Голова наотрез. Чеченские власти ставят под сомнение авторитет российского государства

На днях Чечня вновь напомнила о себе, и как обычно бывает, республика строго выдержала колорит. В центре скандала оказалась семья Янгулбаевых. Глава этого маленького клана Сайди Янгулбаев несколько лет служил судьей Верховного суда Чечни. Однако в 2015 году он потерял должность. Сыновья Янгулбаева резко критически высказывались о руководителе Чечни Рамзане Кадырове в соцсетях, причем не ограничивались руководством собственно Чечни, а именовали оккупантами» российских солдат, и в целом выглядели скорее сторонниками почившего проекта Ичкерии», чем чистыми оппозиционерами. В течение ближайших лет Янгулбаевы несколько раз задерживались, и в 2017 году уехали в Нижний Новгород. Сайди Янгулбаев. Фото: Андрей Репин, Коммерсантъ Позднее Янгулбаевых заподозрили в администрировании телеграмм-канала 1ADAT – популярного проичкерийского и антикадыровского сетевого сообщества. В итоге 20 января полицейские из Чечни явились в Нижний Новгород в квартиру старших Янгулбаевых. Оттуда они вывезли в Чечню 59-летнюю Зарему Мусаеву, жену Сайди Янгулбаева. Ну, а дальше последовали обвинения Янгулбаевых в поддержке терроризма со стороны Рамзана Кадырова, и как венец всего – выступление депутата Адама Делимханова, одного из ближайших соратников Кадырова. Как сообщила, к примеру, lenta.ru , депутат обещал отрезать Янгулбаевым головы, назвал мразями и шайтанами, словом, обрушил на тех настоящие потоки красноречия. Семья Янгулбаевых, откровенно говоря, вызывает мало симпатий. Это не просто представители оппозиции, возмущенные политикой Кадыровых. Это сторонники вооруженного подполья, с огромным трудом и не так давно разгромленного силовиками. Однако лидеры Чечни успели выступить настолько зажигательно, что их поведение вызывает вопросы уже к самому российскому государству. Характерно, что высшие чиновники России, включая пресс-секретаря российского президента Дмитрия Пескова, начали уходить от прямых высказываний. Песков предложил написать заявление в полицию, комиссия Госдумы по этике сообщила, что рассмотрит высказывания соратника по государственному служению, если к ней обратятся с таким запросом. Правда, там все же сочли нужным заметить, что угрозы могут сказаться на репутации Думы. Проблема в том, что подобные истории воспроизводятся с дивной регулярностью. Автор проичкерийского телеграмм-канала в костюме Адама на видео ругает себя, а затем пытается сесть на бутылку. Другой деятель идет по беговой дорожке без штанов, объясняет, что президент России – его царь отец и дед. Можно, конечно, только порадоваться смягчению нравов, царящих в республике: скажем, обвинявшегося в разнообразных преступлениях пророссийского командира Мовлади Байсарова в 2006 бравая спецкоманда чеченского МВД просто изрешетила при задержании в Москве. Однако радоваться не получается. Внутри России существует республика, не просто управляемая в соответствии с собственными представлениями о прекрасном и разумном (как бы эти представления ни расходились с общероссийскими нормами), но и простирающая свои представления о мире на всех соплеменников, где бы те ни находились. Отношения между Россией и Чечней изначально своеобразны. Формально республика не имеет никакого особого статуса. Фактически существует не озвученная публично, но четко прослеживающаяся система отношений – Чечня получает дотации и пользуется грандиозной степенью автономии в обмен на лояльность и максимально жесткие расправы над вооруженным подпольем и всеми, кого можно считать с ним связанным. Ибрагим Янгулбаев, фото: Новая газета Реальное подполье в последние годы практически уничтожено. Сообщения о боях и потерях не приходили очень давно, а теракты, когда они все-таки случаются, обычно выглядят как самодеятельность одиночек или совсем маленьких групп с кустарным оружием. Однако система управления, порожденная военным временем, продолжает работать. И в нынешнем виде польза от нее уже не столь очевидна, чем было во времена, когда по горам действительно бродили многочисленные банды. И на передний план уже выходят несколько иные вопросы. Например, о том, что могут себе позволять люди, сидящие в креслах российских чиновников и депутатов – и о том, в какой вообще степени государство может их контролировать. У российского государства, что существенно, все карты находятся на руках. Чеченская экономика полностью зависит от дотаций России, чеченский частный бизнес практически целиком находится в России же. Статус, деньги и власть чеченских силовиков и политиков практически целиком зависят от того, насколько их поддерживает Москва. Однако чувствуют ли они сами себя обязанными ей? Разговоры об отрезанных головах дискредитируют не столько самих ораторов – их репутация и так слишком брутальна, чтобы ей можно было повредить такими выступлениями – они выставляют недееспособным само то государство, которое облекло их властью, и от которого они зависят. Справиться с телеграмерами-экстремистами оно в состоянии, но нельзя не задуматься, насколько держава контролирует самое себя.