковь создавали В Северную (Вардарскую) Македонию Православие пришло на населённую преимущественно болгарами территорию достаточно давно, а собственная самоуправляемая Охридская архиепископия появилась в XI веке после победы ромеев (византийцев) над болгарами и упразднения Болгарского патриархата. Чтобы окормлять «инородцев» — болгар, сербов, влахов. И именно из неё спустя два столетия выделилась сербская автокефалия. Впоследствии Охридская архиепископия подчинялась то болгарам, то сербам, а после захвата Балкан турками была упразднена ими, как и сербская Печская патриархия, в середине XVIII века. По итогам Второй Балканской войны Вардарская Македония и вместе с ней Охридская кафедра перешли в состав Сербии, во время Первой мировой войны ненадолго вернулись к Болгарии, но после ушли в Югославию, под каноническую юрисдикцию СПЦ. В ходе Второй мировой войны край был оккупирован болгарскими пособниками Третьего рейха, вместе с ними вернулась туда и БПЦ, но после 1945 года там воцаряются социалистическая Югославия и, соответственно, СПЦ. Последняя — ненадолго. Дабы не допустить «сербского великодержавного шовинизма», а также влияния соседней Болгарии, режим коммунистического Белграда начал эксперимент по созданию отдельной македонской нации. По украинскому образцу. На что работали целые исследовательские институты, придумывая новому народу историю, фольклор, обычаи. И Церковь. Да, это кажется невероятным, но именно коммунистическое атеистическое руководство Югославии инициировало церковный раскол. При его непосредственной поддержке было организовано три церковно-народных собора (в 1945, 1958 и 1966 гг.), потребовавших независимости от СПЦ. В 1959-м официальный Белград признал самоуправляемость МПЦ в каноническом единстве с СПЦ, однако уже в 1967 году МПЦ ушла в окончательный раскол. И только в 2002 году на призыв Сербской православной церкви вернуться в лоно канонической Церкви откликнулся митрополит Велесский и Повардарский Иоанн Врашниковски, который был поставлен главой автономной православной Охридской архиепископии СПЦ. Однако в ответ македонские власти поставили сербское православие вне закона, а против самого владыки семь раз заводили уголовные дела в диапазоне от «разжигания межнациональной розни» до «коррупции» (придирались к пожертвованиям, на которые живёт Церковь). В общей сложности архиепископ Иоанн провёл по тюрьмам три полных года. При этом Скопье отказывается официально регистрировать Охридскую архиепископию СПЦ даже вопреки соответствующему решению ЕСПЧ от 2017 года, обязавшему македонские власти сделать это. И потому верным канонической Церкви приходится совершать таинства и служить на квартирах, в частных домах, в то время как так называемая Македонская православная церковь отобрала у СПЦ даже те монастыри и храмы, что были возведены в сербский период. Там новые владельцы хозяйничают по своему разумению. Так, в храме при монастыре Святого Иоакима Осоговского близ города Крива-Паланка после «реконструкции» были «переименованы» фрески сербских святых: святой царь Уроша стал святым Владимиром Киевским, короли Милутин и Стефан Дечанский — святым Константином Великим и святым Никифором. После того как подмену обнаружили сербские активисты и обратились к светским македонским властям, исторические имена фрескам пришлось вернуть. Но произошедшее — капля в море. Многие древние храмы, доставшиеся раскольникам, банально разрушаются. «Эта халатность является следствием раскола, в котором МПЦ находится на протяжении десятилетий, — прокомментировал ситуацию архиепископ Иоанн Врашниковски. — Заметив проявленную ими небрежность, можно удивиться, как они рассчитывают на автокефалию, не неся ответственности даже за самые главные святыни». Но они действительно рассчитывают. Так, в апреле 2018 года с разницей в один день в гости к Варфоломею наведались президент Украины Пётр Порошенко и президент Македонии Георге Иванов — просить томос. И уже тогда хозяин Фанара сделал говорящее о его планах заявление: «Существование раскола не является аргументом, чтобы лишать весь народ связей с церковной правдой и каноничностью, отрицая нашу ответственность перед Богом и историей, а наоборот, скорее является стимулом для поиска спасительных и объединяющих решений. Когда Мать-Церковь ищет пути спасения наших братьев из Украины и Скопье, она исполняет свой апостольский долг. Наша обязанность и ответственность — привести эти народы обратно к церковной правде и каноническому порядку». Пойдёт ли Байден путём Трампа Насколько мы помним, в итоге «к каноническому порядку» Варфоломею удалось привести только Украину. А Георге Иванова ожидала участь Виктора Януковича… Но в январе прошлого года Фанар посетил майданный премьер уже Северной Македонии (страну переименовали ради компромисса с Грецией и вступления в НАТО) Зоран Заев, передавший Константинопольскому патриарху апелляцию на пересмотр статуса раскольничьей Македонской православной церкви. И встреча, как говорят в таких случаях, прошла «в тёплой и дружественной обстановке». Ну а потом грянул коронавирус, от которого скончался предстоятель канонической СПЦ Ириней, и Сербской православной церкви теперь предстоит избрать нового патриарха. После чего, как полагают македонские издания, Варфоломей всё-таки поднимет вопрос о томосе если не для всех раскольников сербского мира, то конкретно для них уж точно. В свою очередь, в стране победившего томоса на днях прошло примечательное действо: традиционные «Бандеровские чтения». Мы не знаем, что там читал Степан Бандера и умел ли этот маниакальный карлик вообще читать, но, выступая в рамках мероприятия, кандидат политических наук Андрей Ковалёв сказал следующее: «Томос для Украины — это кейс для Черногории и Македонии, скорее всего, — заявил он. — Иными словами, мы, украинцы, и украинские националисты в первую очередь, должны стать солидарными союзниками с черногорцами и македонцами. Если мы поддерживаем черногорцев и македонцев в стремлении приобрести свою национальную автокефальную православную церковь, этим мы ослабляем Москву и аффилированную с ней Сербскую православную церковь, которая открыто для нас является враждебной на этом этапе украинской истории». Можно ли сказать, что эти слова стали обычными благопожеланиями украинского политолога? Нет, конечно. Ведь тот наверняка знает, что ещё в октябре прошлого года предвыборный штаб Джо Байдена в своём заявлении пообещал всецелую поддержку Варфоломею и Фанару. Как «центру мирового православия». И мы прекрасно понимаем, что такие люди, как Байден, не сыплют щедрыми обещаниями зря. Так, тот же Байден в ходе выборной гонки пообещал плотно заняться русским и балканским вопросами. В прошлый раз Варфоломей помог другу Трампу оторвать Украину при помощи томоса для «ПЦУ». И его сменщик не откажется от наработок, действующих в контексте общей американской стратегии натиска на восток. Ведь, помимо русских, остаются ещё сербы, отказывающиеся сдавать Косово, Боснию и Черногорию. И чтобы сделать их посговорчивее, завсегда может понадобиться Варфоломей с пачкой новых томосов. источник