Ударный дрон "Охотник": зачем армия торопит ВПК ускорить его поставки

Виктор Кузовков Член коллегии Военно-промышленной комиссии Сергей Смирнов в своем интервью РИА-Новости заявил, буквально, следующее: «Действительно, сформулирован запрос Минобороны к промышленности ускорить проведение опытно-конструкторских работ, сдвинуть начало поставок влево». От этой новости, если откровенно, повеяло тревогой. Ощутимо так, сильно повеяло. Хотя на первый взгляд все, вроде бы, отлично – армия станет сильнее, промышленность получит новые заказы, рабочие будут уверенно смотреть в завтрашний день… Стоп. Вот насчет последнего «все не так однозначно». Чтобы понять, на чем базируется тревога автора, давайте сначала попытаемся разобраться в том, что из себя представляет упомянутый беспилотник. А заодно попробуем отделить информационных мух от котлет, а то за последнее время там уже такого понамешано… Итак, начнем с того, что С-70 «Охотник» это в чистом виде ударный беспилотник большого радиуса действия, выполненный по технологии малой радиолокационной заметности. Главное, даже фактически единственное, предназначение этих беспилотных дронов – уничтожение средств ПВО противника, скрытное проникновение сквозь ПВО и уничтожение важных военных целей, в том числе штабов, узлов связи, складов вооружений, аэродромов и военных баз различного назначения. Да, при желании его можно приспособить и для сопровождения истребителей, и для опрыскивания огородов от вредителей, но КПД такой совершенной и дорогой «игрушки» (а в таком случае он станет именно игрушкой) в этом случае будет стремиться к нулю. Нет, это именно ударный беспилотный самолет, буквально «заточенный» под выполнение сложнейших миссий в оперативной (а при желании и стратегической) глубине противника. И просьба ускорить его поставки в войска может означать только одно – в МО не просто готовятся к войне, но и примерно знают сроки её начала. И аналитики, работающие с этой информацией, вдруг поняли, что поставки С-70 в 2025 году могут и запоздать – война либо уже начнется, либо к её началу количество поставленных в войска ударных беспилотников такого типа будет слишком незначительным. Да, разумеется, автор этих строк уже читал объяснение военного обозревателя ТАСС Виктора Литовкина о том, почему вдруг Минобороны заспешило с поставками С-70. По его мнению, это потребовалось для обучения экипажей и наземных операторов. Дескать, невозможно обучать пилотов Су-57, с которыми «Охотник» должен летать в связке, и наземные расчеты пунктов управления, не имея самих дронов. И на первый взгляд, тут есть зерно истины… И все-таки позволю себе не согласиться с уважаемым обозревателем. Год – слишком небольшой срок, когда речь идет об обучении. Нет, разумеется, если бы речь шла о паре десятков поршневых самолетов для военных училищ, то можно было бы обратиться к поставщику с просьбой чуть-чуть ускориться, ибо цена вопроса не так велика. Но когда речь идет о таких дорогих и сложных системах, которые, к тому же, еще даже не испытаны до конца, вряд ли кто-то станет спешить без очень серьезной причины. К тому же, серийные поставки самого истребителя пятого поколения Су-57 только начались, и к 2024 году мы, в лучшем случае, получим пару более-менее боеготовых истребительных полков, пилоты которых только завершили процесс переучивания на новые машины. Что, так срочно нужно научить пилотов пользоваться не отработанной пока методикой полетов с беспилотными ведомыми? Нет, просто поверьте – в нормальной ситуации никто не стал бы пороть горячку из-за одного года. А значит, ситуация не совсем нормальна. Значит, мы действительно готовимся в военному конфликту, который, по мнению военных аналитиков Кремля, должен случиться примерно в 2025-2026 годах. С кем может быть этот конфликт? Разумеется, один вероятный противник у всех на устах, и все-таки давайте попробуем подумать… С-70 это очень сложное и совершенное устройство, боевые возможности которого явно избыточны для так называемых «конфликтов низкой интенсивности». То есть, даже для операции вроде сирийской он не очень нужен – как показывает практика, там вполне хватает и обычной пилотируемой авиации в связке с существующими серийными БПЛА. То есть, это не «горячая точка» внутри страны, вроде Чечни, и даже не что-то более масштабное, вроде вторжения талибов в государства Средней Азии – эти варианты вполне «операбельны» существующими средствами воздушного нападения, и никто из-за такой угрозы не стал бы перекраивать планы перевооружения наших ВКС. Для того, чтобы дроны типа «Охотника» были востребованы, нужен противник посерьезнее. Хотя бы вроде Украины, располагающей не самой новой, но все-таки довольно масштабной системой ПВО с десятками ЗРК различных типов. В этом случае применение ударного стелс-беспилотника будет, безусловно, оправдано – оно позволить и эффективнее решать боевые задачи, и сократить, при этом, крайне болезненные потери в пилотируемой авиации. Ну а если добавить, что в случае начала полномасштабного конфликта на Украине и НАТО вряд ли останется в стороне, станет очевидным, что сфера применения ударных беспилотников такой сложности и мощи может стремительно расшириться. И весьма вероятно, что в конфликте с таким противником некоторые задачи могут быть решены только такими совершенными боевыми машинами, как «Охотник». То есть, это уже становится критическим условием успешного (или хотя бы относительно успешного) развития конфликта. А раз так, то и спешка российского Минобороны становится не просто понятной, но и вполне оправданной. Наверное, в данной оценке много субъективного, но проблема в том, что другие просто хромают на все четыре ноги. Тот же Виктор Литовкин, рассуждающий о роях С-70, во главе которых будет Су-57, иногда приводит цифры, от которых, вероятно, волосы дыбом встают не только у военных, но и у министров. В частности, он говорит о том, что на каждый Су-57 должно приходиться по 5-8 С-70. Довольно безумное для нашего бюджета расточительство получается, ибо «Охотник» хоть очевидно дешевле Су-57, но все-таки по цене вполне сопоставим с истребителем четвертого поколения. И если мы все-таки предполагаем закупку нескольких сотен Су-57 (на данный момент, правда, есть заказ всего на 70 штук, но он явно не последний), то «Охотников» нам потребуется несколько тысяч? Да и полеты «на удалении 10 тысяч километров» при заявленной дальности С-70 в шесть тысяч тоже выглядят немного фантастическим допущением эксперта. Использование «Охотника» в качестве разведчика и целеуказателя тоже из разряда фантазий, уж очень он для этого дорог. И, опять же, вряд ли в этом есть такая острая и срочная необходимость, чтобы Минобороны решило хотя бы на год сократить сроки испытаний и развертывания серийного производства. То есть, версия подготовки к масштабному конфликту с очень серьезным противником остается единственной, не грешащей совсем уж откровенными ляпами и несуразицами. И это, конечно, очень печально – лично я очень рад тому, что наша армия становится сильнее, но большой войны все-таки хотелось бы избежать… Правда, есть еще одна интересная версия. А что, если эта новость – дезинформация? Часть некоего хитрого плана, цель которого либо намекнуть американцам, что нам все известно про их коварство, либо чуть-чуть припугнуть их и заставить активнее заботиться об обороне и запустить еще пару витков гонки вооружений, от которой Америка, как все мы «совершенно точно» знаем, обязательно вот-вот надорвет живот… Разумеется, точного ответа на этот вопрос мы не получим. Во всяком случае, сейчас. А в будущем... А в будущем, примерно в 2024 году, начинайте-ка вы, сограждане, сушить сухари. Потому что «Охотник» это очень хорошо, правда. Но и сухари в качестве личного стратегического резерва нас еще никогда не подводили…