Загадочная история «царских» названий
Среди природных объектов Чувашии прошлого и настоящего выделяются два с «царскими» названиями. Народная молва связывает их происхождение с монаршими особами, побывавшими в нашем крае. Фольклорные источники, как и любые другие, требуют проверки. Рассмотрим исторические предания о Царском дубе и Государевой горе.
Первое рассказывает о дубе, якобы собственноручно посаженном Петром I «на Московском почтовом тракте в Козьмодемьянском уезде» близ Старо-Сундырской почтовой станции (деревня Помекейкин Сундырь, ныне в черте деревни Малый Сундырь Чебоксарского муниципального округа). Широкую известность оно получило во второй половине XIX века. Следует сказать, что царь-реформатор любил сажать деревья. Неудивительно, что предания о посаженных им дубках бытуют в разных регионах страны, а не только в Чувашии, славящейся своими дубравами.
Петровский дуб
Петровский дуб, как писали, высоко возвышал свою главу среди берез вдоль Московско-Казанского почтового тракта. Место, где он рос, обозначалось так: при дороге, не доезжая двух верст (при следовании из Козьмодемьянска), до Старо-Сундырской станции, на 23-й версте от Чебоксар. По описаниям, позади березовой аллеи начинался густой дубовый лес.
Предание о Царском дубе слыло авторитетным настолько, что в декабре 1871 года, накануне 200-летия со дня рождения первого российского императора, Казанское губернское земское собрание поручило своему исполнительному органу сделать распоряжение об устройстве вокруг дуба решетки и установке памятной доски. Уже в 1872 году Козьмодемьянское уездное земство ассигновало необходимую сумму на замену сгнившей решетки вокруг дуба-старожила и изготовление дощечки с надписью: «Посажен Петром I-м».
Благодаря Первой Всероссийской политехнической выставке, работавшей в Москве в мае — сентябре 1872 года, Царский дуб прославился на всю страну. В разделе экспозиции Лесного отдела, рассказывающем о Петре Великом как первом русском лесоводе, была выставлена раскрашенная фотография патриарха лесов. В подписи сообщалось, что это изображение дуба, посаженного Петром I «на почтовой дороге возле Сундырской станции, в Чебоксарском уезде Казанской губернии». Поразительно, как организаторы выставки или казанские деятели могли перепутать село Сундырь Чебоксарского уезда со Старосундырской почтовой станцией — Козьмодемьянского. Доверившись выставочному каталогу, ученый-лесовод Михаил Орлов повторил ошибку в книге по истории лесоразведения в России, изданной в 1895 году. Оттуда она перекочевала в другие издания, запутав потомков. В 1988 году бывший министр лесного хозяйства Чувашской АССР Николай Николаев в книге о лесах Чувашии отчитался, что поиски петровского дуба в окрестностях Мариинского Посада (бывшего села Сундырь) успехом не увенчались, предположив, что он до наших дней не сохранился. А ведь еще в конце XIX века этнограф и краевед Василий Магницкий проверил народное предание на достоверность.
Екатерининский дуб
Впервые у Царского дуба он побывал 10-летним ребенком, запомнив рассказ отца о том, что под деревом обедала (пила чай) Екатерина II. По свидетельству этнографа, дуб-великан был огорожен деревянной решеткой, окрашенной зеленой краской.
Изучив литературу, Магницкий пришел к выводу, что предания, связывающие Царский дуб с именами Петра I и Екатерины II, «не заслуживают вероятия», потому что оба монарха путешествовали по Волге, от которой до Старо-Сундырской почтовой станции около десяти верст.
Нужно сказать, что существуют чувашские предания о Царском дубе, персонажами которых являются те же цари-реформаторы. В 1974 году в деревне Таушкасы Чебоксарского района было записано предание о посещении Екатериной Великой Чебоксар. Не доезжая до одного чувашского селения, говорится в нем, она остановилась на обед под дубом, который сохранился доныне и зовется в народе Патша юманe (Царский дуб). Другое предание рассказывает, что при осмотре Карачуринского леса под Чебоксарами Петра Великого поразил огромный дуб, который могли обхватить руками только шесть человек. Его чуваши стали называть Патша юманe.
Павловский дуб
Магницкий знал предание о том, что близ Царского дуба Павел I по пути в Казань менял лошадей. В его историчности был уверен дядя этнографа Николай Смеловский, священник приходского для Помекейкина Сундыря села Анат-Киняры. Он сообщил племяннику, что, по словам одной чувашской прихожанки, в 1798 году под дубом останавливался Павел I, куда ему с почтовой станции подали сменных лошадей. Слова рассказчицы вызывают доверие, поскольку она доводилась родственницей предку-ямщику, возившему Павла I в Чебоксары. Кроме того, по сведениям Смеловского, во времена Петра I Старо-Сундырской почтовой станции еще не было.
В маршруте павловского путешествия сменная площадка вне почтовой станции не предусматривалась. Вероятно, заметив высокий дуб, император приказал остановиться и осмотрел местную дубраву. Осмотр мог затянуться, поэтому, чтобы не выбиться из графика, было решено не заезжать на почтовую станцию и поменять лошадей на дороге. Известно, что во время путешествия Павел I интересовался корабельными рощами и нашел их в ужасном состоянии. Доклад казанского военного губернатора Бориса Ласси о варварском уничтожении казенных лесов усугубил это впечатление. За «дурное и разоренное» состояние лесов император даже снял с поста казанского вице-губернатора. Желая исправить ситуацию, 26 мая 1798 года в Казани Павел I подписал указ о создании Лесного департамента при Интендантской экспедиции Адмиралтейской коллегии, что положило начало государственному управлению лесами.
Этнограф и краевед не раз бывал у дуба-великана и, оценивая взглядом толщину его ствола с диаметром дубов, посаженных в петровское время, полагал, что лесному патриарху более 300 лет. Следовательно, дуб был старше Петра I на сто с лишним лет (к слову, дуб — памятник природы, произрастающий недалеко от деревни Ильинка Моргаушского муниципального округа, появился на свет за пару десятков лет до рождения императора). Своей известностью, подытожил Магницкий, дуб обязан Павлу I, который вместе со старшими сыновьями 23 мая 1798 года останавливался рядом с ним по дороге в Казань.
К сожалению, для специалистов лесного хозяйства труды этнографа по данному вопросу остались неизвестными. Удивительно, но отдельные краеведы, читавшие их, продолжают связывать Царский дуб с именем Петра I.
Патриарх лесов не пережил XIX век. В 1894 году Казанское губернское земское собрание постановило срубить подгнивший дуб-великан, а на его месте поставить памятник, израсходовав на это до 200 рублей. Сведениями об исполнении постановления мы не располагаем. По-видимому, до второго пункта дело не дошло. К слову, Магницкий считал уместным памятник царю-реформатору поставить в чувашских дубравах, заложенных в годы его правления, а на месте Царского дуба — его правнуку.
Если дуб своим названием обязан Павлу I, почему народные предания связывают его с именами Петра I и Екатерины II? Для исторического фольклора подобное не редкость. Павел I находился на троне неполных пять лет, по известности не мог соперничать с матерью и прадедом, поэтому в народе его имя забылось и было заменено на более громкое и памятное.
Государева гора
Государева (Царицына) гора — памятник природы местного значения, главная историческая достопримечательность Мариинского Посада. Она представляет собой мыс, образованный правым высоким берегом Волги и устьем реки Нижней Сундырки; имеет высоту 195,6 м над уровнем моря. У подошвы Государевой горы бьет множество родников. С ее вершины открываются далекие виды на Волгу и заволжские леса.
Предшественником Мариинского Посада является село Сундырь, которое в 1856 году вместе с соседними деревнями Коновалово, Денисово и Ворошилово было преобразовано в безуездный город (посад). Назван он в честь императрицы Марии Александровны — жены Александра II.
По мнению историков, в далеком прошлом в окрестностях Государевой горы существовало поселение волжских булгар. В первой половине XIX века историк-цивилянин Николай Арцыбышев писал, что недалеко от села Сундыря «находятся едва приметные развалины какого-то древнего города». Вслед за ним это повторил казанский историк Сергей Шпилевский. Языковед Николай Золотницкий писал, что в Казанской губернии имеется 17 селений с названием Сундырь, и почти все расположены близ возвышенностей, служивших сторожевыми пунктами для наблюдения за неприятелем. На это, по его мнению, указывает их общее название, которое с чувашского, татарского и марийского языков переводится как «полка», «полати». Судя по названию, писал ученый, село Сундырь существовало задолго до заселения его русскими, а соседняя гора была сторожевым и сигнальным пунктом. О существовании на Государевой горе сторожевого пункта «во время татарского владычества» говорится в известном географическом справочнике о России Русского географического общества. Казанский историк Николай Спасский писал о том, что на холме, по преданию, находилось «татарское городище».
Полагают, что на рубеже XVI–XVII веков в устье реки Нижней Сундырки возникла Сундырская пустынь (уединенный монастырь). В Смуту, когда Поволжье было охвачено народными восстаниями, обитель подверглась разорению, а к 1614 году прекратила свое существование. На ее месте стали селиться крестьяне-переселенцы и образовалось село Сундырь, которое царь Михаил Федорович в 1624 году пожаловал в вотчину Крутицкому митрополиту. Согласно преданию, бытовавшему среди жителей Мариинского Посада, «гора служила первым поселенцам сторожевым пунктом от набегов инородцев».
Распространенный сюжет
Предания по-разному рассказывают о появлении у горы «царского» названия. Первое связывает его происхождение с путешествием Екатерины Великой по Волге в 1767 году. В 1853-м штатный смотритель Чебоксарского уездного училища Петр Попов со ссылкой на старожилов писал, что с Царицыной горы Екатерина II любовалась левым берегом Волги, покрытым бескрайним лесом. Это самое раннее упоминание о предании.
В летописи Казанско-Богородицкой церкви Мариинского Посада говорится: «Сохраняется предание между старожилами, что с. Сундырь в прошлом столетии посетила императрица Екатерина Великая во время своего путешествия по Волге в Казань. Памятником ее пребывания в Мариинском Посаде служит так называемая «Государева гора», где она останавливалась и с высоты горы любовалась живописностью местности, занимаемой селом, и находящихся по левую сторону р. Волги лесов, тянувшихся на пространство десятков верст». Летопись Мариинско-Посадского Троицкого собора немногословна: «Императрица Екатерина II в проезд свой по Волге всходила на эту гору».
Большую известность получил вариант предания с сюжетом трапезы императрицы. Неизвестный автор брошюры о Мариинском Посаде (1875) со ссылкой на старожилов писал, что во время путешествия по Волге Екатерина II «останавливалась на этой горе кушать, и будто бы долго любовалась живописным местоположением Сундыря». Золотницкому также было известно предание о том, что на Государевой горе императрица «изволила кушать». Напомню, что с сюжетом об остановке императрицы в пути для трапезы мы сталкивались, разбирая предания о Царском дубе. В начале XX века эта версия предания тиражировалась в путеводителях по Волге, справочной и краеведческой литературе.
Альтернативные версии
Другие предания о получении холмом «громкого» имени малоизвестны. «За алтарем главного храма Троицкого собора, — сообщает его церковная летопись, — находится и в настоящее время мукомольная мельница, принадлежащая частному лицу. Прежде же эта мельница была казенною и называлась у простого народа государевою, почему и противоположная гора от этой мельницы стала называться также государевою».
Иного мнения придерживался Магницкий. Говоря об урочищах с аналогичными названиями в Свияжском и Чебоксарском уездах (Государев овраг, Государева гора), краевед писал, что местные жители связывают их происхождение с посещением «царственными особами», однако в действительности они именуются так потому, что служили «межевыми границами земельных угодий, отписанных на «государя».
Документы не подтверждают восхождение Екатерины II на Государеву гору. Камер-фурьерский журнал 1767 года сообщает, что 25 мая, отплыв от Чебоксар, галера императрицы шла без остановок и в девять часов вечера остановилась ниже села Кушниково Чебоксарского уезда, то есть, миновав Сундырь. Здесь, не сходя на берег, государыня «вечернее кушанье изволила кушать и ночевать».
По законам жанра красивая легенда обрастает новыми подробностями. В краеведческой литературе можно прочитать, что собравшиеся на берегу жители Сундыря «так страстно» выражали свою любовь к проплывающей мимо императрице, церковные колокола звонили так громко, что Екатерина II сошла на берег, а сельские богатеи устроили ей обед на «самом видном месте округи». В честь этого события гора получила свое имя. На нашей памяти легенда о Государевой горе дополнилась деталью о чайной серебряной ложечке, которую императрица обронила при чаепитии. В последние годы ложка вдруг превратилась в золотую.
Не горой единой
С династией Романовых, как было сказано, Мариинский Посад связан своим именем, но об этом, на наш взгляд, вспоминают реже, чем о Государевой горе. Между тем, до революции марпосадцы с гордостью заявляли, что 22 июля, в день тезоименитства императрицы Марии Александровны, когда отмечается память святой мироносицы Марии Магдалины, их город бывает «именинник». С 1857 года ежегодно в этот день совершался крестный ход вокруг города с иконами трех городских церквей. После 1917-го добрая традиция была утеряна. Думаем, что следует подумать о ее возобновлении. Это послужит делу возрождения духовности и исторической памяти, поспособствует туристической привлекательности города.
Юрий Гусаров