Чтение вслух не должно заканчиваться никогда

Почему Ивановы и Петровы пишут под псевдонимами, расскажет писатель из Московской области, обладатель престижных премий Оксана Михайловна Неверова.

— Оксана, здравствуйте! Какое у вас образование, кем работали?


— Окончила Костромской государственный университет по двум специальностям: «экономика» и «педагогика». По профессии я учитель английского языка. Впоследствии защитила магистерскую диссертацию по специальности «социальная психология», довольно серьёзно занималась проблемами совладания со стрессом. Дольше всего, 13 лет, работала главным редактором одной из муниципальных газет.


— Почему решили стать писателем?


— Сначала я пробовала заниматься художественным переводом, мне нравилось работать с текстом. Нравилось переводить, писать статьи, особенно о людях. Постепенно я поняла, что могу не просто обрабатывать существующую реальность, но и создавать новую. Придумывать героев, проживать вместе с ними другую жизнь.


Я хотела написать именно детскую книгу. Не выбирала этого специально, просто представляла, как мою книгу читает сын. Всё сбылось. Сын вырос, но мои книги читать не перестал. Сейчас он мой бета-ридер (тот, кто по просьбе автора читает текст перед его передачей для публикации), законченную рукопись я отдаю в первую очередь ему.


— Сколько книг у вас вышло? Какими достижениями вы гордитесь?


— Не думаю, что правильно считать книги количеством. «Анна Каренина» — книга. И «Цыплёнок» Чуковского — тоже книга. Обе прекрасные, но несравнимые по объёму. Но если в цифрах, у меня больше двадцати пяти публикаций в издательстве АСТ.


А горжусь я, как ни странно, не премиальными книгами, а проектами, которые стали для меня личным вызовом. Подростковая фантастика «Без мозгов», например. Я написала упражнение-зарисовку, а сын нашёл черновик и явился ко мне с требованием: «Расскажи, чем закончилось!» Ладно, думаю, напишу быстренько рассказ. Но история не вместилась в рассказ. Решилась на новеллу. И её не хватило. Так и получилась целая книга.


Или «Майнкрафт. Приключения с погружением». Сначала мне казалось, что ни к чему использовать тему игры. Но прежде всего это история о старших школьниках со всеми проблемами их жизни. Хоть в «Майнкрафте», хоть на подводной лодке, со своими чувствами, убеждениями и заблуждениями придётся что-то делать. В итоге меня так захватили приключения старшеклассников в игре, что я с грустью завершила книгу, не хотела расставаться с героями.


— Почему фамилия Иванова на обложках книг сменилась на Неверову?


— Неверова — моя девичья фамилия, папина. Она мне понятна, близка и даёт силы. Я всегда хотела писать именно под ней. Но так уж вышло, что первая книга «Играют все!» была издана под Ивановой и… получила премию «Рукопись года».


А что такое для писателя первая книга? Праздник. Да ещё премия! Как после такого фамилию сменить? Пока я сомневалась, вышли «Приключения дракона и кота» и… получили ещё более престижную премию «Большая сказка».


Так я почти отказалась от себя Неверовой. Если бы не частота фамилии Иванова. В детской литературе уже есть Оксана Иванова, иллюстратор и писатель. Когда мне стали приносить на подпись её книжки-картонки для малышей, я сломалась. Дети просили родителей, тратили деньги, а я не могу это подписать… Нет, так не должно быть.


И я начала всё сначала. Неверову не знают как обладательницу премий. И вообще пока мало знают как автора. Но я не унываю.


— Забавный случай из писательской жизни.


— Когда мне было двенадцать, меня наградили путевкой во Всероссийский детский центр «Орленок». С тех пор я всю жизнь мечтала попасть туда снова. Даже участвовала в конкурсе от «Пионерской правды» — «Шедевры Русского музея». Перелопатила всю поселковую библиотеку, вышла в финал, получила пожизненный бесплатный пропуск в Русский музей, но… Главный приз — путёвку в «Орлёнок» — не выиграла.


Поступила в институт. Чудесным совпадением он сотрудничал с «Орлёнком», куда отправляли лучших вожатых. Но… я не поехала. Работать надо было несколько смен подряд, захватывая май и начало учебного года, а пропускать занятия по иностранному языку я не могла.


И вот мне сорок два. Я писатель. Вдруг звонок: «Хотите съездить в лагерь у моря на встречу с детьми?» Так, тридцать лет спустя, осуществилась моя детская мечта. Я снова постояла в орлятском кругу как своя.


— Вы с детства любите читать? Кто вам привил любовь к чтению? Любимые произведения.


— Мама много читала нам с братом вслух, так что мы росли читающими детьми. Астрид Линдгрен или Крапивина могли цитировать кусками, прямо переговариваясь текстом. А любимые книги я всякий раз называю разные. Давайте сегодня это будут Юрий Томин «Витька-Мураш, победитель всех» и Юрий Ермолаев «Дом отважных трусишек». И добавим, пожалуй, рассказы Радия Погодина. Всё это очень на меня повлияло как на писателя.


— Что читали сыну? Что он сам читает?


— Сыну читала всё. Абсолютно. Мы прочитали вслух всю Роулинг, Толкина, немало Диккенса, Чехова, Пушкина, Достоевского. Да-да, «Преступление и наказание» было прочитано уютными семейными вечерами задолго до школьной программы. А бабушка, вы не поверите, прочла ему вслух «Войну и мир». И мне в своё время тоже.


Мне кажется, чтение вслух не должно заканчиваться никогда. Это самый простой и самый прекрасный способ объединить семью.


Сыну двадцать, но мы по-прежнему зачитываем друг другу понравившиеся места из книг. Когда собираемся вместе с близкими, с удовольствием читаем вслух рассказы, обсуждаем то, что прочитали, пока не виделись. Благодаря сыну я прочла многое из того, что упустила в детстве. «Князя Серебряного», например, читала специально по его просьбе.


— Хобби, увлечения.


— Йога, лыжи. В детстве мама отвела меня на гимнастику и балет, а лыжные гонки как-то не приветствовала — «лошадиный спорт». Но подружка влюбилась в мальчика-лыжника и притащила меня за компанию в кружок. Она почти сразу бросила, а я, так уж вышло, до сих пор не схожу с дистанции.


Йогу люблю за пребывание в моменте. Когда занимаюсь, голова полностью отключается от посторонних мыслей, всё внимание направлено в тело. Пока я забочусь о правильности позы, мозг в свободном от меня режиме решает важные задачи сам. К концу занятия я вдруг запросто могу получить готовое решение какой-нибудь писательской сложности.


— Кем хотели стать в детстве?


— Космонавтом, конечно. Даже вестибулярный аппарат укрепляла. А потом хотела стать Суок из «Трёх толстяков». Мама сшила мне розовое платье на праздник в балетной школе, и пуанты у меня тоже были розовые. Так что я отлично вживалась в образ девочки-куклы. У нас была книга Олеши с иллюстрациями Горяева, я её обожала.


— Что для вас самое трудное в писательстве?


— Ритм, режим, преданность. С книгой, как с ребёнком: мы не можем отложить свою заботу до завтра, она нужна сегодня, сейчас. Независимо от настроения и физического состояния.


— Любимое блюдо.


— Пицца, макароны. Первое, что приходит на ум, когда я голодная. Мне без разницы, паста это или разжаренные витушки. В магазине могу зависнуть возле макарон, представлять, как сварю их и съем. Ещё люблю мамины пироги, вкуснее пока не пробовала.


— Сколько часов в день вы пишете книги?


— По-разному. С «Осторожно, котиком!» меня накрыло так, что я из-за стола выходила только поспать. Хорошо, что сын гостил у бабушки, потому что я немного в параллельной реальности пребывала. Готовил муж, он понимающий.


«Играют все!» писала в отпуске, иначе бы не успела. Уехала на море, вставала в пять утра — за окном как раз собирались риэлторы. Заваривала кофе, садилась за работу, писала до десяти, завтракала, плавала, обедала, снова садилась за работу. В шесть — вечерняя прогулка, перед сном — час чтения, в девять отбой, в пять подъём.


Как бы ни было, если начала писать, работаю каждый день. Чаще всего измеряю не часами, а написанным объёмом текста. Но только погрузившись в процесс, могу определить этот объём. В «Страшно трусливой истории» не способна была писать больше двух тысяч знаков в день. В текстовом редакторе есть функция подсчёта знаков. Две тысячи — это не очень много, но у меня забирало все силы. Тут, главное, не обманывать себя, — выкладываться.


— У писателя есть отпуск и выходные?


— Выходные — самое рабочее время. Особенно, если писатель — женщина. Заметили интересное? Если в семье пишет мужчина, женщина всегда обеспечит ему рабочий комфорт: приготовит поесть, займёт детей, чтобы не шумели. У меня очень поддерживающая семья, но заботы мамы и хозяйки никто не отменял. В выходные муж может взять на себя значительную часть бытовых хлопот, а я — наиболее плодотворно поработать.


Если я уже в книге, то работаю и в поездке. В дороге, в отеле. Семья плавает в бассейне, я сижу в кофейне с ноутбуком. Выполнила норму — пошла плавать. Книгу я не прерываю ни в коем случае. А вот между книгами, конечно, отдыхаю. Творческий колодец должен наполняться, нельзя его бесконечно вычерпывать.


— Что пожелаете начинающим писателям?


— Слушать себя, не бояться критики. Она будет, и больно тоже будет. Но это не повод отказываться от того, во что мы душу вкладываем. Не сдаваться. В самые тёмные времена — держаться, вопреки неверию в себя. И дописывать. Дописывать, чего бы это ни стоило.


— Писательские планы и мечты.


— Больше всего я боюсь разучиться придумывать. Поэтому мечтаю только об одном: продолжать всегда.