«Всё должно сойтись, чтобы показывать такие секунды»
В российской легкой атлетике завершился зимний сезон, проходивший в закрытых помещениях с января по первую неделю марта. Два последних старта состоялись в Москве. На прошлой неделе там был чемпионат России, а на этой — финал серии «Снежная королева». В беге на 60 м с барьерами чемпионат России выиграл Артем Макаренко, лучший отечественный спортсмен в этой дисциплине в последние годы — прошлым летом он на дистанции 110 м с барьерами выиграл Игры БРИКС в Казани и чемпионат России в Екатеринбурге.
Но на финале «Снежной королевы» 27-летний спортсмен остался без медалей из-за проблем со здоровьем накануне старта. В интервью «Известиям» Макаренко подвел итоги прошедшего зимнего сезона, оценил уровень соревнований в стране, объяснил проблемы с мотивацией в предыдущие годы, а также высказался о возможности скорого возвращения на международную арену и прокомментировал кризис главной российской звезды бега с барьерами чемпиона мира 2015 года Сергея Шубенкова.
«Почти все забеги, на которые выходил, бежал быстро»
— Болезнь стала причиной того, что на финале серии «Снежная королева» не попали в тройку?
— Да, заболел очень сильно. За день до забега валялся с температурой 38,5 градуса. С утра уже решал, выходить ли на старт. В этот момент чуть легче стало, поэтому в итоге пробежал дистанцию. Но в последние дни было очень тяжело, поэтому в этом старте вообще без шансов что-то выиграть.
— С учетом состояния вы еще неплохо выступили.
— Лучше тогда вообще не ехать и не выступать. Но, как обычно, думаешь, что всё будет хорошо. Однако чудес не бывает, к сожалению.
— В следующий раз при таких обстоятельствах будете сниматься со старта?
— Скорее... Опять же это финал. Деньги на кону. И вроде бы один бег всего. Поэтому можно... В общем, нет (улыбается).
— В целом довольны завершившимся зимним сезоном?
— Отличный он получился, я считаю. Плотность результатов возросла. В районе 7,55 секунды. Почти все забеги, на которые выходил, бежал быстро. Доволен этим. К сожалению, концовка подвела — буквально недели не хватило организму дотерпеть.
— Вас устраивает то время, которое вы показали в зимний сезон?
— Планы на этот зимний сезон были грандиозные — приблизиться к рекорду страны (7,44 секунды. — «Известия»), попытаться 7,50 хотя бы разменять, почувствовать ощущения от такого. К сожалению, всё рядом, но не удается достичь цели.
— Свои результаты прошедшей зимой можете назвать оптимальными?
— В целом да. Радует плотность этих результатов. Что такой результат мной не один раз достигается. Каждый старт — это 7,52 секунды; 7,56; 7,54; 7,55. До этого у меня был личный рекорд 7,55. Второй результат — 7,62. С тех пор я в целом очень сильно добавил в качестве. И, наверно, из этого качества можно ожидать какой-то прорыв до секунд после 7,40. Но здесь нужен день и нужно место, чтобы всё срослось. На достижение такого рода результатов, к сожалению, очень много факторов влияет. И всё должно сойтись, чтобы показывать такие секунды.
— Что влияет и что должно сойтись?
— Не знаю. Одно дело, когда ты просто бегаешь плотно и быстро, но у тебя результаты, которые в сезоне показывают единицы среди участников. Причем ребята, которые более удачливы в нашей дисциплине за счет своих особенностей, меня закаляют в определенном смысле. То есть нужна большая плотность результатов среди участников. Возможно, не хватает новых эмоций, новых картинок, новых соревнований, нового манежа. Это один из моментов.
— Вы имеете в виду возвращение на международную арену? Или говорите про разнообразие внутренних стартов?
— И то и другое. Если говорить про внутренний календарь, то у нас же здесь всё крутится в одном и том же месте. Одни манежи, одни лица — наверно, всё это приедается. В таких реалиях тяжело найти максимальную искру.
— В этом смысле совсем нет перемен в лучшую сторону?
— Ну почему же. В прошлом году мы уже второе лето подряд бегали на Никольской в Москве — хороший забег был организован. Но это лето, нестандартная для этого времени года дистанция в 60 м с барьерами. Было круто в плане шоу, но со спортивной точки зрения тяжело что-то говорить об этом. А так хотелось бы побольше стартов и летом, и зимой. Какие-то новые краски увидеть. Ну и, конечно, возвращение на международные старты было бы очень кстати.
— На летний сезон какие цели?
— Так же реализовать себя как минимум в плане плотности результатов, как это зимой получилось. На летней дистанции в 110 м с барьерами приблизиться к ровному бегу в районе 13,3 секунды. И уже от этого ждать свой личный рекорд.
«Возраст нас быстрее не делает»
— У вас есть объяснение, что происходит с Сергеем Шубенковым, который в последние сезоны показывает не очень хорошие результаты?
— Да старичок он, что там говорить... Старичок (улыбается). Он 1991 года рождения, я — 1997-го. Возраст нас быстрее не делает, к сожалению.
— Спихиваете его постепенно с вершины?
— Я этого не делаю. Скорее он сам себя спихивает (смеется).
— К летнему сезону он сможет набрать форму? Стоит его опасаться?
— Нет. Давайте быть объективными (улыбается).
— Следите за высказываниями международных спортивных чиновников касательно возможности разбана россиян?
— Не думаю об этом от слова «совсем». Не читаю эти высказывания — мне сейчас настолько плевать, что вообще... 10 лет уже прошло с момента отстранения российских легкоатлетов. Мне что, спустя 10 лет смотреть и слушать, кто что говорит?
— Но вы же попадали на международные старты в нейтральном статусе.
— Ну пару лет было, в 2019–2020 годах. Совсем частично туда удавалось попасть.
«Наши старты стали интересны и в плане финансов, и в плане результатов»
— Вы сказали, что уже 10 лет прошло с момента отстранения легкоатлетов. Но при этом санкции в отношении ВФЛА, которые были из-за обвинений в допинге, истекли в 2023 году. То есть сейчас вы не выступаете на международной арене на общих основаниях с остальными российскими спортсменами, забаненными после февраля 2022 года.
— Да, сейчас глобально мы можем ехать на соревнования, если организаторы не против. Тогда ты можешь заявиться и выступать. Другой вопрос, что не против ли организаторы. И заявят ли тебя. Тут многое зависит от организатора, от принимающей стороны. Допустим, в марте зимний чемпионат мира по легкой атлетике будет в Китае. Может быть, туда проще было бы заявиться. В Европу-то, наверно, точно без шансов.
— Следите за соревнованиями барьеристов на Олимпийских играх и чемпионатах мира? Есть понимание, как долго надо будет дотягиваться до уровня лидеров, когда вернетесь на международную арену?
— Да не знаю. Если сравнивать с теми немногочисленными международными стартами, в которых я участвовал, то там ощущал себя максимально круто. И были реально хорошие эмоции, которые приводили к результату. Сейчас определенный промежуток времени понадобится, чтобы вернуться к этому. Всё должно быть постепенно, а не так, чтобы тебе позвонили и сказали, что можно ехать. А уже разгар сезона, и нужно срочно менять весь свой график. У меня так было почти со всеми международными стартами, когда допуск приходил посреди сезона, а до этого было непонятное состояние — поедешь или не поедешь. Хочется обо всем знать заранее и планомерно готовиться к главным стартам.
— Насколько заранее вам нужно знать, что поедете?
— Если зимний сезон идет с января по конец марта, то в октябре мы начинаем подготовку. И по-хорошему ты уже тогда должен понимать, какие планы тебе строить, как тренироваться. Так же и с летом — календарь следующего года обычно известен в октябре-ноябре. И ты в это время должен знать, к чему готовишься.
— Насколько внутренние старты в последние годы позволяют держать свой уровень?
— В прошлом году по психологии получилось немножко приподняться. А вот 2021–2022 годы были максимально упадочными. Наверно, желания никакого не было. Потом я перешел на барьеры (раньше Макаренко выступал в многоборье. — «Известия»). И как-то удалось найти для себя новые цели и мотивации и продолжить тренироваться.
— Почему ранее не было желания?
— Да не знаю! Просто наскучило это всё. У нас в это время были достаточно скудные сезоны. Три старта летом, три зимой. Готовишься целый год, чтобы опять выступать на чемпионате России в Чебоксарах или на Кубке России в Сочи. Всё одно и то же — как-то это поднадоело. А в 2023–2024 годах стартов стало больше, появились призовые. В принципе теперь наши старты стали интересны и в плане финансов, и в плане результатов — в некоторых дисциплинах, не во всех. Но стало лучше. Жаль, что раньше этого всего не было. Спасло бы мне пару лет (смеется).