The Wall Street Journal (США): вторжение на Украину — это ловушка для Владимира Путина

Автор The Wall Street Journal рассуждает о том, что вторжение на Украину станет ловушкой для Владимира Путина. В прошлом Украина страдала под гнетом России с тех пор, как в 17 веке она отсоединилась от Речи Посполитой.

Россия не может быть империей без Украины, однако, если она перейдет границу дозволенного, она не сможет остаться даже просто крупной державой.

Россия расширяет масштабы своей агрессии по отношению к Украине, включая переброску войск к украинской границе, регулярные нападки на государственных пропагандистских каналах и прямые угрозы со стороны российского руководства. Сейчас вероятность начала масштабной войны в Европе достигла самого высокого уровня с момента окончания холодной войны.

Тем не менее, если агрессия России в отношении Украины приобретет выраженную военную форму, это может положить конец тому авторитарному эксперименту, который Владимир Путин проводил последние два десятилетия. И при любом развитии событий результатом станет существенное ослабление России.

В прошлом Украина страдала под гнетом России с тех пор, как в 17 веке она отсоединилась от Речи Посполитой. В конце концов ее полностью поглотили — сначала Российская империя, а затем Советский Союз. Голодомор — массовый голод, искусственно спровоцированный на Украине по приказу Сталина, — до сих пор присутствует мрачной тенью в картине мира украинцев. Именно поэтому они с недоверием относятся к попыткам России изобразить две страны в качестве «братьев-славян».

События недавнего прошлого еще больше ослабили саму идею славянской солидарности, поскольку Россия развязала войну на Украине из-за того, что в 2014 году та приняла решение выйти из Евразийского экономического союза, возглавляемого Москвой. Агрессия России приняла как открытую форму (незаконная аннексия Крыма и вторжение в Донбасс), так и скрытую (подрывная деятельность, пропаганда и кибератаки). Этот конфликт, который на Западе мало кто замечает и который зачастую ошибочно называют гражданской войной или сепаратистским движением, на самом деле поддерживается и управляется Россией. 

Тем не менее, причины текущего угрожающего поведения России отличаются от причин событий 2014-2015 годов. Решение Путина о захвате Крыма в 2014 году было принято из позиции слабости — это был оппортунистический шаг, который принес результаты, поскольку Запад и, главным образом, Соединенные Штаты утратили интерес к делам Центральной и Восточной Европы. Сегодня Россия занимает более крепкие позиции в экономическом и стратегическом смыслах, чем она занимала в 2016 году, и этому способствовала политика Соединенных Штатов. Отказ президента Байдена ввести санкции против газопровода «Северный поток — 2» стал для Путина настоящей геостратегической победой, которая — вместе с ограничениями, введенными в отношении американских производителей энергоносителей, — помогла российскому лидеру получить «дубинку», которой он теперь может угрожать Западной Европе. Проще говоря, сегодня у Путина есть намного больше дипломатических и военных рычагов воздействия, которых у него не было еще два года назад.

Итак, почему Украина? И почему именно сейчас? Большинство аналитиков концентрируют внимание на перспективе вступления Украины в Организацию Североатлантического договора. Однако еще один важный фактор можно обнаружить во внутренней российской политике. Непопулярный Путин — опасный Путин.

Его война в Чечне 2000 года, вторжение в Грузию 2008 года и захват Крыма пользовались мощной поддержкой россиян, и это помогало ему поднимать личный рейтинг. В 2021 году рейтинг популярности Путина резко снижался главным образом из-за грубейших ошибок, которые Москва допускала в борьбе с пандемией Covid-19. Учитывая, что с начала пандемии показатели избыточной смертности составили почти 800 тысяч (согласно официальным данным, от коронавирусной инфекции в России умерли 278 тысяч человек), Россия очень сильно пострадала от этого вируса. При этом реальные доходы россиян снизились более чем на 10% за период с 2014 по 2020 год. Поскольку его популярность падает, Путину необходимо найти некую внешнюю угрозу, что сплотить россиян.

К несчастью для Путина, сегодня Украина тоже стала гораздо сильнее — в экономическом и военном смыслах, — чем она была в 2014 году. В отличие от тех действий, которые Россия предприняла в преддверии захвата Крыма и Донбасса, сегодня она осуществляет наращивание своих сил у границы в открытую, что дает Украине время на подготовку ответа. Любой непосредственный военный удар по Украине нанесет России огромный вред — такой же вред, который нанесла СССР его кампания в Афганистане, — с той разницей, что теперь местом действия является граница Европы со всеми ее налаженными путями снабжения из стран НАТО. Хотя надежд на то, что НАТО вмешается в конфликт непосредственным образом, мало, угроза партизанской войны и длительного, кровопролитного противостояния может послужить мощным фактором сдерживания.

Россия не может быть империей без Украины. Однако, если она попытается захватить Украину силой, она не сможет остаться даже просто крупной державой. Москва слишком сильно зависит от своего сырьевого экспорта, и пандемия Covid ослабила поддержку режима, который способен вернуть стране «международный престиж», но не более того. Военное вторжение на Украину поставит и без того ослабленную российскую экономику на грань разорения.

Именно поэтому так важно, чтобы Запад выступил единым фронтом против России и продолжил увеличить цену любой агрессии с ее стороны. А для этого нужно — вопреки инстинктам Байдена и Министерства иностранных дел Германии — не вручать Путину легкую победу в ответ на его агрессивность. Перефразируя слова Уинстона Черчилля, принести в жертву Украину ради сохранения неустойчивого равновесия в Европе — значит выбрать бесчестье, вовсе не обязательно предотвратив войну.

Кристофер Хартвелл — профессор в области международной торговой политики и глава Института международного управления (International Management Institute) при Школе менеджмента и права Цюрихского университета прикладных наук (ZHAW School of Management and Law), а также профессор Университета Козьминского в Польше.

Комментарии читателей:

Richard Bond

Это взгляд Польши, которая ненавидит Россию и называет воссоединение Крыма «оппортунистическим шагом». Между тем, этот шаг, напротив, доказал, что у России есть воля и способность быстро действовать в своих стратегических интересах. Крым говорит на русском языке.

Вероятно, автор упустил из внимания тот факт, что в историческом ракурсе Украина является частью России, особенно это касается Киева. В Крыму у России есть военно-морская база, которая слишком важна для нее, чтобы отдавать ее киевским олигархам, которые отчаянно пытаются попасть в НАТО и постоянно повышают ставки. Простите, никакого вторжения России на Украину не было. 

Новый канцлер Германии хочет вернуться к переговорам в нормандском формате вместе с Францией и Россией, чтобы урегулировать этот территориальный спор. Но для Киева любое подобное мирное соглашение с Россией будет означать потерю территорий.

B D

В этой статье довольно много ложной информации. В частности, если говорить о голодоморе, то он охватил главным образом те территории, которые сегодня являются востоком Украины и югом России, что противоречит нарративу украинских властей.

Derrick Aguren

«Любой непосредственный военный удар по Украине нанесет России огромный вред — такой же вред, который нанесла СССР его кампания в Афганистане». Почему? Вторжения оборачивались победами с незапамятных времен. Тот факт, что Советский Союз не сумел покорить одну страну, вовсе не означает, что русские не могут покорить другую. Кроме того, Украина сильно отличается от Афганистана.

Ivaylo Ivanov

Байден ничего не может сделать. Путин знает, что Байден либо блефует, либо бросается пустыми угрозами (объемы торговли между Россией и Соединенными Штатами абсолютно ничтожны, и Россия уже вывела практически все свои активы из долларов). Германия — это другое дело. Германия способна нанести реальный вред Путину. Проблема заключается в том, что Путин в свою очередь тоже может нанести серьезный ущерб Германии, и немцы, скорее всего, не захотят пойти по этому пути. Если Путин решит вторгнуться на восток Украины, он сделает это, потому что будет уверен, что Германия ничего не предпримет. Трудно сказать, насколько верны его расчеты.

Christopher mast

С момента окончания Второй мировой войны немцы занимались только тем, чтобы делать деньги. Они не станут ничего предпринимать, если Россия вторгнется на Украину, потому что это может отразиться на их продажах автомобилей BMW в России.

Marc Jones

Сила России находится не в ее университетах. Она заключена в жителях сельской местности. У русских есть несколько важных установок. Во-первых, они никогда не ждут счастливого конца — попробуйте задуматься над этим. Во-вторых, они гордые патриоты, и они будут защищать свою родину до конца в таких условиях, которые мы даже представить себе не можем.

Sal Agnello

К сожалению, кажется, Путин добился своего. Украина, будучи международно признанным независимым государством и членом Организации Объединенных Наций, вернется к статусу «житницы» Российской империи. Однако эта кампания может действительно превратиться для России в Афганистан 2.0, поскольку она повлечет за собой непредвиденные расходы и последствия.

Sal Agnello

Европа не наша, чтобы ее «терять», и Украина не является нашей «землей». Соединенные Штаты и союзники НАТО никогда не вступят в ядерную войну с Россией ради Украины. Этого не случится. Подобные разговоры — это полная чушь. А те, кто очень этого хотят, могут взять в руки свои драгоценные винтовки, полететь на Украину и пойти добровольцами в украинскую армию.

James Simmer

Эта статья кажется мне попыткой выдать желаемое за действительность. Путин собирает очень большую армию у украинской границы. Байден уже дал добро на запуск «Северного потока — 2», в результате чего Германия окончательно закрепляется в лагере умиротворителей, и пообещал, что Соединенные Штаты не станут действовать в одностороннем порядке. Европейцам понадобится российская нефть, если зима окажется особенно холодной. Путин знает, что такого шанса у него, скорее всего, больше не будет. Угроза санкций не поможет сдержать Путина. Единственное, что его может сдержать Путина, — это угроза того, что его атака провалится. К счастью, мы поставляем на Украину оружие, которое ей нужно для противостояния России.

David Keating

Есть мнение, что Россия должна захватить Украину. Хотя российские вооруженные силы могут легко одолеть украинскую армию, после этого они очень быстро превратятся в оккупационные силы и им придется платить за это кровью и деньгами.

Подумайте о Соединенных Штатах в Ираке примерно в 2005 году. Та кампания существенно ослабила армию США и не принесла никаких значимых результатов.

ALAN SEWELL

Вторжение России на Украину так же вероятно, как и вторжение Соединенных Штатов на территорию французской Канады. В 1776 году мы попытались это сделать, но у нас не вышло, и сейчас у нас нет никаких причин пытаться снова. Культурные и языковые различия между нами слишком велики, чтобы успешно интегрировать эту часть Северной Америки в США. Но, если бы Россия или Китай решили заключить альянс с французской Канадой и создать здесь свои военные базы, в таких обстоятельствах Соединенные Штаты могли бы в качестве превентивной меры оккупировать ее территорию или как минимум поставить во главе нее марионеточное правительство. Мы не стали бы мириться с присутствием враждебной державы в Северной Америке. Мы не стали терпеть ее на Кубе в 1962 году, в Доминиканской Республике в 1965 году, в Гренаде в 1983 году и в Панаме в 1989 году. У России с Украиной такая же ситуация.

Steven Gardner 

Только психи могли расширить НАТО до самых границ России и ожидать, что никакой реакции не последует. Украина должна остаться буферным государством.

Россия не может быть империей без Украины, однако, если она перейдет границу дозволенного, она не сможет остаться даже просто крупной державой.

Россия расширяет масштабы своей агрессии по отношению к Украине, включая переброску войск к украинской границе, регулярные нападки на государственных пропагандистских каналах и прямые угрозы со стороны российского руководства. Сейчас вероятность начала масштабной войны в Европе достигла самого высокого уровня с момента окончания холодной войны.

Тем не менее, если агрессия России в отношении Украины приобретет выраженную военную форму, это может положить конец тому авторитарному эксперименту, который Владимир Путин проводил последние два десятилетия. И при любом развитии событий результатом станет существенное ослабление России.

В прошлом Украина страдала под гнетом России с тех пор, как в 17 веке она отсоединилась от Речи Посполитой. В конце концов ее полностью поглотили — сначала Российская империя, а затем Советский Союз. Голодомор — массовый голод, искусственно спровоцированный на Украине по приказу Сталина, — до сих пор присутствует мрачной тенью в картине мира украинцев. Именно поэтому они с недоверием относятся к попыткам России изобразить две страны в качестве «братьев-славян».

События недавнего прошлого еще больше ослабили саму идею славянской солидарности, поскольку Россия развязала войну на Украине из-за того, что в 2014 году та приняла решение выйти из Евразийского экономического союза, возглавляемого Москвой. Агрессия России приняла как открытую форму (незаконная аннексия Крыма и вторжение в Донбасс), так и скрытую (подрывная деятельность, пропаганда и кибератаки). Этот конфликт, который на Западе мало кто замечает и который зачастую ошибочно называют гражданской войной или сепаратистским движением, на самом деле поддерживается и управляется Россией. 

Тем не менее, причины текущего угрожающего поведения России отличаются от причин событий 2014-2015 годов. Решение Путина о захвате Крыма в 2014 году было принято из позиции слабости — это был оппортунистический шаг, который принес результаты, поскольку Запад и, главным образом, Соединенные Штаты утратили интерес к делам Центральной и Восточной Европы. Сегодня Россия занимает более крепкие позиции в экономическом и стратегическом смыслах, чем она занимала в 2016 году, и этому способствовала политика Соединенных Штатов. Отказ президента Байдена ввести санкции против газопровода «Северный поток — 2» стал для Путина настоящей геостратегической победой, которая — вместе с ограничениями, введенными в отношении американских производителей энергоносителей, — помогла российскому лидеру получить «дубинку», которой он теперь может угрожать Западной Европе. Проще говоря, сегодня у Путина есть намного больше дипломатических и военных рычагов воздействия, которых у него не было еще два года назад.

Итак, почему Украина? И почему именно сейчас? Большинство аналитиков концентрируют внимание на перспективе вступления Украины в Организацию Североатлантического договора. Однако еще один важный фактор можно обнаружить во внутренней российской политике. Непопулярный Путин — опасный Путин.

Его война в Чечне 2000 года, вторжение в Грузию 2008 года и захват Крыма пользовались мощной поддержкой россиян, и это помогало ему поднимать личный рейтинг. В 2021 году рейтинг популярности Путина резко снижался главным образом из-за грубейших ошибок, которые Москва допускала в борьбе с пандемией Covid-19. Учитывая, что с начала пандемии показатели избыточной смертности составили почти 800 тысяч (согласно официальным данным, от коронавирусной инфекции в России умерли 278 тысяч человек), Россия очень сильно пострадала от этого вируса. При этом реальные доходы россиян снизились более чем на 10% за период с 2014 по 2020 год. Поскольку его популярность падает, Путину необходимо найти некую внешнюю угрозу, что сплотить россиян.

К несчастью для Путина, сегодня Украина тоже стала гораздо сильнее — в экономическом и военном смыслах, — чем она была в 2014 году. В отличие от тех действий, которые Россия предприняла в преддверии захвата Крыма и Донбасса, сегодня она осуществляет наращивание своих сил у границы в открытую, что дает Украине время на подготовку ответа. Любой непосредственный военный удар по Украине нанесет России огромный вред — такой же вред, который нанесла СССР его кампания в Афганистане, — с той разницей, что теперь местом действия является граница Европы со всеми ее налаженными путями снабжения из стран НАТО. Хотя надежд на то, что НАТО вмешается в конфликт непосредственным образом, мало, угроза партизанской войны и длительного, кровопролитного противостояния может послужить мощным фактором сдерживания.

Россия не может быть империей без Украины. Однако, если она попытается захватить Украину силой, она не сможет остаться даже просто крупной державой. Москва слишком сильно зависит от своего сырьевого экспорта, и пандемия Covid ослабила поддержку режима, который способен вернуть стране «международный престиж», но не более того. Военное вторжение на Украину поставит и без того ослабленную российскую экономику на грань разорения.

Именно поэтому так важно, чтобы Запад выступил единым фронтом против России и продолжил увеличить цену любой агрессии с ее стороны. А для этого нужно — вопреки инстинктам Байдена и Министерства иностранных дел Германии — не вручать Путину легкую победу в ответ на его агрессивность. Перефразируя слова Уинстона Черчилля, принести в жертву Украину ради сохранения неустойчивого равновесия в Европе — значит выбрать бесчестье, вовсе не обязательно предотвратив войну.

Кристофер Хартвелл — профессор в области международной торговой политики и глава Института международного управления (International Management Institute) при Школе менеджмента и права Цюрихского университета прикладных наук (ZHAW School of Management and Law), а также профессор Университета Козьминского в Польше.

Комментарии читателей:

Richard Bond

Это взгляд Польши, которая ненавидит Россию и называет воссоединение Крыма «оппортунистическим шагом». Между тем, этот шаг, напротив, доказал, что у России есть воля и способность быстро действовать в своих стратегических интересах. Крым говорит на русском языке.

Вероятно, автор упустил из внимания тот факт, что в историческом ракурсе Украина является частью России, особенно это касается Киева. В Крыму у России есть военно-морская база, которая слишком важна для нее, чтобы отдавать ее киевским олигархам, которые отчаянно пытаются попасть в НАТО и постоянно повышают ставки. Простите, никакого вторжения России на Украину не было. 

Новый канцлер Германии хочет вернуться к переговорам в нормандском формате вместе с Францией и Россией, чтобы урегулировать этот территориальный спор. Но для Киева любое подобное мирное соглашение с Россией будет означать потерю территорий.

B D

В этой статье довольно много ложной информации. В частности, если говорить о голодоморе, то он охватил главным образом те территории, которые сегодня являются востоком Украины и югом России, что противоречит нарративу украинских властей.

Derrick Aguren

«Любой непосредственный военный удар по Украине нанесет России огромный вред — такой же вред, который нанесла СССР его кампания в Афганистане». Почему? Вторжения оборачивались победами с незапамятных времен. Тот факт, что Советский Союз не сумел покорить одну страну, вовсе не означает, что русские не могут покорить другую. Кроме того, Украина сильно отличается от Афганистана.

Ivaylo Ivanov

Байден ничего не может сделать. Путин знает, что Байден либо блефует, либо бросается пустыми угрозами (объемы торговли между Россией и Соединенными Штатами абсолютно ничтожны, и Россия уже вывела практически все свои активы из долларов). Германия — это другое дело. Германия способна нанести реальный вред Путину. Проблема заключается в том, что Путин в свою очередь тоже может нанести серьезный ущерб Германии, и немцы, скорее всего, не захотят пойти по этому пути. Если Путин решит вторгнуться на восток Украины, он сделает это, потому что будет уверен, что Германия ничего не предпримет. Трудно сказать, насколько верны его расчеты.

Christopher mast

С момента окончания Второй мировой войны немцы занимались только тем, чтобы делать деньги. Они не станут ничего предпринимать, если Россия вторгнется на Украину, потому что это может отразиться на их продажах автомобилей BMW в России.

Marc Jones

Сила России находится не в ее университетах. Она заключена в жителях сельской местности. У русских есть несколько важных установок. Во-первых, они никогда не ждут счастливого конца — попробуйте задуматься над этим. Во-вторых, они гордые патриоты, и они будут защищать свою родину до конца в таких условиях, которые мы даже представить себе не можем.

Sal Agnello

К сожалению, кажется, Путин добился своего. Украина, будучи международно признанным независимым государством и членом Организации Объединенных Наций, вернется к статусу «житницы» Российской империи. Однако эта кампания может действительно превратиться для России в Афганистан 2.0, поскольку она повлечет за собой непредвиденные расходы и последствия.

Sal Agnello

Европа не наша, чтобы ее «терять», и Украина не является нашей «землей». Соединенные Штаты и союзники НАТО никогда не вступят в ядерную войну с Россией ради Украины. Этого не случится. Подобные разговоры — это полная чушь. А те, кто очень этого хотят, могут взять в руки свои драгоценные винтовки, полететь на Украину и пойти добровольцами в украинскую армию.

James Simmer

Эта статья кажется мне попыткой выдать желаемое за действительность. Путин собирает очень большую армию у украинской границы. Байден уже дал добро на запуск «Северного потока — 2», в результате чего Германия окончательно закрепляется в лагере умиротворителей, и пообещал, что Соединенные Штаты не станут действовать в одностороннем порядке. Европейцам понадобится российская нефть, если зима окажется особенно холодной. Путин знает, что такого шанса у него, скорее всего, больше не будет. Угроза санкций не поможет сдержать Путина. Единственное, что его может сдержать Путина, — это угроза того, что его атака провалится. К счастью, мы поставляем на Украину оружие, которое ей нужно для противостояния России.

David Keating

Есть мнение, что Россия должна захватить Украину. Хотя российские вооруженные силы могут легко одолеть украинскую армию, после этого они очень быстро превратятся в оккупационные силы и им придется платить за это кровью и деньгами.

Подумайте о Соединенных Штатах в Ираке примерно в 2005 году. Та кампания существенно ослабила армию США и не принесла никаких значимых результатов.

ALAN SEWELL

Вторжение России на Украину так же вероятно, как и вторжение Соединенных Штатов на территорию французской Канады. В 1776 году мы попытались это сделать, но у нас не вышло, и сейчас у нас нет никаких причин пытаться снова. Культурные и языковые различия между нами слишком велики, чтобы успешно интегрировать эту часть Северной Америки в США. Но, если бы Россия или Китай решили заключить альянс с французской Канадой и создать здесь свои военные базы, в таких обстоятельствах Соединенные Штаты могли бы в качестве превентивной меры оккупировать ее территорию или как минимум поставить во главе нее марионеточное правительство. Мы не стали бы мириться с присутствием враждебной державы в Северной Америке. Мы не стали терпеть ее на Кубе в 1962 году, в Доминиканской Республике в 1965 году, в Гренаде в 1983 году и в Панаме в 1989 году. У России с Украиной такая же ситуация.

Steven Gardner 

Только психи могли расширить НАТО до самых границ России и ожидать, что никакой реакции не последует. Украина должна остаться буферным государством.