Александр Сапожков: Герой Красной армии против коммунистов. Часть последняя

101 год назад в Самарской губернии случились события, о которых до сих пор мало кто знает — целая дивизия Красной армии восстала против проводимой в стране активистами РКП(б) политики продразверстки. Мятежники два месяца сопротивлялись войскам РККА под лозунгом «Советы без коммунистов!». Когда же восстание было разгромлено, его фактически стерли из истории — мельком упоминая в художественной и пропагандистской литературе как «бело-кулацкий мятеж». Так кто и за что сражался в рядах «Первой Красной армии Правды»?  Это финальная часть материала. С первой можно ознакомиться тут, а со второй — здесь.  «За Советы без коммунистов!» Истерика у Сапожкова прошла быстро — уже 9 июля, на следующий день после своей отставки, он собрал на совещание верных ему офицеров 9-й кавалерийской дивизии, на котором выдвинул программу действий: долой комиссаров и старых военспецов; освободить из тюрем политзаключенных и других мелких преступников, за исключением контрреволюционеров и совершивших преступления с корыстной целью; реорганизовать советы, в выборах которых имеют право участвовать только имевшие к 1914 года капитал не более десяти тысяч рублей (интересная иллюстрация на тему, вся ли буржуазия плохо воспринимала политику большевиков). А 13 июля были арестованы те командиры, в верности которых лично Сапожкову имелись сомнения. 14 июля дивизия была собрана на митинг в селе Погромное, где было принято решение переименовать ее в 1-ю Красную армию Правды. Целью восстания провозглашалось «объединить все беднейшее рабоче-крестьянское население в одной идее, сломив слишком обуржуазившихся некоторых ответственных членов коммунистической партии под лозунгом: „Вся власть Советов действительна по программе партии большевиков на основе Конституции!“». Однако в более кратком варианте лозунг принял такой вид: «За Советы без коммунистов!». «Армия Правды» была разделена на 1-ю кавалерийскую и 1-ю стрелковую дивизии (каждая из двух полков), а также конную батарею — всего 500 кавалеристов, 500 пехотинцев, три пулемета и два орудия. В тот же день Сапожков подошел к Бузулуку и потребовал сдать его, а когда советские чиновники отказались — начался штурм. Город защищали примерно 700 — 800 бойцов и вооруженных коммунистов с комсомольцами, но продержались они всего час — видимо, потому, что многие солдаты перешли на сторону повстанцев. Партийные и советские работники, не примкнувшие к Сапожкову, были арестованы — впрочем, никто из них не был расстрелян. Армия Правды объявила мобилизацию крестьян окрестных сел, которые охотно стекались под знамена борьбы с ненавистной продразверсткой.  По показаниям пленных коммунистов, с которыми комдив лично беседовал, он был недоволен «засильем военспецов» («остается только великого князя Николая Николаевича позвать в Красную армию!») и комиссаров, разложившихся совработников (и их жен «в бриллиантах»), считал, что с Польшей нужно заключить мир, продразверстку отменить, спрашивал, отчего так много евреев в тылу на руководящих должностях и так мало на фронте. Константин Авксентьевский (стоит первым справа) «Он был прав» В этот же день 14 июля 1920 года «бывший комбриг 25-й стрелковой дивизии (Чепаевской) Иван Плясунков, с 32 человеками комсостава следовавший в Туркестан, предложил Сапожкову сформировать дивизию стрелковую в Пугачёвском уезде и поднять восстание. Ему был отпущен аванс 3 миллиона рублей, грузовой автомобиль, два пулемета и около 150 винтовок с патронами и дано было еще человек 25-30 из служивших в 25-й дивизии с Плясунковым, после чего Плясунков со своей компанией уехал». Правда, ничего у комбрига не вышло, уже 18 июля он был арестован, хотя потом и признан невиновным — видимо, с его же слов и принимая во внимание прошлые заслуги, Плясункова сочли «заложником», который пытался вырваться из «лап восставших». Впрочем,  через год, 2 апреля 1921-го, разбитый и окруженный уже «антоновцами», он застрелится… Объясняя причины восстания, один из ответственных партработников писал в Москву: «Сапожков поднял бунт после отстранения его от командования за пьянство, он был прав, возмущаясь этим поступком руководства Заволжского округа, ибо таковое во главе с Авксентьевским, Андерсом и другими само часто является даже на службу в штаб в невменяемом состоянии от опьянения… По некоторым версиям, я слышал, если послать категорический приказ о сдаче Сапожкова за подписью товарищей Ленина и Троцкого и в этом же приказе отозвать Авксентьевского и человек пять генштабистов из штаба округа: Андерса, Балтийского, Токаревского, Кирпичникова и Волкова, то Сапожков сдастся». Однако советское правительство выбрало силовой вариант решения «проблемы»: из Самары и Оренбурга были направлены войска, общей численностью 12 362 штыков, 1 659 сабель, 89 пулеметов и 46 орудий, которые уже 16 июля выбили Сапожкова из Бузулука. Армия Правды ушла на юго-запад, в села Саратовской губернии. Преследования и вообще какой-то энергичной борьбы с нею после взятия Бузулука не было — командующий Заволжского ВО, назначенный командовать подавлением восстания, Авксентьевский оправдывался, что «сапожковцы» все конные, а против них одна пехота (учитывая, что среди восставших было два полка пехоты и много крестьян-добровольцев — просто «искал отмазки»).  28 июня Троцкий прислал телеграмму командованию ЗавВО: «Мятеж Сапожкова должен быть ликвидирован как можно скорее. Виновники сверху донизу должны быть беспощадно покараны… Кара должна быть распространена не только на командный состав, но и на солдат». 2 августа телеграфировал уже Ленин: «…Пресекать в корне всякое проявление сочувствия и тем более содействия местного населения Сапожкову, используя всю полноту революционной власти; в тех случаях, где содействие имело место, потребовать выдачу виновных главарей; от селений, лежащих на пути следования Сапожкова, брать заложников, дабы предупредить возможность содействия». К расстрелу была приговорена захваченная в плен 18-летняя жена комдива Дарья Сапожкова, которую просил пощадить командующий Оренбургским укрепрайоном — она-де была простой машинисткой в штабе, а потом стала «игрушкой в руках Сапожкова». Приведен ли был приговор в исполнение, и какова была ее дальнейшая судьба — неизвестно. Бузулук в начале прошлого века «Сапожкова живым взять не удастся» 7 августа Сапожков попытался взять Новоузенск, который хотел сделать столицей своего восстания, но был отбит — на него наседали «верные непоколебимые» части РККА, которые нельзя было распропагандировать, такие как 68-я татарская бригада и Немецкий кавполк (из немцев-колонистов, большинство которых просто не понимали по-русски). Посланные на Уральск бывшие казаки, составлявшие отдельный полк 1-й кавдивизии Армии Правды, были отбиты как раз немцами. Весь август продолжались бои «сапожковцев» с преследующими их частями Красной армии. Силы повстанцев стремительно таяли, и Сапожков вынужден был отступить в заволжские степи, в район озера Бак-Баул. Решающий бой состоялся 6 сентября, когда отряду красноармейцев в составе 70 кавалеристов с двумя пулеметами удалось настигнуть мятежников возле аула Койм.  «Во время последней атаки Сапожков руководил ею, находясь впереди своего отряда. В тот момент, когда противник поколебался и стал отступать, курсант борисоглебских кавкурсов Шевцов с тремя товарищами отряда Шпильмана бросились наперерез Сапожкову, который, заметив этот маневр, сам бросился вперед на преследующих. В это время, когда Сапожков был окружен, Шевцов спешился и, подбежав к нему, выстрелил. Пуля попала в лошадь, которая, падая, придавила Сапожкова. Сапожков стал звать на помощь командира батареи Землянского и его помощника Будыкина, уже спешивших к нему на помощь, подскакав к нему, они старались вытянуть его из-под лошади, Шевцов, видя, что Сапожкова живым взять не удастся, выстрелил в него в упор и убил наповал». Впрочем, это официальная версия гибели мятежного комдива. Есть еще как минимум две. По другой версии, Сапожкова 4 сентября убил по заданию ЧК один из его ближайших соратников. По третьей его захватили в плен, тайно судили в Самаре и затем расстреляли. Подлинные обстоятельства его гибели историкам до сего дня точно не известны. С 7 по 14 августа 1920 года в Самаре проходили открытые судебные заседания ревтрибунала Заволжского военного округа. Из 150 человек, представших перед судом, 52 были приговорены к расстрелу. На местах работали выездные сессии ревтрибунала, разобравшие более 2 000 дел. К расстрелу было приговорено как минимум 117 человек. Так закончилось восстание «идеалиста» Сапожкова против продразверстки, «оборотней без погон» и «за Советы без коммунистов»… Лев Давидович Троцкий Фотографии: https://ru.wikipedia.org