Ректор Болгарской исламской академии: «Кул Шариф» — не мечеть, а музей
Ректор Болгарской исламской академии Рафик Мухаметшин в беседе с корреспондентом EADaily пояснил, почему в центре Казани нужно построить соборную мечеть на 10 тысяч человек.
«Строительство в центре Казани соборной мечети на 10 тысяч человек — вовсе не реализация каких-то амбициозных планов властей Татарстана, как сейчас любят рассуждать в прессе и в социальных сетях. Просто республике и городу Казани необходима большая мечеть. У нас в республике проводятся исламские мероприятия не только для населения, но и для татар, которые приезжают в Татарстан из других регионов России, а также из-за рубежа. Им надо собираться вместе, молиться. Возникла обыденная потребность в большой мечети. Мечеть на десять тысяч человек — не так уж и много. В Махачкале сейчас строят большой исламский центр имени пророка Исы. По моей информации, мечеть в этом центре будет вмещать до пятидесяти тысяч человек», — заявил Мухаметшин.
По его словам, в Татарстане, в отличие от Дагестана или Чечни, нет соборной мечети. «Мечеть „Кул Шариф“ в Казанском кремле соборной мечетью считаться не может. У „Кул Шарифа“ особый статус. Он является частью государственного музея-заповедника „Казанский кремль“, работает как музей — строго по часам, по праздникам он закрыт. В „Кул Шарифе“ вмещается всего около двух тысяч молящихся. Этого очень мало», — говорит ректор Болгарской исламской академии.
EADaily напоминает, в 1995 году президент Татарстана Минтимер Шаймиев подписал указ о строительстве в Казанском кремле мечети в честь Сеида Кул Шарифа — военного и религиозного деятеля Казанского ханства, руководителя обороны Казани от русских войск во время похода Ивана Грозного в 1552 году. Согласно историческим данным, возглавляемый Кул Шарифом отряд «смертников» оказывал русским войскам наиболее ожесточенное сопротивление. «Смертники» призывали жителей ханства умереть, но не покориться «гяурам», чем усугубляли ответные меры со стороны осаждавших и подвергали Казань все большим разрушениям обстрелами русской артиллерии. Как известно, исход осады решил подземный подрыв казанских укреплений, вызвавший в столице ханства обширные разрушения.
Мечеть открыли в 2005 году, к 1000- летию Казани. Как сообщали СМИ Татарстана, «Кул Шариф» должен был стать точной копией Соборной мечети Казани, разрушенной при осаде города в 1552 году. В действительности же «Кул Шариф» типичный «новодел». У Соборной мечети было восемь минаретов, у «Кул Шарифа» четыре — по числу зубцов на головном уборе казанских ханов. Архитектурная композиция выполнена в форме тюркской юрты, что также было не свойственно зодчим Казанского ханства. После открытия «Кул Шарифа» властями республики было оговорено: для молитвенных собраний мечеть будет открыта только на Ураза-байрам и Курбан-байрам, а в остальное время будет работать как музей — со строго отведенными часами работы, платными входными билетами и санитарным днем. В традиционной мусульманской практике мусульмане должны собираться в мечети для общей молитвы каждую пятницу. В остальные дни недели мечеть должна быть открыта в любое время суток, чтобы каждый желающий мусульманин мог совершить в ней вечерний или ночной намаз. Взымание за вход в мечеть платы в исламской практике строжайше запрещено, поэтому устройство в «Кул Шарифе» музея — грубое нарушение традиционных предписаний ислама.
«Кул Шариф» построили в двух шагах от православного Благовещенского собора, что также противоречит догмам ислама. Обычно в средневековых мусульманских государствах, где присутствовало христианское население, храмы и мечети находились на значительном расстоянии друг от друга — как это, в частности, было в столице Золотой Орды Сарае. Традиция не ставить в предельной близости друг от друга мечеть, храм или синагогу берет начало от хадиса (устного предания из жизни пророка Мухаммеда и первых халифов — EADaily) о том, как халиф Умар ибн Хаттаб, покорив Иерусалим, отказался там строить мечеть на месте христианского храма. Со времен жившего в VII веке халифа Умара культовые места разных религиозных общин Иерусалима локализовывались в отдельных кварталах, отведенных христианам, мусульманам и иудеям для проживания.
«Кул Шариф» построили с нарушением не только норм средневекового межрелигиозного диалога, но и общечеловеческой морали — на месте православного кладбища. При выборе площадки для строительства мечети не удалось установить точного местоположения ханской Соборной мечети. Котлован под будущий «Кул Шариф» рыли «из соображений целесообразности» — на месте закрытого в правление Екатерины II и впоследствии демонтированного Троицкого монастыря. При земляных работах были откопаны гробы. Национал-сепаратистская организация «Татарский общественный центр» объявила эти гробы «останками защитников Казанского ханства от царских войск» — при том, что мусульман хоронят не в гробу, а на носилках, завернутыми в саван. Найденные христианские останки без каких- то ритуальных церемоний сбросили в грузовики и с большой помпой увезли на мусульманское Старо-Татарское кладбище Казани, где сбросили в общую могилу. Несколько лет подвергшийся надругательству прах православных казанцев лежал под безымянной доской. Потом на этом месте поставили памятник с эпитафией в честь безымянных защитников Казани от русских войск. Очевидно, что под этим памятником в честь «безымянных мусульман» лежат или монахи Троицкого монастыря, или православные благотворители закрытой в XVIII веке обители.
Муса Ибрагимбеков, специально для EADaily