Цитрусовый сезон в Абхазии: итоги и тенденции
0
53
Вчера Государственный таможенный комитет Абхазии сообщил СМИ, что с 1 сентября 2022 г. по 12 января 2023 г. из Абхазии экспортировано 31 898,2 тонн мандаринов. За аналогичный период 2021-2022 гг. было вывезено 19 705,2 тонн.
По данным на 12 января, с начала сезона экспорт хурмы составил 92,7 тонны, что значительно меньше 2021 г., когда было вывезено 1130,7 тонн. Фейхоа вывезено 776,6 тонн (годом раньше – 1 865,6 тонн). Экспорт ореха-фундука за период с 1 января 2022 по 31 декабря 2022 г. составил 4 549,8 тонн. В 2021 году было вывезено из Абхазии 2 707,9 тонн.
Как видим, показатели очень разные по разным видам сельхозкультур, что в первую очередь, очевидно, связано с сезонными колебаниями их урожайности. Так, хурмы вывезено менее десяти процентов прошлогоднего, фейхоа – более чем в два раза меньше. Но внимание интернет-комментаторов новости было сосредоточено, конечно, на мандаринах, которые являются «абхазским брендом». И, естественно, отклики были критические: кто-то писал о том, сколько плодов остается еще на деревьях, кто-то о том, как вывозившие цитрусы мучились на границе на Псоу… Вот типичный комментарий:
«Из Абхазии вывезено…». Можно подумать, кто-то позаботился. Народ сам как может пытается реализовать свой товар. На границе сутками стояли, цена никакая, люди не могут вернуть потраченные на лечение и сбор, а тут расхвастались…»
Тут, конечно, можно и возразить. Никакого «хвастовства» в информации ГТК нет, а просто присутствуют сухие цифры. Причем по хурме и фейхоа цифры ниже, чем прошлогодние. А если взять экспорт цитрусовых, то можно ведь вспомнить и позапрошлогодние показатели, когда за весь сезон на территорию РФ было экспортировано 68 тысяч мандаринов… Нынче вывоз еще продолжается, к названным почти 32 тысячам тонн добавится еще несколько тысяч, но, в любом случае, это будет много меньше экспорта сезона 2020-2021. И много меньше даже, чем 52 тысячи тонн нынешнего урожая, который определили минувшей осенью специалисты сельского хозяйства по осмотру плантаций.
Конечно, экспорт никогда не был равен выращенному урожаю. Есть и внутреннее потребление; некоторые даже относят к «скрытому экспорту» потребление и вывоз мандаринов по несколько килограммов российскими туристами, побывавшими в Абхазии в период длинных новогодних выходных. Но, в любом случае, нынешний цитрусовый сезон (и тут с автором процитированного интернет-комментария нельзя не согласиться) обнажил серьезные проблемы с экспортом мандаринов.
Напомним, что около месяца назад в публикации «Почему застопорился экспорт абхазских мандаринов?» «Эхо Кавказа» привело слова вице-премьера, министра сельского хозяйства республики Беслана Джопуа о том, что спрос на абхазские цитрусы в России уменьшился из-за насыщения рынка китайскими и турецкими мандаринами. Из Китая и Турции поставляют цитрусовые большими партиями, причем, по его словам, многие торговцы в РФ выдают эти мандарины за абхазские. «Мы обращались по этому поводу в Россельхознадзор», – добавил он. В предыдущие два года из-за закрытия в связи с пандемией большинства госграниц России спрос на абхазские мандарины был высокий и проблем с реализацией урожая не было.
На 11 декабря прошлого года было вывезено, отмечали мы тогда, всего чуть больше 10 тысяч тонн мандаринов. За прошедший месяц эта цифра возросла более чем на 20 тысяч тонн, но, во-первых, это все равно гораздо меньше того, что можно было вывезти, во-вторых, никуда не деть те «мучения», которые действительно пришлось испытать многим на границе.
Сегодня мы поговорили с председателем Ассоциации аграриев Республики Абхазия Джемалом Эшба, постаравшись коснуться основных проблем в этой сфере. Начал я с жалоб многих производителей цитрусовых на то, что в республику перестали или почти перестали заезжать фуры оптовиков из России, которые в прежние годы очень облегчали реализацию мандаринов в предновогодний сезон. Эшба согласился с этим, но привел пример другого рода, когда нынче лично он помогал партнерам из РФ закупить в Абхазии шесть тонн мандаринов:
«Машина когда заехала, вдруг оказалось, что в хозяйстве, с которым мы договорились, мандарины продали другому покупателю. Мы ездили по хозяйствам, но везде отсутствовало количество для выбора. Двадцать тонн, тридцать тонн должно же на складе лежать в крупных хозяйствах. Правильно? «Мы вот завтра еще доберем…» Это в разгар сезона, представляешь? Крупные цитрусоводческие хозяйства – везде одно и то же: имени Ильича, учхоз… А люди приехали, говорят: вот деньги, мы хотим загрузить и уехать… Я подумал, что сделаю хорошее: они быстро загрузят и уедут. Но нам пришлось три дня бегать и искать мандарины, и потом мы поехали в Галл и у какого-то частного лица купили. Просто мне уже стыдно было: машина стоит, все такое… Потом выясняется, что еще в Новом Афоне есть; догрузили по дороге и уехали.
– Вот еще вопрос. Я помню очень хорошо, как несколько лет назад отделение таможни работало где-то в Гулрыпшском районе. Вся оплата там производилась, таможенные сборы и так далее, и потом ехали уже прямиком через Псоу. И это разгружало границу. А нынче это почему-то исчезло.
– Нет, они работают – и в Агудзере, и в селе Ачадара, по улице Эшба. Но наши водители и эти оптовики хотят что ли побыстрее до границы доехать, не знаю. А эти пункты работают, только объемы у них небольшие.
– Ну, может, еще информированность тут хромает?
– Однозначно, однозначно. Я ни одной рекламы не видел, что можно там груз оформить».
Еще одна проблема, о которой накануне Нового года много говорили: что российские таможенники, подозревая экспортеров в провозке контрабандой сигарет, заставляли их вручную выгружать и снова загружать ящики с мандаринами. Джемал говорит:
«Ну, это просто отношение на границе. Ничего особого такого там нет. Там даже по запаху можно определить, но вот просто бывает, что таможенник уперся и заставляет такое делать…
– То есть человеческий фактор?
– Только человеческий фактор.
– Там же, говорят еще, есть рентген, который просвечивает и определяет…
– На границе все есть. Не надо там ничего выгружать-загружать. Ни на одной границе нет такого. Просто отношение такое».
В нынешнем сезоне в соцсетях попадалось немало объявлений, авторы которых в отчаянии писали, что продадут пять тонн мандаринов за десять рублей за килограмм, но только при сборе покупателем самим с деревьев. Сборщиков не хватало, плюс оплата их труда могла сделать нерентабельным весь процесс реализации плодов. Помимо этого, многие частники просто приглашали родственников, друзей и просили их: собирайте и берите себе домой. Эшба в связи с этим сказал, что более выгодным в Абхазии в последние годы стал турбизнес, и по мере повышения благосостояния занятых в нем людей он будет теснить цитрусоводство, которое еще лет двадцать очень выручало жителей страны:
«Даже того количества людей, которые нынче собирали мандарины, в будущем году тоже не будет. Однозначно! Это ручной труд… Кстати, раньше из Чечни приезжали собирать, если ты помнишь. 97-й, 98-й, 99-й годы – там у них ситуация была сложная. А сейчас вот сбор пустили на самотек, и практически тридцать процентов урожая – это то, что цитрусоводы не смогли собрать. Не было людей, которые собирали бы. Это первое. И второе. Вот смотри. Мандарин перебранный, отобранный стоит 80-90 рублей за килограмм. А мы, что перебираем, – это не переборка называется. Мы просто удаляем поврежденные, больные плоды. А им, покупателям, приходится там перебирать еще раз. Вот такая ситуация. То есть если на будущий год у нас не будет регулятора, а это коммерческая структура, к которой государство отношения не имеет… Регулятора, который сможет в сезон завезти сюда нужное количество людей, которые соберут, упакуют, еще больше останется на будущий год нереализованного».
Несколько лет назад, когда мы еще не столкнулись в этой отрасли с новыми вызовами, больше всего разговоров было о том, что заложенные в советское время плантации цитрусовых стареют и их надо обновлять. Но и эта проблема никуда не исчезла. Эшба говорит:
«Время у них – пятьдесят лет. А мы уже прошли пятьдесят лет.
– Но, как я понял из некоторых телерепортажей, все-таки обновляют кое-где эти плантации, сажают новые деревья. Не знаю, насколько это массово…
– Частные делают, но государственной программы нет. Сейчас есть так называемые карликовые мандариновые деревья. У них плоды созревают пораньше, качество плодов хорошее. Надо убирать старые насаждения потихоньку и на их место высаживать вот эти новые сорта. Саженцы их имеет наш Институт растениеводства. Просто надо это финансировать. И их собирать очень легко. Высота деревьев – до двух метров. А эти, советской посадки, стоят высотой в пять метров. Они свое отдали нашему государству с лихвой».
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
Подписывайтесь на нас в соцсетях
Facebook
Telegram
Instagram
Twitter
Youtube
По данным на 12 января, с начала сезона экспорт хурмы составил 92,7 тонны, что значительно меньше 2021 г., когда было вывезено 1130,7 тонн. Фейхоа вывезено 776,6 тонн (годом раньше – 1 865,6 тонн). Экспорт ореха-фундука за период с 1 января 2022 по 31 декабря 2022 г. составил 4 549,8 тонн. В 2021 году было вывезено из Абхазии 2 707,9 тонн.
Как видим, показатели очень разные по разным видам сельхозкультур, что в первую очередь, очевидно, связано с сезонными колебаниями их урожайности. Так, хурмы вывезено менее десяти процентов прошлогоднего, фейхоа – более чем в два раза меньше. Но внимание интернет-комментаторов новости было сосредоточено, конечно, на мандаринах, которые являются «абхазским брендом». И, естественно, отклики были критические: кто-то писал о том, сколько плодов остается еще на деревьях, кто-то о том, как вывозившие цитрусы мучились на границе на Псоу… Вот типичный комментарий:
«Из Абхазии вывезено…». Можно подумать, кто-то позаботился. Народ сам как может пытается реализовать свой товар. На границе сутками стояли, цена никакая, люди не могут вернуть потраченные на лечение и сбор, а тут расхвастались…»
Тут, конечно, можно и возразить. Никакого «хвастовства» в информации ГТК нет, а просто присутствуют сухие цифры. Причем по хурме и фейхоа цифры ниже, чем прошлогодние. А если взять экспорт цитрусовых, то можно ведь вспомнить и позапрошлогодние показатели, когда за весь сезон на территорию РФ было экспортировано 68 тысяч мандаринов… Нынче вывоз еще продолжается, к названным почти 32 тысячам тонн добавится еще несколько тысяч, но, в любом случае, это будет много меньше экспорта сезона 2020-2021. И много меньше даже, чем 52 тысячи тонн нынешнего урожая, который определили минувшей осенью специалисты сельского хозяйства по осмотру плантаций.
Конечно, экспорт никогда не был равен выращенному урожаю. Есть и внутреннее потребление; некоторые даже относят к «скрытому экспорту» потребление и вывоз мандаринов по несколько килограммов российскими туристами, побывавшими в Абхазии в период длинных новогодних выходных. Но, в любом случае, нынешний цитрусовый сезон (и тут с автором процитированного интернет-комментария нельзя не согласиться) обнажил серьезные проблемы с экспортом мандаринов.
Напомним, что около месяца назад в публикации «Почему застопорился экспорт абхазских мандаринов?» «Эхо Кавказа» привело слова вице-премьера, министра сельского хозяйства республики Беслана Джопуа о том, что спрос на абхазские цитрусы в России уменьшился из-за насыщения рынка китайскими и турецкими мандаринами. Из Китая и Турции поставляют цитрусовые большими партиями, причем, по его словам, многие торговцы в РФ выдают эти мандарины за абхазские. «Мы обращались по этому поводу в Россельхознадзор», – добавил он. В предыдущие два года из-за закрытия в связи с пандемией большинства госграниц России спрос на абхазские мандарины был высокий и проблем с реализацией урожая не было.
На 11 декабря прошлого года было вывезено, отмечали мы тогда, всего чуть больше 10 тысяч тонн мандаринов. За прошедший месяц эта цифра возросла более чем на 20 тысяч тонн, но, во-первых, это все равно гораздо меньше того, что можно было вывезти, во-вторых, никуда не деть те «мучения», которые действительно пришлось испытать многим на границе.
Сегодня мы поговорили с председателем Ассоциации аграриев Республики Абхазия Джемалом Эшба, постаравшись коснуться основных проблем в этой сфере. Начал я с жалоб многих производителей цитрусовых на то, что в республику перестали или почти перестали заезжать фуры оптовиков из России, которые в прежние годы очень облегчали реализацию мандаринов в предновогодний сезон. Эшба согласился с этим, но привел пример другого рода, когда нынче лично он помогал партнерам из РФ закупить в Абхазии шесть тонн мандаринов:
«Машина когда заехала, вдруг оказалось, что в хозяйстве, с которым мы договорились, мандарины продали другому покупателю. Мы ездили по хозяйствам, но везде отсутствовало количество для выбора. Двадцать тонн, тридцать тонн должно же на складе лежать в крупных хозяйствах. Правильно? «Мы вот завтра еще доберем…» Это в разгар сезона, представляешь? Крупные цитрусоводческие хозяйства – везде одно и то же: имени Ильича, учхоз… А люди приехали, говорят: вот деньги, мы хотим загрузить и уехать… Я подумал, что сделаю хорошее: они быстро загрузят и уедут. Но нам пришлось три дня бегать и искать мандарины, и потом мы поехали в Галл и у какого-то частного лица купили. Просто мне уже стыдно было: машина стоит, все такое… Потом выясняется, что еще в Новом Афоне есть; догрузили по дороге и уехали.
– Вот еще вопрос. Я помню очень хорошо, как несколько лет назад отделение таможни работало где-то в Гулрыпшском районе. Вся оплата там производилась, таможенные сборы и так далее, и потом ехали уже прямиком через Псоу. И это разгружало границу. А нынче это почему-то исчезло.
– Нет, они работают – и в Агудзере, и в селе Ачадара, по улице Эшба. Но наши водители и эти оптовики хотят что ли побыстрее до границы доехать, не знаю. А эти пункты работают, только объемы у них небольшие.
– Ну, может, еще информированность тут хромает?
– Однозначно, однозначно. Я ни одной рекламы не видел, что можно там груз оформить».
Еще одна проблема, о которой накануне Нового года много говорили: что российские таможенники, подозревая экспортеров в провозке контрабандой сигарет, заставляли их вручную выгружать и снова загружать ящики с мандаринами. Джемал говорит:
«Ну, это просто отношение на границе. Ничего особого такого там нет. Там даже по запаху можно определить, но вот просто бывает, что таможенник уперся и заставляет такое делать…
– То есть человеческий фактор?
– Только человеческий фактор.
– Там же, говорят еще, есть рентген, который просвечивает и определяет…
– На границе все есть. Не надо там ничего выгружать-загружать. Ни на одной границе нет такого. Просто отношение такое».
В нынешнем сезоне в соцсетях попадалось немало объявлений, авторы которых в отчаянии писали, что продадут пять тонн мандаринов за десять рублей за килограмм, но только при сборе покупателем самим с деревьев. Сборщиков не хватало, плюс оплата их труда могла сделать нерентабельным весь процесс реализации плодов. Помимо этого, многие частники просто приглашали родственников, друзей и просили их: собирайте и берите себе домой. Эшба в связи с этим сказал, что более выгодным в Абхазии в последние годы стал турбизнес, и по мере повышения благосостояния занятых в нем людей он будет теснить цитрусоводство, которое еще лет двадцать очень выручало жителей страны:
«Даже того количества людей, которые нынче собирали мандарины, в будущем году тоже не будет. Однозначно! Это ручной труд… Кстати, раньше из Чечни приезжали собирать, если ты помнишь. 97-й, 98-й, 99-й годы – там у них ситуация была сложная. А сейчас вот сбор пустили на самотек, и практически тридцать процентов урожая – это то, что цитрусоводы не смогли собрать. Не было людей, которые собирали бы. Это первое. И второе. Вот смотри. Мандарин перебранный, отобранный стоит 80-90 рублей за килограмм. А мы, что перебираем, – это не переборка называется. Мы просто удаляем поврежденные, больные плоды. А им, покупателям, приходится там перебирать еще раз. Вот такая ситуация. То есть если на будущий год у нас не будет регулятора, а это коммерческая структура, к которой государство отношения не имеет… Регулятора, который сможет в сезон завезти сюда нужное количество людей, которые соберут, упакуют, еще больше останется на будущий год нереализованного».
Несколько лет назад, когда мы еще не столкнулись в этой отрасли с новыми вызовами, больше всего разговоров было о том, что заложенные в советское время плантации цитрусовых стареют и их надо обновлять. Но и эта проблема никуда не исчезла. Эшба говорит:
«Время у них – пятьдесят лет. А мы уже прошли пятьдесят лет.
– Но, как я понял из некоторых телерепортажей, все-таки обновляют кое-где эти плантации, сажают новые деревья. Не знаю, насколько это массово…
– Частные делают, но государственной программы нет. Сейчас есть так называемые карликовые мандариновые деревья. У них плоды созревают пораньше, качество плодов хорошее. Надо убирать старые насаждения потихоньку и на их место высаживать вот эти новые сорта. Саженцы их имеет наш Институт растениеводства. Просто надо это финансировать. И их собирать очень легко. Высота деревьев – до двух метров. А эти, советской посадки, стоят высотой в пять метров. Они свое отдали нашему государству с лихвой».
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
Подписывайтесь на нас в соцсетях
Telegram
Youtube