Стефан Садовников: «Лучше всего я чувствую себя там, где я не оказываюсь в зоне умолчания и отторжения. А это – Россия»

Стефан Садовников – известный в Молдове и за рубежом художник, историк, литератор, исследователь. Член союза художников Молдовы и России. Член союза журналистов РФ. Член союза писателей Молдовы имени А.С.Пушкина. Закончил филфак Бельцкого пединститута имени А.Руссо и худграф кишиневского пединститута имени И.Крянгэ. 

Живописью занимается с 18 лет. Трудовая деятельность всегда была связана с художественным оформительством и дизайном на различных предприятиях, а творческая всегда шла параллельно. Работая художником-графиком с 1982-1991 годов в отделе этнографии АН МССР, занимался исследованием возникновения государственного герба средневекового Молдавского княжества. Творческая деятельность в пяти художественных фильмах в качестве художника-постановщика продолжалась на киностудиях «Молдова-филм», «Телефилм-Кишинэу» и «Фаворит». В 1996-1998 годах работал главным художником кишиневского русского театра имени А. П. Чехова. 

На счету Садовникова свыше 70 персональных и коллективных выставок в Молдове, России, Израиле, Германии, США, Польше и других странах. В настоящее время живет и работает в Москве. 

«Я просто любопытный» 

- В одном из интервью вы сказали о себе: «Я в сути своей человек, продолжающий думать о том, куда несемся мы и что мы «даём человеку вообще!». Это – о сверхзадаче творца? 

- Каждый человек обязан думать о том, куда несёмся мы и что можем дать человеку и человечеству вообще. Человек обязан быть в гармонии с самим собой, с природой и миром. Сверхзадача ли это? Безусловно! Человек вне гармонии с миром и с собой, вне мотивации в стремлении к Прекрасному, не исповедующий общечеловеческие и библейские ценности – это эгоистичный бездуховный потребитель, считающий себя чуть ли не пупом земли. 

- Как-то вы заметили, что не склонны определять себя термином «художник». Т.е. чисто художник. Тогда кто вы?  И что движет вами сейчас, когда вы реализовались как творческая личность? Что в жизни вам интересно? 

- Всё верно. По сути я просто любопытный человек. В совместном творческом деле бываю занудным. Название «Художник» для меня лично не профессия, а некое состояние души, сопряженное с большой любовью к цвету, линии и пятнам, которые, в конечном счете, могут организоваться в виде некоего смыслового «нечто».

Живопись без внутреннего смысла – абстрактна и бессмысленна. Подобное творчество ничего не дает человеку, а скорее его отталкивает от понимая искусства. Художник с большой буквы – это скорее некая вселенская миссия. А профессии людей с высоким, либо повышенным художественным вкусом (вкусу вообще невозможно обучить) разбросаны по разным отраслям. Там-то и происходит некая профессионализация. 

Художественными средствами – словом и краской – я исследую то, что необычно, необъяснимо, и то, что остается как бы «за кадром» бытия – то, что явно существует, но никто на это не обращает внимания. С юности, кроме живописи, я с любопытством исследовал психологические особенности склонных к творчеству любопытных людей, меня окружавших, что в конечном итоге реализовалось в моей книге «Опрокинутые в небо глаза».

С огромным интересом и любовью, в начале 80-х прошлого века, исследовал я происхождение государственного герба Молдавского княжества, которым в те годы никто из историков МССР конкретно не занимался, что вылилось в несколько научно-исторических статей, опубликованных в научных журналах Молдавии, Румынии и России. На данный момент мне интересно художественными средствами заниматься исследованием вечного малопонятного вселенского явления – «пространство и время». И работаю над двумя темами: «человек и пространство», и «пространство в человеке». 

«Человеку порой не хватает внутреннего солнца» 

- Режиссер Яков Бургиу, говоря о своем творчестве, как-то сказал, что он «извлекает из человека спрятанное в нем солнце». То, что спрятано, может увидеть лишь мастер. Мастерству видеть можно научиться или же художник идет к своей цели наощупь, опираясь на интуицию, доверяя своему дару?  

- Бургиу написал, что человек достаёт из нутра земли звезды и дарит их людям. Вполне возможно, что он еще умел «извлекать» из человека солнце. На мой взгляд, человеку порой не хватает внутреннего солнца. А вот поэт Владимир Солоухин написал, что солнце разлито всем поровну, вернее, по стольку разлито, кто сколько способен взять. В одного человека - поменьше, в другого - гораздо больше, а в некоторых - очень много.

Каждый творческий человек «видит» по-своему. Микеланджело в ответ на вопрос: «Как вы делаете свои скульптуры?» ответил: «Я беру камень и отсекаю всё лишнее». Мастерству необходимо научиться. Это позволит увидеть то, что спрятано и воплотить это в жизнь. И это особый талант, который развивается только через большой труд и ошибки. Естественно, что к этому таланту необходима интуиция. 

- Художник, будучи созерцателем жизни, не может не быть философом. «Мой бедный Адам» - о чем это? 

- На мой взгляд, художник должен быть не только созерцателем и домашним философом, он еще должен быть начитанным человеком, хорошо знающим мифы и легенды, мировую литературу, историю человечества.

Картина с первоначальным названием «Мой бедный Адам» - это моя ироническая интерпретация истории про падших Адама и Еву. Позднее эту картину я так и назвал - «Ироническая история». 

- Ваши полотна поэтичны, мелодичны, они генерируют в человеческих душах возвышенные чувства. Даже мрачные картины у вас светятся теплом. Что или кто включает этот генератор?

- Ну, мрачных картин я никогда не писал. Они могли быть в тёмных тонах, что соответствовало атмосфере идеи, но уж никак не мрачные. Если говорить о каком-то генераторе, то это Любовь. То, что делается с любовью, всегда прекрасно, обязательно наполнено смыслом и потому принимается зрителем. 

- С чего начинается утро художника? Когда утро жизни воспринимается особенно ярко? 

- Когда после пробуждения чувствуешь себя здоровым и после чашечки крепкого вкусного кофе хочется работать – считай, что утро отлично задалось. 

- Наибольший прилив сил для творчества когда ощущается: утром-вечером-по ночам? 

- Утро-день. Связано это, вероятно, с моими индивидуальными физическими данными. Вечера уходят на размышления, чтение, общение с друзьями-приятелями по интернету и наброски новых идей. 

Бывает, ночами просыпаюсь от увиденной во сне некоей картины, и тогда я пытаюсь ее заэскизировать. Но это еще не значит, что картина получится, однако это заставляет включать мозги по полной программе. 

Кто водит по холсту рукой художника 

- Стиль, манера письма, художественные средства откуда приходят к художнику? 

- Вырабатываются с годами в процессе изучения мировой живописи. Безусловно, свой стиль и письмо связаны с внутренним зрением и чутьём. Считаю, что профессиональные художники, живописцы делятся на два вида – на ремесленников и творческих.

Ремесленники пишут, как их учили, в их картинах нет творчества. Творчество – это что-то взятое из природы и переосмысленное, пропущенное через себя. Увы, только единицам это удается. 

- Несет ли с собой работа художника его энергетику? Бывали ли мистические истории с вашими картинами? Или это только в фильмах бывает? 

- Мне рассказала одна приятельница, что, будучи в Лувре у картины Да Винчи «Джоконда», испытала шок, почувствовав огромную энергетику от неё исходящую. При этом у нее лились слезы из глаз. Думаю, чем больше любви и энергии закладывает художник в своё произведение, тем больше оно «цепляет» зрителя. Вероятно, существуют мистические истории с картинами. Но у меня были только пропажи картин. И вряд ли это связано с мистикой. 

- Творчество - это транс? 

- Для меня - не транс, а волшебство и озарение. Состояние транса в творчестве пусть останется для исследования специалистами в области психологии. Подобное состояние самопогружения в творческом процессе я отношу к вдохновению. Оно приходит ко мне без всякого спроса. 

Вероятно, всё виденное, прочитанное, услышанное на подсознании каким-то образом аккумулируется, обобщается, и затем этот своеобразный коктейль ищет выхода энергии, побуждая меня, как человека творческого, к реализации, чтобы показать результат - в первую очередь, самому себе. 

- Но не ко всякому вдохновение приходит «без всякого спроса», даже если он семи пядей во лбу. О творцах такого масштаба, как вы, говорят, что они поцелованы Богом. Творческий процесс управляется свыше? Это он водит вашей рукой по холсту?

- Этот процесс, вне зависимости от тебя, запечатлевает в твоей душе и сознании некие представления о мире. И ты, находясь у мольберта и кистью нанося цвета, лишь списываешь или снимаешь некую кальку с души своей того, что наслоилось в ней в виде нахлынувшего чувства или охватившего тебя впечатления. 

История искусства пишется ходом времени, вне зависимости от участия либо не участия художников и сочинителей. Создавая свои работы, они записывают или списывают, переписывая некие события либо явления (хотя ничто не ново под луной), считая себя творцами. И каждый из них трактует свои восприятия событий на свой лад и разумение, в зависимости от уровня интеллекта, привязанностей и таланта. 

Все это, что людьми, художниками творится и делается, остается в памяти вселенной. И то, что впредь будет сделано человеком, жаждущим дел, выдается ему оттуда, из памяти вселенной, в виде некоего знания, из ее бесчисленных ячеек. И приходят к человеку знания днем в озареньях, или ночью во снах, пока еще им неразгаданных. И ложатся эти знания-сны тончайшими слоями на невидимые стенки души, чтобы впоследствии быть переписанными в виде картин или книг. 

Иные думают, что занимаются сочинительством, то есть, считают, что они сами пишут и являются творцами чего-то нового и оригинального. Увы, так уверяются, живя в невежестве и самообмане, глупцы и гордецы. 

«Крик» можно нарисовать. А музыку? 

- От чего вы устаете в жизни? Что вызывает у художника, дискомфорт, простои в работе? 

- Усталость и дискомфорт возникают от множества факторов, которые не имеет смысла перечислять. А вот творческие простои бывают частенько. Пастернак говорил про свои творческие простои, что стихи пишутся только тогда, когда их невозможно не написать. У меня именно так и получается.   

- Что для художника одиночество?  Вам интересно с самим собой? 

- Внутренне творческое одиночество очень важно для художника. Не зря же существуют мастерские, куда художники уходят творить, на время отвлекаясь от множества социальных проблем. Мне интересно быть с самим собой, находясь в творческом процессе. 

- «Крик», оказывается, можно нарисовать. А можно ли заставить зазвучать на полотне музыку?

- Вот не знаю, почему эта картина Эдварда Мунка считается знаковой, неким шедевром. Название и смысл мне нравятся, а вот исполнение весьма примитивное. 

Ну, нарисовал Мунк экспрессию «крик» как мог. А ведь многие художники-классики прошлых веков мастерски и очень убедительно до Мунка и лучше Мунка передали экспрессивные состояния человека: горе и тоску, радость и удивление, страх и ненависть. Я обожаю произведения Чайковского и Моцарта. Есть нравящийся мне разрозненный ряд эстрадных, а также народных русских и молдавских песен. Но заставить музыку звучать на холсте - нонсенс. 

- Могут ли картины жить своей собственной жизнью?

- Картины всегда живут своей жизнью, где бы они не находились. Одним картинам нравится, где они живут, другим - нет. Как пример, приведу отношение художника Роберта Фалька к своим картинам, которые он дарил друзьям. Приходил через месяц-другой в дом, где жила его картина. Внимательно смотрел, как она живет, и, бывало, говорил хозяевам дома, что, увы, картине тут плохо, у вас скучно и тоскливо. И забирал. Фальк не был скупым, для него было важно, как его картина проживает в чужом месте. 

- Есть ли у вас кумиры среди художников?

- Кумиров, любимых картин и художников у меня никогда не было. Есть ряд художников, к которым я отношусь с большим уважением, отдавая дань их нестандартному видению мира и высочайшему профессионализму. И все они классики прошлых веков. Современные художники, или как их еще называют – актуальные – в своем большинстве абсолютно мне не интересны, потому что в их творчестве нет профессионализма и картины их несут в себе бессмыслицу. 

Простить можно все, только не предательство 

- Какие качества в людях вы больше всего цените? Что вы никогда бы им не простили? 

- Умение дружить. Простить можно всё, но очень тяжело, когда тебя предают. 

- Мрачное настроение может заставить вас взять в руки кисть? 

- Да, когда есть заказ, который необходимо выполнить. Профессия нас, художников, кормит. 

- Что делает вас счастливым? Это состояние вряд ли константа, и все же? Что радует? А что может расстроить? Что ранит? 

- Если разбираться в терминах, то ощущение и понимание счастья весьма индивидуально, и не имеет единой формулировки. На мой взгляд, счастье – это когда ты здоров, и тебя понимают и принимают таким, какой ты есть. Радует, что есть у меня друзья, которые всегда могут прийти на помощь. Иногда ранят душу в каком-либо недопонимании очень близкие родные люди. И это способно меня надолго расстроить.

 - Любовь может жить долго? Или она живет долго лишь в полотнах, которые напоминают нам о любви? 

- Любовь явление вечное, божественное. И как долго она живет в человеке зависит от него самого. Если любовь покинула человека, то никакое полотно не способно ему ее вернуть. А напоминание о ней в художественных произведениях, лишь усугубляет тоску по ушедшей любви. 

- Где вы чувствуете себя лучше всего? Где для вас родина? 

- Лучше всего я чувствую себя там, где я не оказываюсь в зоне умолчания и отторжения. А это – Россия. 

Подобное ощущение я пережил в советское время, когда меня несколько раз не принимали в молодежную секцию СХ МССР, и отказывали в участии в коллективных выставках. Эту зону я почувствовал, когда в начале 90-х художники живописцы Молдовы негласно разделились на молдавских и русскоязычных. Я был тогда в недоумении. Зачем? Ведь живопись интернациональна!

Пережил зону умолчания и отторжения в конце 90-х в Польше. Там, увидев и оценив моё творчество, явно дали понять, что если я хочу участвовать в польских коллективных выставках и получать творческие заграничные гранты, то мне надо дать пару интервью любой центральной польской газете о моем антирусском отношении к России. 

- «Время художнику кисти подает», поет Валерий Леонтьев. Нынешнее время вдохновляет вас на творчество? 

- Оно никогда меня не вдохновляло. Оно мне интересно чисто информативно. А вдохновение возникало и возникает от прочитанных романов, от общения с интересными людьми науки и искусства, от просмотра фильмов, и ещё Бог весть от чего, что и вспомнить так сразу не могу. Долгое время был под большим впечатлением от фильмов Андрея Тарковского. Один из мощных моментов вдохновения возник после прочтения романа Леонида Леонова «Вор», и это вдохновение моментально перенесло меня к мольберту. 

- Какие чувства вызывает у вас слово «Молдова»? 

- Можно прожить всю жизнь в разных странах и городах, но память о месте рождения останется на всю жизнь. И это место – Бельцы, где прошли мои детство и юность, город, в котором я вырос, познавал жизнь, учился и стал художником. 

Со словом «Молдова» мгновенно возникают ассоциации с жарким пыльным летом, прекрасными полями виноградников, кукурузы и подсолнухов, домашними винами из погребов, ну, и великолепными народными дойнами и эстрадными песнями 70-80 годов, типа «Де че плынг гитареле», «Приетен драг» и другие. 

Подготовила Мария БУИНЧУК 

Татьяна Богина, главный редактор российского журнала «Веси», знаток творчества Стефана Садовникова:

-  Какое название вы бы ни придумали к картинам Стефана Садовникова - оно будет условным. Как только художник начинает воплощать свой замысел на холсте - сразу же возникает особое живое пространство, которое живет своей жизнью. И энергии этого пространства воздействуют и на идеи художника, и на дальнейшее создание картины, и в итоге - на восприятие зрителей - нас с вами. Это пространство может затягивать в неисчислимые времена или отталкивать от привычных ориентиров, рождать новые образы и смыслы, и даже представлять, казалось бы, предметные изображения каждому в разных ипостасях. Не случайно, а даже закономерно, одному видится глаз, другому штрих-код, третьему - символ всего живого, четвертому - причина мироздания.

Так называемый фон у Садовникова отсутствует! Вместо него в картинах некий солярис, который выдает нам то, что мы способны воспринять в эту минуту, в этом настроении, и в этом состоянии. И все - от самого художника до случайного или заинтересованного зрителя становятся соавторами полотна, живущего и творящегося по законам энергий творческого пространства. Именно в этом проявляется свобода как творческий метод и образ мысли художника Стефана Садовникова. Именно поэтому его работы интересны людям разных возрастов, с разными взглядами на жизнь, живущими по разным духовным критериям и выполняющими в этом мире свои разные миссии. 

Мастерство художника - конечно! Наше настроение - безусловно! И вечная непостижимость творчества, дающая нам возможность через избранных и их картины, прикоснуться к вечным тайнам бытия.

Виктор Боршевич, ученый, культуролог и общественный деятель Молдовы: 

- Мой друг детства, бельчанин Стефан Садовников является одним из несомненно талантливейших живописцев той универсально значимой культуры Восточной Европы, которая породила и напитала божественными соками мудрости и творческой энергией не одно поколение блистательных мыслителей и художников умопомрачительного и жестокого ХХ века. 

Картины Садовникова обладают потрясающей духовной мощью, будят в зрителе могучие чувства исторической памяти и исторической совести, побуждают его к духовному противостоянию суровому и безжалостному катку бездушной глобализации и стандартизации человеческих душ.