Верховный суд и Министерство юстиции. Чебоксары, 1954 год
Фото Конона Белкова
Вот мы и дошли до места работы Конона Белкова. Построенное в 1926 году архитектором Василием Александровым трехэтажное здание Верховного суда ЧАССР было первым каменным зданием, появившимся в Чебоксарах после революции.
Но начнем мы с заметки в мартовском номере «Трудовой газеты» за 1927 год, озаглавленной «Тоже — интеллигенты!»: «Вечером 21 февраля пьяная компания неслась на рысаке по улицам города Чебоксар. Гуляющая публика шарахалась в стороны, боясь быть раздавленной. Дело кончилось милицейской будкой, а разошедшиеся гуляки оказались «высокого полета» — архитектор Александров, инспектор труда Мазуркевич и инженер Бердин». Далее: «Александров оказывал сопротивление милиционерам и оскорблял их. Надо надеяться, что Нарсуд даст гулякам по заслугам. До сего времени Нарсуд почему-то открещивался от процессов над хулиганами, хотя материалы направлялись неоднократно».
Да, да — это был тот самый Василий Александров, по проекту которого и было построено здание народного суда. И выходит, что первым «хулиганским» делом, рассмотренным в нем, было дело автора его проекта?.. Но скорее всего, учитывая заслуги Василия Николаевича, дело «спустили на тормозах», и уже через месяц он руководил постройкой Дома крестьянина.
Трехэтажное здание суда было построено вплотную к бывшему дому дворянского собрания (в дальнейшем прокуратура, наркомат и Министерство юстиции) — оба долгое время были украшением Красной площади и города. Все закончилось летом, а еще точнее, 19 июня 1980 года. В последнее время стало модным рассуждать о «взорванной истории города» — так вот эти здания были единственными, которые действительно взорвали. Видимо, поджимало время, а до того все исчезало не так радикально.
Красная площадь (будущий залив) к тому времени представляла собой нагромождение строительного мусора, ночью языки пламени освещали это пространство… В общем, кто видел, не забудет. Ну а пока на фотографии 1954 год, улица Розы Люксембург мощеная, асфальтировать ее начнут только в следующем году, никаких пешеходных переходов, люди свободно идут поперек улицы — когда еще подойдет автобус к остановке «Красная площадь», ведь в тот год на трех городских маршрутах работало всего 12 машин. Лошадка же (в правом углу) тогда никого не удивляла.
В бывшем доме дворянского собрания потолки были высокие, но все равно его три этажа (считая мезонин) были ниже, чем у нового трехэтажного здания. Все потому, что там на втором этаже был высокий зал на 300 мест, где проходили не только судебные процессы, но и различные городские мероприятия. На первом этаже были зал ожидания, адвокатура и юридическая консультация, а на третьем служебные кабинеты.
Обратим внимание на четыре угловых окна слева на третьем этаже — это окна кабинета Конона Пименовича. Зайдем в гости. Так выглядели в то время почти все кабинеты в советских учреждениях. В центре стол буквой «Т» — за таким столом обычно проводились планерки и совещания. Поэтому и много стульев по периметру кабинета — дубовых, надежных, такие сейчас доживают свои дни на садовых участках. На столе для приглашенных графин с водой, стакан (тонкостенный, неграненый) и, что характерно, — пепельница. На рабочем столе чернильный прибор и пресс-папье (1954 год — до шариковых ручек еще лет десять), перекидной календарь и два телефона (это более-менее знакомо). На этажерке в углу радиоприемник — прием телепередач Горьковского телецентра станет возможен в Чебоксарах только в 1958 году. На окнах тюлевые шторы, между окнами огромные радиаторы центрального отопления, зеленая скатерть, покрывающая стол, ковровые дорожки на полу. Между прочим, не паркетном — видимо, в 1926 году подобное считалось буржуазным излишеством. Что не вошло в кадр, так это обязательный портрет над столом и громадный сейф в углу.
Текст и обработка фотографий Владимира Трофимова