«Собери кипу бумаг и получи отказ». Почему дачную амнистию снова продлили?

Чиновники препятствуют

«Дачная амнистия», подразумевающая упрощённую регистрацию прав на имущество в садовых товариществах, должна была закончиться в марте этого года, но Госдума России продлила её ещё на пять лет - до 2026 года. Однако действующих послаблений, как считают в Росреестре, недостаточно.

Ведомство в конце марта опубликовало законопроект, который позволяет регистрировать загородные дома, возведённые до 1998 года, без ответа администраций населённых пунктов на уведомление дачника, на основании простой декларации и, например, квитанций об оплате коммунальных услуг. Кроме того, Росреестр предлагает разрешить наследовать дачи, находившиеся в бессрочном пользовании, а не в собственности.

Как говорится в пояснительной записке, закон снимет «избыточные административные барьеры».

«Нам местные чиновники чинят препятствия, хотя регистрация носит уведомительный характер, - рассказывает председатель садоводческого некоммерческого объединения «Терек» Алла Сланова из Владикавказа. - Я стабильно плачу за воду, свет, газ в дачном доме, но, чтобы перевести его из нежилого в жилой, мне пришлось судиться. В общей сложности, я потратила на это 60 тысяч рублей. В такой ситуации находятся все садоводы: за коммуникации мы платим, но доказать, что живём не на улице, очень сложно. С нас требуют строительную экспертизу, а это немалые деньги. На наше уведомление о переводе строения в жилое власти должны прислать межведомственную комиссию, а она не приезжает. Представители администрации на заседания судов не являются. Декларативный характер регистрации был бы для нас счастьем».

Дом посреди дороги

В самом крупном ставропольском садовом некоммерческом товариществе (СНТ) «Дизель» домов не так уж много, но и пустые участки некоторые хозяева никак не могут узаконить. Из 682 выделенных в советские годы дач 125 не были приватизированы до начала 2000-х годов. Когда их владельцы стали объявляться, администрации начала им отказывать.

«Пишут, например, что земельный участок расположен в зоне отдыха, в лесном массиве или на берегу водоёма, хотя у нас леса нет, а из водоёмов - только Ташла, - говорит председатель СНТ Анатолий Блинников. - Дачник собирает до 80 документов, идёт в администрацию и получает отказ. Если у него желание ещё не отбили, подаёт в суд, нанимает юриста. Судьи требуют постановление о создании лесной зоны. Выясняется, что оно выпущено после того, как людям выделили землю, и суды выносят решения в пользу дачников. Чиновники их не оспаривают, но сколько кругов ада приходится пройти!».

Ещё одна частая причина отказа - кадастровые ошибки. Когда шла первая волна приватизации, инженеры пользовались допотопными методами картографии, допуская ошибки в координатах.

«Одни участки оказались в лесополосе, другие - посреди дороги, третьи наложились друг на друга», - поясняет Анатолий Михайлович.

Есть и такие ситуации, когда на один и тот же номер участка претендует несколько хозяев. По словам председателя, к этому привела спешка, с которой при Борисе Ельцине раздавали в частную собственность землю, чтобы показать миру приверженность ценностям капитализма.

«Я сам был свидетелем, как в школах и на предприятиях спешно заполняли бланки свидетельств на землю, вписывая туда по спискам фамилии с инициалами. А пустые шаблоны со штампами городской администрации до 2015 года гуляли по городу», - вспоминает дачник.

В мэрии говорят, что основная причина отказов в оформлении прав собственности - отсутствие актуального генерального плана СНТ. У Анатолия Блинникова план есть, но его нужно менять из-за кадастровой путаницы, в результате которой на дороги «вылезли» дома, и из-за того, что на старой схеме не были указаны 66 участков за речкой Ташлой. А утвердить новый вариант не получается: власти Ставрополя отказывают в согласовании, потому что эти 66 дач относятся к территории Михайловска.

Кому дают гранты на коммуникации?

В краевом центре работает муниципальная программа «Поддержка ведения садоводства и огородничества на территории Ставрополя». На конкурсной основе товарищества могут получать субсидии на строительство, реконструкцию, ремонт систем водоснабжения и газоснабжения, линий электропередачи и дорог. Бюджетные средства могут составлять до половины стоимости инфраструктурных проектов. Но воспользоваться этой поддержкой могут не все.

Например, «Дизелю» субсидию на дорожные работы не дали, потому что из-за кадастровых ошибок дороги сняты с учёта, а поставить обратно мешает всё та же проблема отсутствия нового генплана.

Товарищество всё делает за собственный счёт. Сейчас оно собирает взносы (примерно по три тысячи рублей в год) с 450 членов. Из этих денег получают зарплату председатель и бухгалтер, оплачиваются налоги за земли общего пользования и модернизируется инфраструктура. СНТ заменило старый водовод, перенесло поближе трансформаторную станцию, чтобы повысить напряжение в сети, выровняло и засыпало щебнем дороги, провело газ.

Во Владикавказе программ поддержки садоводческих товариществ в принципе нет, поэтому там тоже люди строят и ремонтируют коммуникации за свой счёт.

«Власти нам говорят: есть у вас взносы, на них и выкручивайтесь, - говорит Алла Сланова. - Вот недавно трансформатор сгорел - хожу собираю деньги на новый. Люди платить не хотят, многие считают, что им бесплатно всё должны сделать, а у меня никаких способов воздействия на них нет».

С генпланом у «Терека» тоже возникли проблемы: прежние карты устарели, так как на них были нарисованы несуществующие школы, детские сады и площадки, а чтобы создать новый вариант, нужны большие средства.

«Чтобы отмежевать один участок, нужно, как минимум, четыре тысячи рублей, а у меня 800 членов объединения. Они платят взносы от 800 до 1300 рублей в год в зависимости от площади. Разве нам по силам траты на генплан?» - возмущается Алла Константиновна.

«Люди тянутся к земле»

Заброшенных участков во Владикавказе немного. Половина хозяев и раньше жили в дачных домах постоянно. А с прошлого года из-за пандемии таких стало ещё больше.

«Люди тянутся к земле и свежему воздуху, - объясняет Алла Сланова. - Я сама жила в многоэтажке и мечтала о своём кусочке земли. Посадила и с удовольствием смотрю, как всё растёт. Собрала урожай - зиму прожила. Естественно, нужно вкладывать средства и работать, но нельзя же всем жить по принципу «купи-продай».

«Народ на дачах активизировался из-за коронавируса, - подтверждает Анатолий Блинников. - Перед началом прошлого года у меня было 10 доверенностей от людей, которые отказались от своих участков, и всем нашлись новые хозяева».

Комментарий

Председатель карачаево-черкесского отделения Союза садоводов России Тамерлан Байчоров:

«В конце марта этого года вступил в силу новый закон, по которому СНТ получили право заказывать комплексные кадастровые работы для исправления инженерных ошибок. Это проблема, которая в моём товариществе не решалась годами, потому что невозможно было собрать всех собственников вместе. Теперь обратиться в Росреестр может одно уполномоченное лицо, инженер выедет на место и исправит сразу все ошибки. Это не только сведёт к минимуму земельные споры, но и существенно сократит наши расходы. Если межевание одного участка стоит 5-10 тысяч рублей, то при комплексной работе мы заплатим 1200 рублей за участок.

Председатели СНТ получили право обращаться в органы исполнительной власти за разрешением перераспределить заброшенные участки. Они несут угрозу, поскольку на них может загореться трава или завестись вредители. Решением общего собрания мы можем обратить эту землю в общедолевую собственность.

Ещё одно нововведение, появившееся благодаря пандемии, - голосование по интернету. Многие решения мы не могли принимать, так как трудно было собрать кворум. Теперь мы можем голосовать на сайте товарищества.

К сожалению, КЧР нет программы поддержки дачников. Есть субсидии на закладку интенсивных садов, которые могут получать кооперативы владельцев личных подсобных хозяйств. Я ещё два года назад предложил распространить эту меру поддержки и на дачников, но минсельхоз КЧР мне не ответил.

Затруднений с оформлением участков и домов у нас нет, потому что все знают, где чья земля, но регистрируют право собственности только в случае продажи. А вот в окрестностях Черкесска такие проблемы у дачников были».

Точка зрения

Председатель Ингушского отделения Союза садоводов России Иса Точиев:

«У нас в республике нет садовых или огородных товариществ, хотя жители многоквартирных домов хотели бы работать на земле. Мы просили предыдущего главу республики Юнус-Бека Евкурова выделить участки, но свободных территорий в Ингушетии не нашлось. Есть земля в горах, но кто же туда поедет?

На федеральном уровне сейчас принимается много законов для развития садоводства и огородничества, местные администрации получили право помогать СНТ проводить воду, электричество. Но мы всеми этими благами воспользоваться не можем».

Мнение эксперта

Глава садового товарищества в ЧР Висради Анасов:

«В Чечне из-за военных событий мы только сейчас приватизируем старые дачи по новым распоряжениям мэрии, поскольку документы почти ни у кого не сохранились. Иногда права на участки восстанавливают через суд. Хозяева зачастую живут в других регионах или за границей. Членские взносы собрать с них практически невозможно, не говоря уже о целевых взносах на коммуникации.

Тем не менее мы уже многое сделали. Очистили дачи от мусора. Дорогу проложили, оплатив пока только половину её стоимости. Электричество провели, хотя ещё и на 10% за это не расплатились. Хотим ещё воду и газ провести».