Королева Тоцкого
После подписания в Риге 20 августа 1921 года договора РСФСР с американской АРА, в течение года были подписаны ещё более двадцати договоров с иностранными организациями, изъявившими желание помогать Советской России. Третьим в этой серии был договор с квакерами, подписанный 16 сентября 1921 года.
Квакеры — самоназвание одной из протестантских церквей, имеющей официальный титул «Религиозное общество Друзей». Возникшая в середине XVII века в Англии, эта немногочисленная христианская деноминация существует и теперь, преимущественно в Британии и США.
В 1921 году английские и американские квакеры организовали схему поставок продуктов питания, лекарств, одежды и транспортных средств в помощь голодающим Поволжья. Деньги для покупки гуманитарной помощи они собирали в своих странах, обращаясь к своим соотечественникам, — в США и Британии. Свои усилия квакеры сконцентрировали на тогдашней Самарской губернии, а именно — в Бузулуке и Сорочинском. Выбор именно этого региона был неслучаен. В 1921 году нарком Чичерин обращался к квакерам: «Все мероприятия вашей организации в Москве, с того самого момента, когда вы смогли возобновить их, заслужили признательность и поддержку с нашей стороны. Самый факт, что Наркоминдел, а равно и другие советские учреждения, с которыми вы вступили в контакт, создали для вас совершенно нормальные условия для ведения ваших дел, говорит с достаточной ясностью о нашем отношении к вашей работе». Чичерин неслучайно говорит о возобновлении работы квакеров в России. Английские и американские квакеры уже работали в нашей стране, — в 1916—1918 годах, в Бузулуке и уезде, — тогда они помогали беженцам и конструктивно сотрудничали как с властями царской России, так и с большевиками.
Среди участников первой миссии квакеров была американка Ненси Бабб. Уехав из Бузулука в 1918, она снова вернулась в Россию в 1921, спасать людей от голода, — теперь в составе американской группы, которая для краткости в переписке с советскими властями называлась Американская группа ОДК (Общество Друзей-квакеров).
Родившаяся в 1884 г. Ненси Бабб имела диплом учителя и биолога, до своей поездки в Россию в составе первой группы американских квакеров в 1917 году, она работала учителем в Вирджинии.
У Ненси Бабб был непростой характер, она имела репутацию человека, с которым очень трудно сработаться. Коллеги из американского ОДК даже хотели уволить её, отослать обратно в США, но в конце концов сошлись на компромиссном варианте: мисс Бабб отправили в Тоцкое, где она работала в одиночку, опираясь на местное население. И надо сказать, что её разумный, практичный и независимый подход к делу быстро снискал уважение, сочувствие и — со временем — горячую благодарность местных жителей, Советов, исполкомов и крестьянских общин, с которыми она работала. При этом американские квакеры между собой называли её «Диктатором Тоцкого».
Кроме программы кормления голодающего населения, Ненси Бабб активно принялась за создание рабочих мест в Тоцком и в деревнях вокруг села.
Кроме этого, она занималась вопросами образования и помогала восстановлению медицины в Тоцком. В отчёте, составленном в 1928 году, после отъезда из РСФСР, она кратко суммировала свою «пятилетку» работы в 1922—1927 в своём Тоцком регионе:
а) помощь голодающим — распорядитель продовольственной программы
б) помощь в восстановлении района.
в) медицинская помощь — борьба с эпидемией малярии, устройство детских больниц, обеспечение продовольствием голодающих детей, сирот и др.
г) учреждение, строительство, обустройство и обеспечение инструментами новой больницы и восстановление разрушенного летнего санатория с прилегающим подсобным хозяйством.
Американский экономист, защитник гражданских прав и коммунист Роберт Данн, тоже работавший с квакерами в этом регионе, так писал про один из проектов Ненси Бабб осенью 1922 года:
«Прошлой весной Ненси Бабб объявила, что крестьяне, проживающие в Тоцкой волости могут получить одежду в обмен на шерсть. Отклик был хороший. Шерсть передавали специалистам валяльного цеха: они работали за квакерский «спецпаёк». Кооператив в Тоцком предоставил свои помещения и полки для временного хранения продукции. Первый результат этих усилий — более 500 пар детских валенок. Опыт подхватили. Чуть южнее, в Богдановской волости, уже 1200 ребят будут обеспечены валенками благодаря схожей схеме производства этого вида обуви — под руководством мисс Бабб и в сотрудничестве с местным комитетом Помгола. И ещё тысяча детишек будут бегать по снегу, — в Пронкинской, Баклановской и Марковской волостях. В течение месяца около 5000 детей в общей сложности будут обеспечены зимней обувью в регионах, находящихся под надзором мисс Бабб. В запасе есть достаточное количество валенок: изношенные будут быстро заменены на новые без задержки».
Последним аккордом работы американки в Тоцком стало здание больницы. Она писала: «Наркомат иностранных дел извещает нас о готовности Наркомздрава любыми способами раздобыть 50% средств, необходимых на отделку и оборудование нового корпуса. Это первое крупное здание, которое будет построено здесь со времён войны, и местные жители очень гордятся тем, что для строительства будут использованы изготовленные ими кирпичи».
Больницу открыли в 1927 году, здание и по сей день стоит в центре Тоцкого: теперь там Дом детского творчества. В 1997 году я был в Тоцком, и разговорился с бывшим учителем, 86-леним Петром Леонтьевичем, жившим рядом с этим зданием. Он хорошо помнил день открытия больницы: «В течение четырех дней до знаменательного события лил проливной дождь, на дорогах повсюду — непроходимая грязь. Но в день открытия с утра выглянуло солнце и осветило новенькие кровати, плиточный пол и сверкающие водопроводные краны».
Ненси Бабб уехала из Тоцкого в 1927 году. Медперсонал Тоцкой больницы написал ей благодарственное письмо: «Охрана здоровья грудных детей, дошкольников, беременных и кормящих женщин, родильный дом, больничная палата, аптеки, детский санаторий, дневной стационар для туберкулезных больных, лекционная работа — все это Вы смогли поставить на твердую основу. А кроме всего этого, Вам удалось построить прекрасную новую больницу — лучшую в районе».
Пётр Леонтьевич вспоминал, что Ненси Бабб ещё раз приехала в Тоцкое — уже как туристка — в 1937. «Её встречали как королеву, чуть не на руках носили» рассказывал мне старый учитель. В тот же день я сам убедился, что память о Ненси Бабб была жива: на местном маленьком рынке на мой вопрос, обращённый к женщинам, торговавшим молоком, знают ли они, что в 1920-е тут жила американка, они хором ответили: «А как же»! И указали на дом, в котором 70 лет тому назад проживала Ненси Бабб.
Люди помнят добро.