Географически-террористическая трансгендерность
Абдулак Анзоров (крайний справа)
Добрый вечер, дорогие друзья, а давайте-ка сегодня поговорим об одной удивительной природной аномалии – террористической трансгендерности.
Сие примечательное явление существует в информационном пространстве нашей вечно терзаемой конфликтами планетки уже достаточно давно, но именно сейчас оно проявилось во всей красе. О чём это я? Вот о чём.
Как уже всем известно, на днях в пригороде Парижа был убит преподаватель Самюэль Пати сорока семи лет от роду – убит весьма зверски. Сейчас французские СМИ так или иначе пытаются разгонять шумиху вокруг его убийцы – восемнадцатилетнего беженца из России с чеченским происхождением.
Но я буду называть его просто француз Абдулак. Потому что в Чечне этот террорист бывал всего один раз в несознательном возрасте, и с семьёй уехал во Францию ещё ребёнком. Он вырос во Франции, учился во Франции, впитывал в себя Францию, и, в общем-то, ни к России, ни к Чечне не имеет особого отношения. Да и незадолго до теракта получил вид на жительство во Франции, будучи до этого в статусе беженца.
Честно говоря, хорошо, что он сбежал из нашего Мордора: французы-то теперь оценят его подвиги по достоинству.
Для французских СМИ просто удобно разгонять образ чеченского рашентеррориста, так как уже даже Макрон заявил, что произошедшее было исламистским терактом. Не навесить сюда ассоциативных связей с Россией – просто грех для любого свободолюбца.
Француз Абдулак является на сегодняшний день наиболее свежим примером географически-террористической трансгендерности. Это в России будущий француз Абдулак был гонимой злыми российскими властями жертвой, как и вся его (арестованная на данный момент) семья – которую, как я подозреваю, в конце девяностых те же французские СМИ могли бы обозвать «борцами за свободу». И его с упоением спасали европейские правозащитники. А вот во Франции Абдулак стал вдруг исламистским террористом.
Это в России для чеченских боевиков было одно определение у всего Запада: «повстанцы» и «борцы за свободу», угнетаемые невыносимым российским режимом.
Как и в Сирии люди, которые вырезали христианские деревни, курдов, уничтожали религиозные памятники, казнили пленных и сжигали мирных людей заживо – просто мирные «борцы за свободу», угнетаемые невыносимым асадовским режимом.
Как и в Ливии резвящиеся террористы – всего лишь «борцы за свободу», угнетаемые… хотя, думаю, вы уже поняли – в определённых географических точках любой убийца, нелюдь и нежить неизменно является «борцом за свободу» и «жертвой режима». И его угнетает буквально всё, что по случайному совпадению мешает интересам Запада в этом регионе.
Но! Когда эти несчастные жертвы свободы приезжают во Францию, Германию и прочие Европы, продолжая заниматься тем же, чем занимались и на родине – они вдруг странным образом становятся исламистскими террористами, убийцами и насильниками.
Фантастика, не правда ли?
Как Европа меняет людей, боже мой, страшно жить.
Да что уж говорить: даже когда несчастные беженцы, застрявшие на греческих островах, начали этим летом жечь свои же лагеря, чтобы их как можно скорее отправили прямиком в Германию – ведь задумайтесь. Там, на греческих островах, для митингующих за их ввоз немцев они были несчастными беременными старушками, кормящими детьми и голодными женщинами, но! Стоило этим бедным беременным старушкам пересечь границу Германии, как они прямо на глазах превратились в крепких двадцатипятилетних бородачей, жаждущих немецких пособий и немецких женщин.
А если говорить серьёзно, данная природная аномалия, разгоняемая западными СМИ, и убила весь европейский иммунитет: вливая в головы своим же гражданам образы смуглоликих угнетаемых «борцов за свободу» и страдающих беременных старушек, европейские власти вдруг получили странный эффект того, что сами эти граждане теперь требуют от властей пустить угнетённых в их европейские страны. Да, таких граждан меньшинство, но как раз оно, как извечно выступающее «за всё свободное, против всего угнетающего», оказалось наиболее голосистым и шумным.
И, разумеется, это меньшинство «за всё свободное, против всего угнетающего» весьма эффективно заставило заткнуться страдающее от беженцев большинство, которое всего-навсего хотело тихонько жить.
А страдающие всё продолжают и продолжают прибывать в их европейские страны, и из жертв тоталитарных режимов они превращаются в террористов.
И чем дальше европейские СМИ будут давить на педаль газа этой вот удивительной географически-террористической трансгендерности, тем скорее Европа врежется в новые Тёмные века.
Собственно, повлиять на этот процесс извне невозможно: просто тихонько постоим в сторонке, нежно гладя свои ракеты, лелея энергетическую независимость и ухаживая за набирающими силу процессами импортозамещения. В общем, будем активно любить страну и ускоренными темпами строить независимость. Потому что как бы мы ни ныли, что в девяностые зависеть от Запада было очень плохо, факт в том, что зависеть от бородачей, которые скоро подгребут Европу под себя, будет ещё хуже.
Одно в этой удивительной природной аномалии я уяснила для себя точно: отдыхать только в России. А то как-то эти ваши Европы нехорошо влияют на людей: не успел человек даже толком обосноваться, а уже то насильник, то исламистский террорист…
Ну его. Страшное всё-таки место.