Русская Палестина — подмосковная Истра: золотые купола и катушки Теслы
Русская Палестина так называют подмосковную Истру. Именно здесь Патриарх Никон в XVII веке решил создать копию Иерусалима в миниатюре. Спустя три с лишним века сюда по-прежнему стремится множество паломников и туристов.
Наша экскурсия по Истре начинается с Воскресенского Новоиерусалимского монастыря. Нельзя же обойти стороной место, которое считается одной из жемчужин Подмосковья? Навигация выстроена четко: прямо на станции нас встречает указатель «Тропа паломника». Что ж, можно двигаться.
В какое время года ни приезжаешь в Новый Иерусалим, не устаешь удивляться тому, как в любой сезон природные красоты только подчеркивают красоты архитектурные. Сейчас издалека монастырь видится волшебным дворцом из старинных сказок.
План Никона был амбициозен, поэтому все возвышения и холмы Истры носят те же названия, что и на Святой земле. Монастырь, центральный элемент русской Палестины, расположен на холме Сион, а главный Воскресенский собор сооружен по образу храма Гроба Господня. Именно в этом и причина непохожести Нового Иерусалима на остальные православные храмы. Скорее возникает ассоциация с арабским дворцом — приземистые башенки с воздушными изумрудными куполами, поливные изразцы, опоясывающие ярким бордюром каждую из них, шатровое завершение Воскресенского храма, украшенное несколькими ярусами оконцев, — все это напоминает о мавританской архитектуре. Однако стройная колокольня безошибочно даст понять, что мы не попали вдруг в восточную сказку, а находимся все еще на русской земле.
Храм, поражающий сложной архитектурой снаружи, оказывается не менее запутанным внутри: кажется, что мы оказались в катакомбах, украшенный лепниной. Внутри стоит очередь ко Гробу Господню — вход в миниатюрную каменную пещеру очень узкий, приходится проявить терпение. Подробно рассмотрев богатое убранство монастыря, набрав святой воды и подкрепившись в трапезной, отправляемся дальше.
Следующей точкой маршрута становится музей «Новый Иерусалим», который расположен всего в 15 минутах ходьбы от монастыря. Шесть лет назад на участке в четыре гектара построили новое здание, в которое из монастыря переехали экспозиции и фонды. Огромное выставочное пространство позволяет «Новому Иерусалиму» показывать не только богатство собственных запасников, но и принимать выездные экспозиции других музеев. Нам вот посчастливилось попасть на выставку «Французский вкус князей Юсуповых» — великолепное собрание живописи XVIII–XIX веков, привезенное из музея-усадьбы «Архангельское».
— С князей Юсуповых началось увлечение коллекционированием западноевропейской живописи. В их собрании представлены полотна Франсуа Буше, Жана Батиста Греза — самых модных мастеров той эпохи, — говорит сотрудник музея Ирина Самсонова.
Насмотревшись на мастеров кисти — тончайшие цветовые переходы, фантазийные пейзажи, античные руины, — решаем отдать должное главной части — собранию реликвий Воскресенского Новоиерусалимского монастыря. Роскошные оклады для икон с драгоценными камнями, шитые золотым узорочьем облачения священнослужителей, древние книги и документы... Побывав здесь, начинаешь понимать, каким был устроен быт Воскресенского монастыря до революции.
— Обязательно загляните в парк-отель «Вишневый сад». Вы получите огромное удовольствие, узнав о том, как Антон Павлович Чехов проводил лето в Истре, — советует Ирина Самсонова.
Последовав совету нашего замечательного гида, отправляемся в «Вишневый сад» — усадьбу Бабкино, которой владела семья Киселевых. Тем более что добраться туда несложно — 20 минут на автобусе. Оказавшись на месте, не можем не согласиться с Антоном Павловичем, который писал: «Стыдно сидеть в душной Москве, когда есть Бабкино... Птицы поют, трава пахнет. В природе столько воздуха и экспрессии, что нет сил описать...» Чтобы погулять по знаменитому саду, необязательно заселяться в отель: покупаешь билет и в свое удовольствие гуляешь по тропинкам, воображая, как здесь прогуливались Чехов с друзьями.
Этому, к слову, способствует прослушивание аудиоспектакля «В гостях у Чехова и Левитана», из которого узнаем множество забавных историй про писателя и художника, которых связывала крепкая дружба. Чеховы поселились в усадьбе Бабкино, в гостях у четы Киселевых, в 1885 году и провели здесь три лета. Здесь укрепилась дружба Антона Павловича с Исааком Левитаном.
Пейзажист остановился в соседней деревне Максимовка. К тому времени он был знаком с семьей Чеховых — он учился вместе с одним из братьев. Утро художник проводил на этюдах, стремясь запечатлеть скромную поэтичность истринской природы, а вечерами приходил к Чеховым. Гости рядились турками и эфиопами, катались на ослах… Однажды он не посетил их, и тогда Антон Павлович, проведав друга, нашел его в меланхолии: Левитан часто страдал тяжелой формой депрессии, как бы сказали современные психологи. Антон Павлович как врач понимал, что художника нельзя оставлять одного, и предложил ему переселиться к ним.
Сейчас на территории о теля установили памятник Левитану и Чехову, раскрывающий их характеры: на белом барельефе изображен писатель, сидящий в характерной позе нога на ногу, и Левитан с палитрой за мольбертом. В воображении сразу возникает их диалог: художник делится с другом своими душевными переживаниями, а Чехов отвечает ему в свойственной добродушно-саркастической манере.
А еще в Бабкине драматург задумал свой «Вишневый сад». Дело в том, что Киселевым вскоре пришлось продать часть усадьбы из-за долгов, и огромный лес, окружавший усадьбу, вырубили. Отдав дань памяти классикам, мы обращаемся... к технике. В Истре располагается Высоковольтный научно-исследовательский центр — филиал «Всероссийского электротехнического института имени В. И. Ленина». Огромные башни с переплетением труб, каскадами трансформаторов, сложными установками, по форме напоминающими кристаллические решетки: все это в 1970-е годы входило в комплекс института, занимавшегося изучением электричества, созданием искусственных молний и проведением высоковольтных испытаний.
Здесь в советское время изучали, как ведут себя самолеты и другая авиационная техника, если, например, в нее попадет молния, и для этого на полигоне есть специальная установка, которая генерирует грозовые тучи и облака.
Восхитившись грандиозностью мысли советских ученых, начинаем собираться. Темнеет, пора домой, в Москву. Полтора часа — и мы вновь на Рижском вокзале. Обещаем себе, что обязательно вновь наведаемся в Истру: весной ли — подышать апрельской свежестью, — летом ли... В Истре хорошо всегда.