Актриса Александра Мареева: «С появлением детей у меня появился страх смерти»
Александра Мареева родилась в Санкт-Петербурге. Окончила СПбГАТИ. Служит в Театре Сатиры. Зритель знает актрису по ролям в таких фильмах и сериалах, как «Формат А4», «Агент особого назначения», «Кома», «Литейный», «Ночные ласточки», «Хвост», «Одноклассницы», «Разведчицы», «Безопасность», «Письма на стекле», «Следователь Тихонов», «Троцкий», «Знахарь» и др. 9 и 10 июня в Театре Сатиры состоится премьера спектакля «Дядя Жорж», где Александра Мареева играет одну из главных ролей.
- Александра, что у вас за роль в этих сдвоенных чеховских пьесах «Леший» и «Дядя Ваня»? Чем она была вам интересна?
- Я играю Елену Андреевну, которая присутствует в двух пьесах. Роль очень сложная. И Сергей Ишханович предложил несколько по-другому взглянуть на Чехова. Потому что есть некие стереотипы, как нужно играть этого великого драматурга. Зачастую спектакли получаются скучными. А Чехов-то автор очень ироничный, с хорошим чувством юмора, и не писал истории про скучное существование. У каждого из героев нашей постановки есть острые обстоятельства их жизни. Конкретно моя Елена Андреевна вышла замуж за старика, прожила с ним уже 10 лет, постоянно слушает его речи о старости и о подагре. Её вырвали из столичной жизни и привезли в деревню, к чему она никак не может привыкнуть. Елена Андреевна доходит до такого пика отчаяния, что у неё стираются все рамки дозволенного и недозволенного. Когда ты внутренне уже считаешь, что способен на всё. Ты можешь грубить, скандалить, открыто презирать и хохотать в лицо. Потому что твоя жизнь проходит бессмысленно. И перспективы на какой-то положительный исход ситуации у неё нет.
- А жалость к старикам присутствует?
- Кроме злости и раздражения по поводу своей загубленной жизни и молодости, у неё ничего нет. Елена Андреевна никого не любит в этом обществе, в которое она попала и в котором вынуждена быть. Она одна среди чужих для неё людей. Единственный – дядя Жорж, с которым она дружит.
- Чем всё-таки подход Сергея Газарова к Чехову отличается от подходов других режиссёров?
- Его персонажи не рассуждают по поводу своей нелёгкой жизни. У каждого из них своя болевая точка. Сергею Ишхановичу важно, что происходит между людьми, а не то, что написано в тексте. Прекрасный чеховский текст идёт «по поводу». Между людьми в газаровской интрерпретации очень острые взаимоотношения. Моя героиня зачастую грубо и провокационно общается с мужем, редко ему отвечает, потому что понимает, что ей за это ничего не будет. А если и будет, моей Елене Андреевне уже всё равно. Ей никто не может обеспечить ту жизнь, которую она хотела.
- Вы когда-нибудь играли в чеховских пьесах?
- Ни разу, это впервые. Не так просто мне всё это даётся, потому что моё понимание Чехова и предложенный вариант Сергея Ишхановича очень расходились. Вроде бы, у меня уже имеется большой опыт работы в театре, сама способна придумать свой персонаж, и вдруг режиссёр предлагает непривычные для меня правила игры. И всё, актёрский организм начинает сопротивляться и вообще уже ничего не понимаешь про персонаж. В какой-то момент я решила полностью делать то, что посит режиссёр, и появилась моя Елена Андреевна. В нашей профессии важно доверять и договариваться.
- Вы сыграли в замечательном сериале «Троцкий» первую жену Льва Давидовича Александру Соколовскую. Что интересного узнали о ней, готовясь к съёмкам?
- Фильм в основном про вторую жену Троцкого, поэтому я там пунктирно прохожу. Но с режиссёрами этого сериала мы много говорили об Александре Львовне Соколовской как об историческом персонаже: кто она такая, какую роль сыграла в жизни Троцкого. Александра была в начале пути вождя, родила Льву Давидовичу детей. Но она не была его страстью. Другая женщина сыграла огромную роль в жизни «демона революции».
Большое счастье было играть с Константином Хабенским, который исполнил заглавную роль. Это была моя давнишняя мечта! Мы с Константином из одного Театрального института в Санкт-Петербурге, только учились в разные периоды и у разных мастеров. Константин учился в ЛГИТМиКе у Вениамина Михайловича Фильштинского, а я в СПБГАТИ у Григория Михайловича Козлова. Наши мастерские принято считать дружественными. Нас воспитывали по одним и тем же правилам. Мы выращены на этюдном методе.
Я очень боялась встретиться на площадке с обожаемым мной артистом Хабенским и, например, разочароваться в нём как в человеке.Но оказалось, что Константин Хабенский – невероятного уровня и глубины артист, большой души человек и потрясающий партнёр. Хотелось бы вновь поработать вместе!
- А к фигуре Троцкого как стали относиться после этой роли? «Демон» он, или «ангел»?
- Я ко всем революционным фигурам отношусь с неприязнью, это кровавый период нашей истории. Я вообще не люблю всё, что связано с политикой и властью, это практически всегда не честно по отношению к народу. Я из простой семьи, у меня девяностолетняя бабушка живёт на Урале, получает пенсию чуть больше 10 тысяч рублей. Она сплавляла лес во время войны, будучи ребёнком. И что в результате? Это не про людей и не про добро – ни революционное государство, ни нынешнее. И Троцкого я, конечно, не полюбила после съёмок. Но, посмотрев сериал и увидев, как его сыграл Хабенский, я поняла, что Троцкий был колоссальной личностью. Как много уровней у этого человека, как много лиц и планов!
- Понравилось сниматься в исторических проектах?
- Очень, у меня было немного подобных ролей. Однажды я снималась для сериала «Союз спасения», режиссёр Никита Высоцкий. И вот мне позвонила кастинг-директор и говорит – Саш, играть нечего, но это исторический костюм! И я сходу согласилась. Потому что мне захотелось надеть это длинное платье. Костюм – это неотъемлемая часть персонажа. А исторический костюм позволяет не только сыграть человека, но и прикоснуться к той или иной эпохе. Репетируешь в юбочке и свитере, а потом переодеваешься в сценический наряд и несколько иначе начинаешь ощущать свой персонаж. Начинает работать воображение, которое направляет тебя в другое русло.
- В кино вы оказывались в центре модных показов. Например, вы сыграли манекенщицу в фильме «Следователь Тихонов»…
- А ещё зимой я снималась в сериале «Смерть манекенщицы», где я играю бывшую манекенщицу. Вот тоже, кстати, была мечта сыграть с Сергеем Безруковым, и она осуществилась…
- А в жизни за модой следите?
- Это сейчас стало немножко дорого. В силу своих возможностей я слежу за модой, но не являюсь представителем какого-то бренда. Хотя дружу, например, с питерским модельером Татьяной Парфёновой, беру у неё иногда костюмы для каких-то съёмок, фотосессий, мероприятий. Но вообще я приближена к народу, к массмаркету.
- В сериале «Знахарь», который недавно прошёл по Первому каналу, вы сыграли врача-анестезиолога. Обучались каким-то профессиональным навыкам?
- Это не первая моя роль медика. Играя врачей, я всегда посвящаю эти роли моей бабушке, которой 90 лет. Она у меня прививочная медсестра. Заслуженная. Конечно, я читала про работу анестезиолога, что-то смотрела в ютубе. Наконец, лежала в больнице, и там общалась с анестезиологами. Но у нас сейчас технологии так далеко зашли, что в художественном плане сложно как-то показать работу этого врача. Всё подключено к аппаратам, анестезиолог нажимает на кнопку подачи лекарства, лекарство пошло. Особых манипуляций нет.
На съёмках операций у нас всегда присутствовали врачи. Действующие хирурги, которые прошли чеченскую кампанию, действующие нейрохирурги высокого уровня. Они нас консультировали. Вот Даниилу Страхову, который играл главную роль нейрохирурга, было сложно. Ему надо было знать по поводу нейрохирургии много нюансов. Моя же роль предполагала, что я могу чего-то не знать, потому что рядом находился врач, который мне говорил – вот ты здесь делаешь это и это, потому что так надо. Углубляться дальше не было смысла. Самое сложное – выговорить термины и слова. Приходилось долго репетировать в актёрском вагончике с пробкой во рту, чтобы всё проговорить.
- Чему вы ещё обучались для той или иной роли?
- Вот – скалолазанию. Хотя в сериале «Агент особого назначения» это не понадобилось, всё равно сняли дублёров. Но мы долго с Сергеем Перегудовым ездили, занимались на скалодроме. Ещё я мечтаю о роли, для которой нужно будет обучиться верховой езде. Или какому-то танцу. Надеюсь, это когда-нибудь будет. Потому что всё, что я загадываю, спустя годы, сбывается.
- Есть в вас что-то мистическое!
- Ты посылаешь нечто во Вселенную, жаждешь этого, и результат приходит. Кстати, я каждый раз в новогоднюю ночь пишу на бумажке желание, сжигаю и выпиваю с шампанским. Мы всей семьёй это делаем.
- Вернёмся к кино. Вы сыграли главную роль в сериале «Безопасность». Там ваша героиня гоняется за «оборотнями в погонах». Интересная роль?
- Мы там играли с Кириллом Плетнёвым, гонялись за «оборотнями». Кстати, там я ловила своего мужа!
- Серьёзно?
- Алексей Ильин играл злодея, но тогда он ещё не был моим мужем…Вообще моя героиня – непростой персонаж. Режиссёр Никита Высоцкий, которому я вначале почему-то не доверяла, настаивал на своём видении моего персонажа, а я выстраивала роль по-другому, более эмоционально. Высоцкий хотел, чтобы она была как раз без эмоций, сухой, сдержанной. Но мой темперамент всё равно вылезал. Однако Никита Владимирович был настойчив и добился от меня нужного результата. И в итоге оказался прав. Так что хорошим режиссёрам нужно доверять!
Потом, правда, многие мне писали, что моя героиня – неэмоциональная, закрытая. Она действительно никому не доверяет, не доверяет мужчинам. Даже коллеге Копейкину, которого играл Кирилл Плетнёв. У неё есть к нему чувства, но она их скрывает, не выпускает. Вся в работе, в профессии…
После этого фильма я ещё больше прониклась мыслью, что в наших органах полно «оборотней в погонах», и особенно - недобросовестных сотрудников ДПС, которые берут взятки, ничего не опасаясь…
- Чувствуется «личная неприязнь» к гаишникам! Вы за рулём? Любите быструю езду?
- Нет, не люблю. У меня вообще большой стаж, я хорошо вожу, досконально знаю правила дорожного движения. Но в Москве – тотальное хамство на дорогах. После Питера это очень заметно. Чем круче у тебя машина, тем сложнее работает поворотник. Поэтому в Москве я испытываю стресс на дороге, и здесь особо не езжу. Но люблю путешествовать на дальние расстояния. Прошлым летом мы с семьёй ездили на море, и я была за рулём 2 тысячи километров. И в родной Питер часто езжу на машине.
- А самолётом не научились управлять, снимаясь в фильме «Ночные ласточки»?
- Нет, но это был замечательный опыт. В павильоне стоял настоящий самолёт. Понятно, что всё снимали на хромакее, и потом просто дорисовали небо. Но даже сидя в нелетящей машине, где дули сильные вентиляторы, где всё качалось, тряслось, гудело, я испытывала некоторый страх…
- Кстати, какие у вас в жизни есть страхи?
- С появлением детей у меня появился страх смерти. Возвращаясь к самолётам, я неожиданно стала бояться летать. Испытываю невероятную панику, когда поднимаюсь в воздух. Видимо, сильно во мне чувство ответственности перед двумя сыновьями. Потом, ты становишься старше, родители становятся старше. Все друзья седеют, и ты понимаешь, что вышла из возраста молодёжи. Притом, что внутренне я не ощущаю себя особенно повзрослевшей. Просто общество постоянно напоминает мне о моём уже «зрелом» возрасте. Но я стараюсь не обращать внимания на эти напоминания!