Мне за свою работу не стыдно
Мы часто рассказываем о становлении министров финансов, которые сегодня определяют финансовую политику регионов страны. А вот живое общение с представителем старой школы уже большая редкость. Финансист из столицы Мордовии — города Саранска Надежда Александровна Гундерина 5 октября этого года отметит свое 88-летие. И из 53 лет трудового стажа более 35 она посвятила финансам.
— Надежда Александровна, вы родились за пять лет до начала Великой Отечественной войны. Что-то запомнилось из того времени?
— В детстве, юности все воспринимается проще. Конечно, война отразилась на всех семьях Советского Союза, но в наш дом беда пришла еще раньше. Мой отец был начальником Казанской железной дороги. Когда мне был год, его арестовали по ложному обвинению и сослали на Колыму. Тогда мать вернулась из Казани в Чувашию, в родной Канаш. Сначала она работала санитаркой в больнице, а потом смогла окончить фельдшерско-акушерскую школу и всю войну помогала раненым в госпитале.
Отец вернулся из лагеря уже после войны, в 1947 году. Он смог найти в себе силы бороться за справедливость и инициировал повторное расследование своего дела, которое подтвердило, что его оговорили. Арест и заключение были признаны незаконными. Кстати, отцу даже предлагали потом вступить в партию, но он отказался. Он устроился в школу, преподавал уроки труда.
#489215_300#
— Вы остались жить в Канаше?
— Все верно. В Чувашии я окончила школу, а затем с отличием финансовый техникум.
— Для 1950-х годов это не был экстравагантный выбор профессии?
— Конечно, в большинстве своем молодежь мечтала о другом: быть врачами, учителями, летчиками, строителями. В 1953 году пленум ЦК коммунистической партии поставил вопрос о необходимости подъема сельского хозяйства. И мы всем классом решили поступать в сельхозинститут. Поехали в Чебоксары. Конкурс был такой, что я по баллам не попала на агрофак, но прошла на зоофак. Через полгода учебы нас повезли на селекционную станцию, чтобы показать, с чем придется в будущем работать. Я поняла, что не смогу этим заниматься, и бросила институт.
Только в то время сидеть дома на шее родителей было не принято. Так что финансовый техникум — спонтанный выбор. Мне стало стыдно, что все учатся, а я сижу дома. Но оказалось, что финансы — это удивительно интересно. Я со школы любила именно точные науки, поэтому финансовое направление пошло у меня хорошо. Так как я окончила техникум с отличием, меня без экзаменов приняли в Казанский финансово-экономический институт.
#489173_300_d#
— Но после окончания вуза на работу вы вышли не в Татарстане, не в Чувашии, а в Мордовии. Как так получилось?
— Когда мы сдавали госэкзамены в институте, председателем экзаменационной комиссии выступил министр финансов МАССР С. Г. Есин. Ему были нужны молодые финансисты в Мордовию, и он приехал посмотреть выпускников. Семен Григорьевич предложил работу у себя пяти молодым специалистам, в их числе была и я.
Когда мы приехали в Мордовию, начальник отдела кадров Минфина распределил молодых специалистов по районам. Меня направили в Темников. В темниковском райфинотделе я проработала более пяти лет старшим инспектором госдоходов. И только после этой бесценной практики уже при другом министре перешла на работу в Министерство финансов МАССР.
Сначала работала старшим инспектором отдела бюджета. Когда министр был переведен в Госбанк, а новым министром финансов стал Н. И. Лаврентьев, ранее возглавлявший Госбанк, я стала его помощником. Курировала первый отдел, все инструкции, подготовку докладов министра, но, главное, я входила в группы контрольно-ревизионного управления. Мы выезжали в том числе на проверки жалоб, которые поступали в ведомство. Это была очень интересная работа. Оказалось, что у меня есть настоящий нюх на жуликов. А может быть, я просто хорошо училась в вузе... Например, в институте у нас буквально полгода преподавали промышленно-гражданское строительство. Но чего там только не было: как начинается кладка кирпича, как правильно класть штукатурку и так далее. Тогда казалось, а зачем это знание финансисту, но как же оно помогло в работе.
Когда выходила на проверку, я цеплялась за что-то, как нас учили. Например, проводка выглядит сомнительной, надо смотреть внимательно, в чем тут дело. Мы выявляли много разных нарушений, поэтому нас боялись.
Мне за свою работу не стыдно, хотя однажды я поступила не по закону, а по совести. Расскажу в общих чертах. Предприятию были выделены деньги, но они куда-то исчезли. Директор готовится к выходу на пенсию, человек старой закалки, утверждает, что не брал себе ни копейки, и я ему верю. Выясняется, что все средства забрал райком партии. Основания для передачи денег нет, в проверках райфинотдела тоже ничего нет. То есть у меня два варианта: посадить этого пожилого мужчину или закрыть глаза. Лишь однажды за всю свою трудовую деятельность я выбрала второе и не отразила в документах это нарушение.
Случались в моей работе и курьезы, когда приходилось быть рационализатором. Например, кусок дороги не отразили в плане, а его непременно нужно построить. Деньги есть, но как оформить все по закону, нужно придумать. Еще интереснее случай: в Саранске строили техникум электронных приборов и поставили его задом наперед. Часть, которая расположена на проспекте Ленина, вообще-то должна быть задней. Вся красота осталась во дворе. Как это произошло, разговор отдельный, но вот как выделить дополнительные средства на то, чтобы облагородить заднюю часть, неожиданно для всех ставшую видовой? Пришлось изворачиваться, списывать средства по статье нестандартизированного оборудования.
#489172_300_d#
— Вам явно очень нравилась ваша работа. А почему вы ушли из министерства?
— Через горком партии меня направили в Госстрах, на укрепление кадров. Но, если быть честной, у меня был период, когда я уходила из Минфина в Стройбанк, так как там давали жилье, а потом снова возвращалась. Но, по сути, это все была одна система, всем руководило Министерство финансов, поэтому это были не такие перемены, как может показаться в современной жизни.
Когда посадили трех начальников инспекций Госстраха за присвоение страховых платежей, встал вопрос об усилении кадров. И меня отправили на повышение. Мне удалось ввести строгий контроль за досрочным прекращением договоров. Но это уже были тяжелые времена позднего СССР. Когда мне начали предлагать переводить на меня фонд материального поощрения, чтобы я затем его возвращала конкретным людям, я решила уйти.
— Как складывалась ваша карьера дальше?
— Сначала я работала в объединении «Мордовмелиорация». Здесь моя деятельность уже больше была связана с кадрами, чем с финансами. После выхода на пенсию устроилась администратором столовой нашего института. Провела там инвентаризацию, боролась с воровством поваров, а главное, стала много общаться с молодежью. Помогала студентам готовить курсовые и дипломные работы. Так я проработала 17 «лишних» лет.
Кстати, помимо профессиональной деятельности, в моей жизни всегда было много общественной работы. Я 15 лет была председателем домового комитета, защищала интересы квартиросъемщиков. Много лет проработала председателем ревизионной комиссии районного совета ветеранов войны и труда. Там мои навыки были особенно востребованы.
А еще я воспитала прекрасных детей. Правда, мне немного жаль, что они не пошли по моим стопам. Моя дочка — врач, сын — военный. Но ничего, у меня уже подрастают даже не внуки, а правнуки, кого-нибудь из них я обязательно смогу увлечь финансами.
— В завершение нашего разговора, пожалуйста, дайте напутствие, совет молодым финансистам.
— Цифровизация, новые технологии, постоянные изменения законодательства заставляют молодых специалистов перегружать свой мозг этими знаниями, а я бы посоветовала развивать широкий кругозор. Я уже говорила, как нас учили кладке, штукатурке, проводке. Вам тоже без этого не обойтись.
Подготовила А. Ю. Ольховая