Почему миграционный кризис в Беларуси искусственный? Сравниваем с другими странами

На мяжы Беларусі і краінаў Еўразвязу паўгода трывае міграцыйны крызіс. Гэта далёка не першы міграцыйны крызіс, але ён моцна адрозніваецца ад ранейшых тым, як арганізаваны.

«Белсат» вспоминает пять миграционных кризисов последних лет, один из которых очень напоминает нынешнюю ситуацию на белорусских рубежах.

Побег из Крыма и Донбасса, с 2014 года

Кризис начался очень близко к Беларуси, но затронул ее относительно слабо. После оккупации Россией украинского Крыма и начала поддержанного Россией вооруженного конфликта на Донбассе много людей были вынуждены переселяться.

По данным ООН на август 2015 года, более половины временных переселенцев уезжали в другие регионы Украины. Из 1,45 млн переселенцев тогда 991,5 тысячи отправились в Россию, 126,4 тысячи – в Беларусь, 71,3 тысячи – в Польшу, 6,8 тысячи — в Молдову, 6 тысяч – в Венгрию. Но многие вернулись на родину.

Александр Лукашенко говорил в 2016 году о 160 и даже 170 тысячах беженцев из Украины, однако это оказалось большим преувеличением: таково было общее количество украинцев, которые с начала конфликта приезжали в Беларусь, в их число входили и те, кто позже уехал обратно, и просто трудовые мигранты.

Больше всего мигрантов из Украины Белстат фиксировал в 2015 году – 10,6 тысячи человек (при 7,8 тысячи из России). Убежища в Беларуси или дополнительной защиты с 2014 до первой половины 2018 года попросили только 3 318 украинских граждан, получили – 2 690.

О каких-то значительных конфликтах между белорусами и переселенцами из Украины не сообщалось, да и разница в культуре и традициях белорусов и украинцев незначительная.

Европейский миграционный кризис, пик в 2015 году

Этот кризис приобрел гораздо большие масштабы и длился все «десятые» годы. Пик пришелся на 2015 год, когда за убежищем в Евросоюзе обратились свыше 1,3 млн человек (основная масса – в Германию). Это был крупнейший миграционный кризис в Европе со времени Второй мировой войны.

Причины побега, страны происхождения и пути миграции были разные. В 2015 году 32,2% беженцев были из Сирии, 15,2 % – из Афганистана, 11,6% – из Ирака, но отмечаличь и значительные доли беженцев из Албании, Эритреи, Ирана, Косово, Нигерии, Пакистана… Основная часть переплывала Средиземное море на лодках (наиболее – из Турции в Грецию), в Средиземном море утонули 2 889 человек, в Эгейском – 731.

К таким масштабам и темпам миграции в Европе многие оказались не готовы. А немецкий канцлер Ангела Меркель тогда решила принимать мигрантов в Германии независимо от того, в какую страну Евросоюза они пришли сначала. Решение принять 1 миллион мигрантов до сих пор остается для немцев спорным. Кризис не привел к значительному росту преступности в Германии, а экономисты говорят о позитивном эффекте приема мигрантов для экономики.

Побег чеченцев через Беларусь, пик в 2016 году

Режим Рамзана Кадырова в Чечне, в Российской Федерации, брутально относится к инакомыслящим, жертвам домашнего насилия, ЛГБТ-сообществу. Сообщают и о пытках, и об убийствах. Многим приходится убегать не только из Чечни, но и из России, так как их преследуют по всей федерации. В 2016 году чеченцы стали массово пытаться убежать через Беларусь в Польшу и дальше на Запад. Тысячи людей собрались в Бресте и раз за разом ходили на польскую границу с просьбами пустить их, и каждый раз они получали отказы – пропускали единичных мигрантов.

Тогда говорили, что этот кризис – «тест на толерантность» для белорусов: пока одни побаивались людей непонятной культуры, другие помогали мигрантам едой и одеждой. Власти Беларуси и России, а также организации вроде Красного Креста, практически не реагировали на кризис. Белорусские правозащитники говорили, что к мигрантам неоднократно наведывались чеченские силовики. Кризис не остановился сам собой, но со временем стал более «незаметен». А чеченские мигранты ездили в Брест и в 2019 году – фактически, до самого закрытия границ в связи с коронавирусом (из-за пандемии на границе на несколько дней остановились паломники-хасиды, но обошлось без трагедий). В Беларуси основная масса чеченцев не чувствует себя в безопасности, хотя некоторые и селятся на белорусских землях.

Американский караван, 2018 год

Мигранты из бедных стран Центральной и Южной Америки едва ли не всегда пытались попасть в Соединенные Штаты – зажиточную страну, фактически построенную мигрантами из Европы. Штаты не принимали всех желающих, а одним из главных лозунгов президента Дональда Трампа было «построить стену» на границе и даже заставить Мексику заплатить за нее.

В 2018 году в Гондурасе собрался караван из 160 мигрантов, который по дороге разросся до нескольких тысяч человек. Путь к границе Мексики с США составил более 4000 км, поэтому точное количество мигрантов оценить сложно: одни отставали, другие присоединялись.

Тема того каравана была особенно острая для США, так как мигранты пришли к границе во время промежуточных выборов в Сенат и Палату представителей. Штаты усилили охрану границы, но самой границы не закрывали, а потихоньку принимали заявления на убежище от мигрантов. Правозащитники критиковали практики, которые применяли в США: разлучение семей и отлучение детей от родителей, насильственное отжимание мигрантов от границы, ограничения в подаче заявлений. Были и стычки между мигрантами и мексиканской полицией.

С течением времени караван рассеялся: те, кто не смогли попасть в США осенью 2018 года, продолжили попытки перейти границу меньшими группами. Но новые караваны собрались в январе 2021 года, приблизились к США в октябре.

Кризис Эрдогана, 2020–2021 годы

Глава Турции Реджеп Тайип Эрдоган в конце февраля 2020 года пошел на конфликт с Евросоюзом: заявил, что «открыл двери» мигрантам, так как «Евросоюз не выполнил своих обещаний», которые давал в рамках договора, чтобы остановить миграционный кризис 2015–2016 годов. Эрдоган говорил о 18 тысячах беженцев и возможности роста их численности до 30 тысяч, а потом турецкие власти заявляли и о 100 тысячах беженцев, и о миллионах.

Начались столкновения мигрантов с полицией Греции, споры европейских и турецких политиков. Однако количество мигрантов оказалось преувеличенным: к августу границу Турции с Грецией перешли 9 700 человек, 289 человек прибыли на Кипр, в Италию попали 275, в Болгарию – 11. Поток резко уменьшился из-за пандемии коронавируса.

В 2021 году Эрдоган продолжает вести споры с Европой по поводу мигрантов, сейчас он упоминает преимущественно афганцев, которые убегают от захвативших власть в Афганистане террористов «Талибана». В Турции, согласно официальным данным, остается около 4 или 5 млн мигрантов, в основном из Сирии. Оппозиция заявляет, что мигрантов вдвое больше, и протестует против того, что беженцев вообще пускают в Турцию. Антимигрантские настроения начинают занимать центральное место в турецкой политике, а выхода из кризиса пока не наблюдается. Эрдоган же хочет получить, как и в 2016 году, финансовую и другую поддержку. Речь идет о нескольких миллиардах долларов.

АА/ИР belsat.eu