«К пользе общего житья»: как создавался Московский университет
25 января 1755 года Татьянин день стал в России студенческим праздником. В Москве «для Отечества славы» открылся университет. Как это было, вспоминали «Известия».
Первые попытки
Первым светским высшим учебным заведением в России стала московская Славяно-греко-латинская академия, открытая в 1678 году по инициативе Симеона Полоцкого, выдающегося просветителя XVII века. Потом настало время петровских реформ. Одним из последних замыслов великого императора стала Академия наук, которая должна была заниматься не только исследованиями, но и распространением просвещения.
Указом Петра Великого в январе 1724 года в Петербурге была основана не только Академия наук, но и университет, а также академическая гимназия. С января 1726 года там началось обучение по трем «классам» — математика, физика и «гуманиоры». В 1758–1765 годы ректором Академического университета был Михаил Ломоносов. Стараниями великого просветителя не только улучшился быт студентов, но и начались в академических стенах занятия по русскому языку и отечественной истории. И все-таки Ломоносов считал, что настоящий университет, который станет всероссийским центром науки и образования, нужно открывать в Москве, в историческом центре России, подальше от придворной бюрократии.
Первопрестольная в те времена была значительно доступнее для жителей большинства российских губерний — туда просто легче было приехать. К доводам Ломоносова прислушался его меценат и друг Иван Иванович Шувалов — фаворит императрицы, а главное — влиятельный, бескорыстный и просвещенный человек. Вместе они создали весьма содержательный «Проект об учреждении Московского университета». И Ломоносов, и Шувалов хорошо знали европейскую университетскую традицию, прежде всего немецкую. Но не подражали чужим замыслам, создавая нечто новое и небывалое.
Проект Ломоносова и Шувалова
Их концепция университета была оригинальной и досконально продуманной. Ломоносов и Шувалов доказывали, что «наука везде нужна и полезна, и как способом той просвещенные народы превознесены и прославлены над живущими во тьме неведения людьми, в чем свидетельство видимое нашего века от Бога дарованного, к благополучию нашей империи родителя нашего государя императора Петра Великого доказывает, который божественным своим предприятием исполнение имел через науки, безсмертная его слава оставила в вечныя времена, разум превосходящия дела, в толь краткое время перемена нравов и обычаев и невежеств, долгим временем утвержденных, строение градов и крепостей, учреждение армии, заведение флота, исправление необитаемых земель, установление водяных путей, всё к пользе общего житья человеческого».
На императрицу этот проект произвел сильное впечатление: она стремилась продолжать просветительскую политику отца. В словах Шувалова и Ломоносова она увидела петровский размах и собственноручно подписала их проект. 25 января 1755 года, в День святой Татианы по православному календарю, Елизавета Петровна подписала указ об основании Московского университета. В конце весны 1755 года в университетских аудиториях приступили к занятиям первые 100 студентов. Среди профессоров Московского университета, которые занимались со студентами в том году, выделялись ученики Ломоносова — математик Антон Алексеевич Барсов и преподаватель философии и элоквенции (красноречия) Николай Никитич Поповский.
Для университета отвели здание на Красной площади, на месте нынешнего Исторического музея. Там располагалась первая московская аптека. Указ гласил: «Имеющиеся в аптекарском доме ветхости осмотреть и что где исправить и вновь сделать надлежит, учиня опись, план и смету, прислать в Правительствующий Сенат немедленно». Перестройкой старых корпусов под университетские нужды занимался архитектор Дмитрий Ухтомский — знаменитый строитель колокольни Троице-Сергиевой лавры. Получилось уютно, хотя, учитывая библиотеку и лаборатории, помещений не хватало.
«Тот студент почтеннее, кто больше научился»
В университете открыли три факультета: философский, юридический и медицинский. Сначала все студенты начинали учиться на философском факультете, где получали фундаментальную подготовку и по естественным, и по гуманитарным наукам. Образование можно было продолжить, специализируясь на юридическом, медицинском или на том же философском факультете. В отличие от европейских университетов, в московском отсутствовал богословский факультет. Как считалось — потому, что в России уже существовала развитая система образовательной подготовки церковнослужителей. Но была и иная причина. И Шувалов, и Ломоносов опасались излишней опеки со стороны Священного синода.
Основатели университета сделали всё, чтобы он не стал элитарным сословным «питомником». Ломоносов писал: «В университете тот студент почтеннее, кто больше научился; а чей он сын, в том нет нужды». Всех учащихся разделили на своекоштных и казеннокоштных. Первые платили за обучение сами, остальные — студенты из бедных семей — содержались за счет государства. Их, впрочем, было немного. Но отцы-основатели верили, что в России «довольно национальных достойных людей в науках, которых требует пространная... империя к разным изобретениям сокровенных в ней вещей и ко исполнению начатых предприятий и ко учреждению впредь по знатным городам российскими профессорами училищ».
Ломоносов настаивал, чтобы одновременно с университетом открылась гимназия (а лучше не одна). Без нее, как считал наш первый академик, «университет как пашня без семян». В итоге гимназию в Москве открыли в тот же год, вместе с университетом. А вскоре классическую гимназию, которую патронировали московские профессора, открыли и в Казани.
Первым директором (для нас привычнее слово «ректор») Московского университета стал Алексей Михайлович Аргамаков — сын одного из знатных соратников Петра Великого. Он пользовался доверием императрицы и Шувалова. Незадолго до открытия университета Аргамаков составил проект превращения кремлевской Оружейной палаты в «достойное русской славы хранилище древних драгоценных и куриозных вещей».
Среди заслуг Аргамакова перед университетом — открытие библиотеки, которую возглавил 22-летний Михаил Херасков, в будущем известный поэт и куратор университета. Директор понимал, насколько важно, чтобы при университете работали просветительские экспозиции, помогающие профессорам. Горнопромышленник Никита Демидов передал Аргамакову свою коллекцию минералов, ставшую основой университетского минералогического кабинета. В первые месяцы существования университета началось и оборудование физического кабинета. Аргамаков даже дал вольную нескольким своим крепостным, чтобы они смогли учиться или служить при университете.
Увы, столь энергичный и просвещенный руководитель стоял у кормила университета меньше двух лет. В январе 1757 года Алексей Аргамаков скончался после тяжелой и кратковременной болезни. Но его достойным преемником стал Иван Иванович Мелиссино, который до этого был ревизором первого российского музея — Кунсткамеры, а также академической библиотеки. Он продолжил все начинания Аргамакова.
Очень скоро в старых корпусах на Красной площади преподавателям и студентам стало тесно. В 1757 году по указу Елизаветы Петровны, которая не забывала о своем детище, университет переехал в просторную усадьбу князя Петра Репнина на Моховой улице. Неподалеку от нее в 1780-х архитектор Матвей Казаков построил новый университетский квартал, который и сегодня хорошо известен всей просвещенной России.
При университете открыли типографию, в которой очень скоро начали издавать лучшую в России негосударственную газету — «Московские ведомости». С 1760 года там печатали и литературный журнал «Полезное увеселение». На Моховой впервые стали выходить книги, посвященные изучению культуры и языков народов, населяющих Россию: «Азбука грузинская» (1758), «Грамматика чувашская» (1770), «Азбука татарского языка» (1778), «Турецкая грамматика» (1778). Храм просвещения, созданный Шуваловым и Ломоносовым, объединил многонациональную науку империи.
«Учитесь быть полезными в обществе»
Университет уже в начальные годы существования превратился в настоящий храм науки. Среди его первых студентов было немало выдающихся личностей, которые верой и правдой служили российской науке. Это автор первого российского курса лекций по этике Дмитрий Аничков, первый русский профессор права Семен Десницкий, талантливый врач Семен Зыбелин, впоследствии преподававший в альма-матер курс теоретической медицины на русском языке. Он передавал студентам истины, которые впитал от шуваловских времен: «Когда наукам и просвещению ваше златое молодости время посвятили, старайтесь оное всеми силами с истинною пользою употребить, простирайтесь в оных, учитесь быть полезными в обществе, счастливыми в свете».
В XIX веке университет стал центром брожения умов — вольнолюбивых и пытливых. Там спорили о будущем России, бунтовали и совершали открытия. Студентами и вольнослушателями Московского университета в разные годы были Александр Грибоедов, Михаил Лермонтов, Иван Тургенев, Пафнутий Чебышев, Николай Склифосовский, Антон Чехов...
Научный поиск не прерывался даже в годы Великой Отечественной войны. В 1944 году академик Николай Семенов организовал в МГУ кафедру химической кинетики, которой заведовал более 40 лет. В 1956 году он получил Нобелевскую премию «за исследования в области механизма химических реакций».
Московский университет по-прежнему задает тон для всей отечественной образовательной системы. И мы по-прежнему уверены, что «науки юношей питают, отраду старым подают». Так повелось с ломоносовских времен, так будет и впредь. Сегодня образование в МГУ получают не сотни, а десятки тысяч счастливых молодых людей — будущих ученых, учителей, инженеров, юристов, профессионалов во всех областях человеческой деятельности. И каждому из них дороги императрица Елизавета, Иван Шувалов, Михаил Ломоносов и святая Татиана.
Автор — заместитель главного редактора журнала «Историк»