«Насчет татарского языка народ сегодня созрел – детей отдают с большим желанием»
Фарит Ялалов — разработчик методики полилингвальных школ — о том, как языковой кризис стал шансом
«Они только в прошлом году открылись. Я считаю, что ситуация изменится», — так заместитель директора по науке Института татарской энциклопедии и регионоведения АН РТ Фарит Ялалов комментирует 27% выбравших полилингвальное образование в казанской школе «Адымнар». Эксперт полагает, что языковой кризис позади и нет ничего плохого в том, что право выбора татарского осталось за родителями. О том, чем плохие школы похожи на финансовые пирамиды, когда можно будет защищать диссертации на татарском языке и как учился в школе Ильсур Метшин, — в интервью «БИЗНЕС Online».
«Минтимер Шарипович решил воспользоваться шансом»
— Фарит Габтелович, в июне вышла ваша монография »Основы полилингвального образования». Рецензенты отмечают, что это первый в России научный труд, посвященный полилингвальному обучению. Обращает внимание, что в своей книге вы довольно оптимистично смотрите на нынешнюю ситуацию с национальным образованием. На чем основан этот оптимизм?
— Оптимизм основан на том, что языковой кризис уже прошел. Идею трехъязычного обучения Минтимер Шарипович вынашивал давно, еще будучи президентом Республики Татарстан, а после языкового кризиса вышел с инициативой создания полилингвальных школ.
— Говоря о языковом кризисе, вы имеете в виду 2018 год?
— Да, ситуацию вокруг количества часов, отведенных на изучение родных языков, когда этот вопрос обсуждался в Чебоксарах с участием президента Путина. Все мы тогда переживали за судьбу родных языков, ведь его потеря может обернуться исчезновением народа. Еще в XIX веке это остро чувствовал выдающийся русский педагог, основатель принципа народности в обучении Константин Дмитриевич Ушинский, который говорил: «Пока жив язык народный в устах народа, до тех пор жив и народ».
Но в условиях языкового кризиса Минтимер Шарипович проявил присущую ему непоколебимую волю. Будучи человеком мудрым, он подошел к разрешению сложившейся ситуации с другой стороны. Знаете, в китайском языке слово «кризис» обозначается двумя иероглифами, выражающими одновременно «опасность» и «шанс». Не умаляя степени возникшей опасности, Шаймиев решил воспользоваться шансом для поиска новой формы организации обучения, причем одновременно по трем языкам: родному, русскому и иностранному уже в рамках полилингвальных комплексов. И его идея отлично сработала. Инициативу строительства полилингвальных комплексов хорошо восприняли в республике и в федеральном центре. Более того, руководству Татарстана в 2019 году удалось получить у президента России солидную поддержку, в том числе финансовую, на реализацию трехъязычной образовательной инициативы в рамках федерального национального проекта «Образование».
— Можно строить какую угодно школу, но если родители придут по прописке и не захотят учиться полилингвально, им нельзя отказать. Вы считаете, что родители готовы и будут выбирать такое направление обучения?
— Они не просто готовы, они уже сделали выбор. Уже конкурсы появляются в эти школы. Насчет татарского языка народ сегодня созрел, и детей отдают с большим желанием.
Проектный контингент шести полилингвальных комплексов составит более 10 тыс. обучающихся, в учебно-воспитательном процессе будут задействованы свыше тысячи учителей. Это вселяет уверенность в том, что будет жить «язык народный в устах народа».
— Тем не менее, в казанской школе »Адымнар» только четверть родителей выбрали полилингвальное образование.
— Они только в прошлом году открылись, я считаю, что ситуация изменится.
«Изучение и преподавание языков, это лишь одна сторона содержания полилингвального образования»
— Уточните, что значит полилингвальное образование, не все это понимают.
— На практике имеются случаи, когда общеобразовательную школу, где помимо русского языка учащиеся изучают 2-3 иностранных языка, спешат называть полилингвальной школой. Но это неправильно. Изучение и преподавание языков, это лишь одна сторона содержания полилингвального образования, где языки выступают в качестве предмета изучения и преподавания. Такую образовательную организацию можно было бы назвать многоязычной школой либо лингвистической гимназией, не более. Вторая сторона связана с получением образования, то есть с преподаванием школьных предметов как минимум на трех языках. Здесь языки выступают в качестве средства обучения или средства получения образования. Данное условие в школе выполняется, если школьные предметы преподаются не менее, чем на трех языках, при этом, несколько предметов преподаются на иностранном, определенная часть предметов — на татарском, другая часть предметов — на русском. Такая школа уже будет соответствовать статусу полилингвальной школы.
А научное определение термина достаточно лаконично: «полилингвальное образование представляет собой единство двух процессов, связанных с изучением и преподаванием в школе не менее трех языков (русский + родной + иностранный) и получением образования на тех же языках в рамках требований ФГОС». И надо хорошо представлять, что, кроме изучения языков, полилингвальная школа занимается обучением и воспитанием, личностным развитием и социализацией школьников в соответствии с Федеральными государственными образовательными стандартами (ФГОС). Поэтому, наряду с языковой подготовкой здесь осуществляется профильное обучение по одному или нескольким предметам с учетом пожеланий родителей и возможностей полилингвальной школы.
— А если предметы изучаются только на татарском и русском, или только на русском и английском?
— Тогда это билингвальная школа.
«Родители выбирают школу прежде всего по критерию хороших знаний, которые там дают»
— Вы в своей книге ссылаетесь на трехъязычную модель казахстанского образования. Насколько успешно она там реализуется?
— Они уже в 2007 году приступили к проекту «Триединство языков». Для них очень важно, чтобы дети владели казахским, русским и английским. И они успешно идут, осуществляют поэтапный переход. Для этого нужно иметь подготовленные кадры, учебные пособия, образовательные программы. Это занимает много времени, но шаг за шагом казахи пришли к тому, что в 2022 году они уже завершают этот переход и у них везде будет обучение на трех языках.
— Хороший пример, но у них все-таки отдельное государство.
— Но и у нас тоже никто не чинит никаких препонов. Право выбора остается за родителями. Значит, нужно их мотивировать, и полилингвальное обучение — одно из таких средств. Мотивацией является то, что кроме основной образовательной программы в рамках ФГОС, здесь дается дополнительное образование для детей. Например, сейчас в Арском районе строится круглогодичный загородный кампус, дети будут заниматься там дополнительным образованием по интересам.
Вообще, родители выбирают школу прежде всего по критерию прочных, хороших знаний, которые там дают. Второй критерий — возможность личностного развития, это музыка, спорт, художественное развитие, и так далее. Третий критерий выбора школы — насколько в школе комфортная и безопасная среда. А языки идут уже потом.
— Вы также пишете об опыте многоязычного обучения в Финляндии. Оттуда что-то можно взять?
— Опыт Финляндии очень интересен, там финский и шведский языки являются государственными, несмотря на то, что шведы составляют всего 6% населения страны. В Финляндии все дети обязаны изучать два языка: финский и шведский, это не подлежит обсуждению.
В финских школах дети с первого класса изучают родной финский и первый иностранный язык — английский, в шведских школах аналогично — родной шведский и английский языки. В ходе обучения право выбора языков предоставляется школьникам три раза: в четвертом, шестом и восьмом классах. Один раз за весь период обучения в школе учащийся финской национальности обязан выбрать шведский язык, с какого именно класса — зависит от индивидуальных интересов ребенка и его родителей. Если нет особой потребности в шведском языке, школьник начинает его изучать с шестого либо восьмого класса, а если он в нем нуждается, то с четвертого класса.
Кроме того, с четвертого класса школьники начинают изучать второй иностранный язык, а с восьмого класса, по желанию, — третий иностранный язык. Зеркально симметричная ситуация сложилась с изучением иностранных языков в шведских школах Финляндии, где школьник-швед в обязательном порядке изучает финский язык и два иностранных языка.
Но мы не можем применять финский опыт, так как наша система образования работает по Федеральному закону от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»
Кстати, для детей иммигрантов, желающих изучить родной язык, в том числе русский и татарский, в Финляндии разработана специальная программа бесплатного обучения родному языку. Такая возможность существует в каждом районе или городе страны, эти программы вариативны и зависят от количества учащихся, желающих изучать родной язык. Как видим, благодаря разумной образовательной политике в Финляндии успешно развивается языковое многообразие.
«Метшин отличался упорством»
— В своей книге вы, ссылаясь на шкалу Фишмана (шкала для оценки состояния языка, находящегося под угрозой исчезновения, — прим. ред.), пишете, что переходу татарского языка с третьей на вторую позицию по этой шкале препятствует его неиспользование как языка науки. Мне кажется, это хороший пример того, что условия, а именно законодательство, не благоприятствует развитию языка.
— Да, у нас пока этот вопрос выпадает. Хотя было время, когда Татарстан имел право проводить защиту диссертаций на татарском языке.
— По любому предмету?
— Нет, имеется в виду научное направление «Литература народов Российской Федерации (татарская литература), филологические науки». Если татарский язык будет использоваться как язык науки, то с третьей позиции он может подняться на вторую позицию. На сегодняшний день в этом направлении уже сделан первый шаг: по инициативе вице-президента Академии наук РТ Дании Загидуллиной и директора ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова Кима Миннуллина, открыт диссертационный совет по татарской литературе. Они более 2-х лет успешно занимались открытием аспирантуры, это большое начало, чтобы татарский язык стал языком науки. Совет уже укомплектован, когда он начнет работать, тогда на татарском языке можно будет защищать диссертации.
— Не будут ли полилингвальные школы конкурентами национальных гимназий?
— В принципе татарская гимназия выполняет те же задачи. Но национальные гимназии являются билингвальными, в них школьные предметы изучаются только на двух языках: татарском и русском, а в полилингвальных — еще и на английском.
— В 90-е годы был подъем национального самосознания, люди повели детей в татарские школы. А потом перестали. Почему?
— Тут нужно пару слов сказать о том, как обстояло дело до 90-х. В советское время в татарских деревнях дети не только изучали татарский язык и татарскую литературу, но и предметы преподавались на татарском языке, а в городских школах отношение к татарскому языку было как к второсортному, их изучали после уроков.
Поэтому, когда в 1992 году меня на конкурсной основе назначили директором татарской гимназии № 2 в Нижнекамске, это был такой просвет! Мы там создали такие прекрасные условия, что к нам на конкурсной основе приходили даже дети других национальностей. В гимназии кроме ставок учителей было еще 123 штатные единицы для дополнительного образования. Там и бассейн, и музыкальная школа, два спортивных зала. Это все построили за счет средств ПО «Нижнекамскнефтехим». И народ хлынул. Сегодня примерно такой же ажиотаж в полилингвальных школах.
Кстати, до второй гимназии я три года проработал заместителем директора средней школы № 11, там у меня в классе учился Ильсур Метшин. Я им тогда преподавал математику.
— Хорошо учился?
— Учился отлично. Отличался упорством, он всегда стремился получать оценку «пять», был лучшим активистом, его избрали секретарем комитета комсомола школы. После школы учился в Казанском университете по специальности «Юриспруденция», по окончании защитил диссертацию, получил ученую степень кандидата юридических наук.
— Так что же помешало развитию национальных школ?
— Родитель выбирает, прежде всего, качественные знания для своего ребенка. Если школа качественные знания не дает, родители начинают думать. В татарских школах со временем началась такая тенденция: родители приводят детей до шестого класса, чтобы он овладел языком, получил воспитание, а когда начинаются профильные предметы, уходят в другие школы.
У любой школы есть такой статистический показатель, как процент доходимости школьника до 9 и 11 класса. Никакого теста проводить не надо, стоит только посмотреть на этот отчет, чтобы понять, является школа востребованной или нет. Низкий процент доходимости до 9 и 11 класса говорит о том, что дети в этой школе долго не задерживаются. Общий контингент учащихся здесь поддерживается за счет вновь поступающих. Это наподобие пирамиды, которая определенное время держится за счет новых вкладчиков.
«Башкортостан намеревается превзойти Татарстан по охвату школьников многоязычным обучением»
— Полилингвальные комплексы создаются не только в Татарстане, этим активно занимается и Башкортостан.
— Да, у них есть Постановление правительства республики о создании полилингвальных школ. В этой сфере Башкортостан наш самый сильный конкурент. Если в Татарстане до 2023 года запланирован запуск 6 полилингвальных комплексов, то в Башкортостане до 2024 года планируют сдать в эксплуатацию 14 полилингвальных комплексов. Они намереваются превзойти Татарстан по такому показателю, как процент охвата школьников многоязычным обучением. В Татарстан придерживаются принципа «лучше меньше, да лучше». Республика нацелена, с одной стороны, на повышение качества образования, с другой — на достижение в обществе межкультурного и межэтнического согласия, это актуальные и далеко идущие цели.
— А что вы скажете о кадровом вопросе? Не станет ли нехватка кадров тормозом в развитии полилингвальных школ?
— Не хватает учителей по точным дисциплинам (математика, информатика, физика, химия), которые могут преподавать предмет на английском языке. Это действительно так. А вот преподавать на татарском языке вербальные предметы (историю, обществознание, географию) на сегодняшний день не составляет проблемы.
— Откуда приходит, например, учитель географии на татарском языке, где он обучается?
— В основном в КФУ. Ректор университета Ильшат Гафуров и директор Института филологии и межкультурной коммуникации Радиф Замалетдинов квалифицированно этим занимаются и обеспечивают полилингвальные школы многоязычными учителями.
— Есть у полингвальных школ еще какие-то отличия, кроме преподавания на трех языках?
— В полилингвальных школах мы намерены добиваться единства обучения и воспитания. Изучая этнодидактику народов дореволюционной России, мы выявили следующую закономерность: у всех народов, во все времена образование детей начиналось с воспитания, обучение всегда следовало за воспитанием. И в советской школе вопросы обучения и воспитания находились на одной высоте. Школьники получали отметки не только за знание предметов, но и за воспитанность. Эти отметки учителя ставили в «Табель успеваемости», что серьезно подстегивало учащихся и их родителей. Выпускники советских школ, повзрослев, обеспечили победу СССР над фашизмом, поднимали целину, строили дороги, объекты тяжелой промышленности, обуздали энергию атома, освоили космос и т. д. В 60–70-е годы прошлого века советские школьники показывали самый высокий в мире уровень знаний по математике и естественно-научным дисциплинам. Все эти результаты были достигнуты, в основном, благодаря единству обучения и воспитания, обеспечения единства усилий школы, семьи и общественности, чего сейчас не хватает.
Поэтому каждая полилингвальная школа сегодня определяется с направлением воспитательной деятельности ради достижения высокого качества образования. Все требования по организации воспитательной работы в школе уже прописаны в Федеральном законе об образовании, а также принята примерная программа воспитания.