"Я не могу, я не хочу жить за границей": Русский мир греческого дирижёра Теодора Курентзиса

Теодор Курентзис – один из тех иностранцев, кто навсегда связал свою жизнь с Россией. Начиная с 90-х и по сей день он не мыслит себя без Русского мира. Но, в то же время, считает, что идентичность очень важна. Поэтому себя Теодор Курентзис называет русским музыкантом, но греком во всём остальном.

Прославленный дирижёр, основатель и руководитель оркестра и хора musicAeterna, главный дирижер Симфонического оркестра Юго-Западного радио Германии, создатель и художественный руководитель международного оркестра Utopia…. Он работал в Новосибирске, после – в Пермском академическом театре оперы и балеты имени П.И. Чайковского, не забывая и о возрождённом им Международном Дягилевском фестивале.

Впрочем, началось это буйство красок в русской карьере ещё в 90-х. Тогда Теодор Курентзис приехал в северную столицу России из Греции, чтобы учиться у легендарного профессора Санкт-Петербургской государственной консерватории Ильи Мусина. С тех пор Русский мир не просто прочно вошёл в жизнь Курентзиса. Случилось нечто большее – Курентзис сам стал частью Русского мира, и большая политика этого не изменила.

Так о Курентзисе писали многочисленные средства массовой информации, составляя разного рода рейтинги "не уехавших" иностранцев после событий февраля 2022 года. Честно говоря, вообще есть сомнения, что Теодор Курентзис планировал покидать Россию. Ещё в 2019 году в одном из интервью он чётко сформулировал:

Я не могу, я не хочу жить за границей. Я хочу сказать, что политический мир Запада не лучше, чем в России. И я не дурак, я жил там 20 лет. Я знаю, что такое "черные полковники" (военная диктатура в Греции, захватившая власть путем государственного переворота – Ред.). Знаю, что такое тоталитаризм. Поэтому я лучше могу ценить то, что есть в России. И потом менталитет. С людьми мне, не знаю почему, приятно в России. Я люблю Россию, хоть убей, люблю Россию. Считаю, что люди, не должны бояться России. И те, кто говорит, что любят Россию, не должны вспоминать страну только на больших праздниках, когда гремят фейерверки. У меня другое. Для меня патриотизм — это когда интересуешься, чтобы твоя собака не какала на улице на углу. И когда интересуешься, чтобы что-то делать возле своего дома. Простые вещи. Когда интересуешься, чтобы ребёнок почитал немного Пушкина.

Впрочем, это не значит, что политические распри грека не коснулись. В 2022 году, например, планировался концерт Курентзиса в Вене. Собранные средства должны были пойти в пользу пострадавших от боевых действий. Тем не менее политиканы выступление сорвали. С другой стороны, оркестр Юго-Западного радио Германии (SWR) примерно в этот же момент выступил вместе с Курентзисом с заявлением о том, что сотрудничество продолжается, и распри на геополитическое арене мира мешать этому не должны.

Не стоит думать, что, приехав в Россию, Теодор Курентзис забыл о собственных корнях. Кажется, связь стала ещё сильнее, а желание сохранять больше:

Мне кажется, очень важно сохранять свою идентичность. Не представляете, как я радуюсь, когда вижу людей в их национальных костюмах, исполняющих традиционную музыку. Это так красиво, когда люди не поддаются глобализации и рабству идентичности, сохраняют свои традиции, свою сущность. Я тоже очень дорожу теми открытиями, которые сделала греческая культура: литература, театр, музыка и спорт — все это родилось в Греции. Я думаю по-гречески. Греция для меня — это особый путь и метод интерпретации вещей сквозь призму греческого языка, культуры, поэзии и философии,

– так дирижёр объяснил свою позицию в интервью Khaleej Times.

В этих словах много мудрости. И, вероятно, постичь её, в том числе, удалось благодаря петербургскому учителю дирижёра Илье Мусину. Впрочем, главный урок, который получил Теодор Курентзис от Мусина – это умение слушать и слышать музыку. В этом признаётся сам музыкант:

Илья Мусин был выдающимся педагогом. Мне кажется, главное, чему он меня научил, — переживать те магические моменты, которые рождаются в музыке. Этой магии нельзя научить, но наблюдая за человеком, который владеет ей, ты можешь в какой-то момент почувствовать и в себе эту силу. Я, разумеется, имею в виду не тех людей, которые занимаются фокусами. Я говорю о способности воздействовать на людей, вдохновлять их, приводить в экстаз или успокаивать своими действиями. Это великая сила и редкий дар. И Мусин им обладал.

Кстати говоря, интересный факт. Своей любовью к России и русскому искусству дирижёр заразил и своих музыкантов. Оркестр musicAeterna – полностью интернациональный. И для работы вместе с Курентзисом артисты из Германии, Франции, Испании и других стран мира приехали жить в Пермь.

Русская классическая традиция, как не раз признавался Курентзис, очень повлияла на его стиль и творческий язык:

Я – русский музыкант в том смысле, что время, которое я провёл с Ильей Александровичем (Мусиным – Ред.), сделало меня таким, какой я есть сейчас. И я этим очень горжусь. Когда обо мне на Западе говорят "русский музыкант", я не обижаюсь, потому что как музыкант, я – русский. В других вещах я, может быть, грек, но как музыкант я – русский,

– сказал дирижёр в беседе с BBC в своё время.

И, добавим. Любовь Курентзиса к России продиктована ещё и тем, что он воспринимает нашу страну не как место проживания, а как идею и пространство, формирующие новую реальность в случае с каждым конкретным человеком:

Для меня Россия – не страна, а какая-то большая идея. Я очень сильно люблю Россию, и я, возможно, излишне романтичен, но я действительно верю, что Россия — это страна, которая создана, чтобы люди мечтали, чтобы люди ставили новые задачи будущему. Реальность ведь существует не помимо нас, она образуется, в том числе, и от нашего участия. Я считаю, что Россия может ещё дать очень много сил человечеству. И я буду счастлив, если смогу своим участием создать маленький кусочек музыкальной истории.

В завершение лишь добавим, что человечеству сегодня, действительно, нужны силы для решения многих задач. И, только объединившись, мы можем достичь цели. Впрочем, пока даже на музыкальном международном горизонте остаются те, кто "ставит подножки" общей работе. Среди них, например, немецкий композитор и фортепьянный исполнитель Мориц Эггерт. Не так давно он написал открытое письмо, адресовав его Теодору Курентзису. Там содержался призыв "высказаться по поводу полномасштабной войны" и "своей службы путинскому режиму". Что сделал Курентзис? Просто не обратил внимания на странного коллегу. Впрочем, можно ли назвать коллегой того, кто забыл о музыке в угоду политике?

Реалии России лучше всего оценивать со стороны: мы, родившиеся здесь, многого не видим и не замечаем, ко многому привыкли, да и просто не знаем, с чем сравнить. Поэтому русским всегда интересен опыт иностранцев, выбравших Россию своей второй родиной, – что заставляет их переехать к "этим диким и нелюдимым русским"? И как им живётся в краю "водки, медведей и балалаек"? О людях, получивших вместе с паспортом России русскую душу, рассказывает Царьград в проекте "Иностранцы в России".