Черногория: Опыт православного политического сопротивления

Попытки прозападного руководства Черногории расколоть Сербское Православие вызвали массовое сопротивление православного народа двух балканских республик

Завершившиеся новогодне-рождественские каникулы стали для двух некогда единых православных славянских республик – Сербии и Черногории – «моментом истины». Сначала улицы черногорских городов, а затем и центр сербской столицы заполнили многотысячные крестные ходы, переходящие в акции протеста. Верующие, возмущённые принятием либерально-западническим большинством черногорской скупщины (парламента) и подписанием прозападным президентом Мило Джукановичем антицерковного дискриминационного законопроекта, вышли на улицы с иконами и хоругвями в руках.

Напомним, принятый и подписанный законопроект, вступивший в силу 8 января 2020 года, призван лишить Сербскую Православную Церковь (единственную каноническую Церковь на территории Черногории) значительной части её имущества, в том числе множества храмов и монастырей. Но и это – лишь верхушка айсберга. На самом деле вся деятельность черногорской политической элиты направлена на разделение православного сербского народа, неотъемлемой частью которого являются черногорцы, сербские горцы, которые, в отличие от сербов равнинных, помимо гор имеют выход к морю, что также не даёт покоя врагам православного славянского единства.

Как в своё время появился русофобский «украинский» проект, так и антисербский «черногорский» призван уничтожить сербское самосознание черногорцев, чьей ключевой скрепой является Православная Церковь, в Черногории представленная несколькими епархиями Церкви Сербской. Крупнейшая из них – Черногорско-Приморская митрополия во главе с митрополитом Амфилохием (Радовичем), живой легендой Сербского Православия, известным православным богословом, прекрасно знающим русский язык и последовательно отстаивающим каноническую правду как в черногорском, так и в украинском церковных вопросах.

Так, несколько лет назад владыка Амфилохий в эксклюзивном интервью телеканалу «Царьград» дал чётко понять, что исторический путь Черногории – это путь, связанный с братской православной Россией:

У Черногории есть свой исторический и вековой путь. Уверен: если она хочет выжить и существовать на земле и в Европе, то она не может изменить свой путь. Когда Святой Пётр Второй Ловченский в возрасте 17 лет спросил у Святого Петра Цетиньского Тайновидца: к кому мне теперь обратиться, что мне делать? Тот ответил: «Верь в Бога и держись России». Это так и по сей день. Перед смертью он сказал: «Да будет проклят и тот, кто бы покусился отвратить вас от верности благочестивой и христолюбивой России, и всякому, кто бы из вас, черногорцев, пошёл против единоплеменной и единоверной нам России. Дай Бог, чтобы у него у живого отпало мясо от костей, и не было бы ему добра в этой жизни и в будущей». Пусть подумают мои братья-черногорцы.

Митрополит Амфилохий. Фото: pravoslavie.ru

Не менее смело митрополит Амфилохий высказывался и по поводу вторжения Константинопольского патриарха Варфоломея на каноническую территорию Русской Православной Церкви на Украине. Владыка неоднократно давал понять, что Фанар не имел никакого права признавать украинских раскольников-националистов православными, участвовать в объединении этих ряженых самозванцев в лжецерковь, именуемую ПЦУ или СЦУ, и вручать этой псевдоправославной структуре «томос об автокефалии»:

Его [патриарха Варфоломея] властолюбие привело к великим бедам на Украине, к разделению, которое является катастрофическим для будущего не только Украины и всех славянских народов, но в то же время и для всего Православия. <…> Константинопольский патриарх не вправе называть себя главой Православной Церкви, как это написано в украинском томосе. У Церкви есть только один глава – это Христос.

Разумеется, в этих условиях западные кураторы современных церковных, а точнее антицерковных расколов (среди которых особенно отличились послы США в православных республиках, в частности, Джеффри Росс Пайетт, бывший посол на Украине, а сегодня – в Греции) активизировали свою деятельность на черногорском направлении.

И если ещё совсем недавно карликовая «Черногорская православная церковь» со стороны казалась лишь малозаметной псевдоправославной сектой, то сегодня становится очевидным, что проект антиканонической автокефализации будет осуществляться по украинскому сценарию и в Черногории.

Подтверждением тому – слова одного из архитекторов ПЦУ, недавнего константинопольского «экзарха» на Украине архиепископа Даниила (Зелинского). Этот человек, в диаконском сане перешедший из греко-католического униатства в Константинопольский патриархат, аккурат год назад в своём интервью Би-би-си недвусмысленно заявил:

Я поддерживаю тезис о том, что у каждого народа, желающего иметь свою православную церковь, должно быть право её учреждать и просить её признания другими православными церквами. В том числе, если речь идёт о Македонии и Черногории.

А это значит, что в условиях, когда на политической карте регулярно возникают новые государственные образования, зачастую весьма далёкие от реального политического суверенитета, Константинопольский патриархат готов дробить любые неугодные ему Православные Поместные Церкви. В первую очередь, конечно, Церкви славянские, тяготеющие к Московскому Патриархату.

Константинопольский патриархат готов дробить любые неугодные ему Православные Поместные Церкви. Фото: Nicolas Economou / Globallookpress    

Наше священноначалие уже неоднократно выражало серьёзную обеспокоенность этим процессом, в июле 2019 года приняв официальное Заявление Священного Синода Русской Православной Церкви о ситуации в Черногории. А в самый канун нового 2020 года эту тему особо прокомментировал Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл:

Мы должны быть солидарны с владыкой Амфилохием. Мы должны осудить захват храмов и любые попытки государственных властей Черногории отнять всю недвижимость у канонической Церкви. А ведь это происходит в сердце Европы – той самой Европы, которая декларировала, как и Соединённые Штаты, принцип отделения Церкви от государства! Стало быть, принцип светского государства легко попирается ради определённых политических целей, в числе которых, несомненно, борьба с Россией.

Предстоятель Русской Церкви неслучайно подчеркнул антирусский характер происходящего за несколько тысяч километров от российской границы. С одной стороны, это демонстрирует значимость религиозного фактора в геополитической борьбе стран и континентов, с другой – наглядно показывает, что для современной постхристианской, а во многом и откровенно антихристианской западной цивилизации единственным серьёзным оппонентом остаётся Россия. Причём именно русская православная Россия.

А потому в качестве объектов для нападения сегодня используются такие наименее защищённые православные твердыни, как каноническая Украинская Церковь и епархии Сербской Церкви в Черногории.

Но и ПЦУ-СЦУ со своими западными кураторами на Украине, и черногорские раскольники просчитались, понадеявшись на политическую пассивность православных христиан. В первом случае массовые всеукраинские крестные ходы июля 2019 года продемонстрировали, что именно каноническая Украинская Православная Церковь остаётся Церковью абсолютного большинства верующих Украины. Во втором – массовые протесты обычно политически малоактивного народа Черногории также показали, что за каноническим Православием – большинство.

Однако, осознавая то, что соборные молитвы являются главным оружием православных христиан, мы не должны забывать, что Церковь не запрещает нам и политическое прямое действие. А в исключительных случаях даже гражданское неповиновение. Так, в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви этому вопросу уделены два отдельных пункта:

Если власть принуждает православных верующих к отступлению от Христа и Его Церкви, а также к греховным, душевредным деяниям, Церковь должна отказать государству в повиновении. Во всем, что касается исключительно земного порядка вещей, православный христианин обязан повиноваться законам, независимо от того, насколько они совершенны или неудачны. Когда же исполнение требования закона угрожает вечному спасению, предполагает акт вероотступничества или совершение иного несомненного греха в отношении Бога и ближнего, христианин призывается к подвигу исповедничества ради правды Божией и спасения своей души для вечной жизни. Он должен открыто выступать законным образом против безусловного нарушения обществом или государством установлений и заповедей Божиих, а если такое законное выступление невозможно или неэффективно, занимать позицию гражданского неповиновения.

Акция против закона о свободе вероисповедания в Подгорице. Фото: AP Photo/Risto Bozovic / ТАСС 

Пока ещё сложно спрогнозировать, перерастут ли сегодняшние массовые акции верующих в Черногории в реальное политическое сопротивление режиму Мило Джукановича, который вот уже почти три десятилетия правит этой православной республикой, успев за это время оторвать её от Сербии и затащить в НАТО. Но то, что чаша народного терпения переполнена, уже не просто публицистическая риторика.

Судя по всему, западные кураторы Джукановича уже осознали, что открытая поддержка этого циничного коррупционера, десятилетиями обещавшего западный рай в обмен на отказ от православного единства с братской Сербией, чревата реальной антизападной контрреволюцией. А потому сегодня мир застыл в ожидании: чем закончится черногорский опыт православного политического сопротивления?

Стоит признать: мы, православные консерваторы, не обучены технологиям Джина Шарпа и других идеологов и творцов «цветных революций». Но именно Черногория сейчас может стать наглядным примером, отвечающим на вопрос, способны ли верующие отстоять свои права политическими методами. Примером, в том числе и для православных христиан Юго-Западной Руси, ныне именуемой «Украиной».